Форум » Воспоминания о ШМАС и дальнейшей службе в авиации » Наша служба и опасна и трудна. » Ответить

Наша служба и опасна и трудна.

Юрий: В двигателе "Боинга" погиб авиамеханик 17.01.2006 16:12 В международном аэропорту американского города Эль-Пасо (штат Техас) в двигателе Боинга 747 погиб авиамеханик, сообщает CNN. Самолет, с пятью членами экипажа и 114 пассажирами, должен был вылетать в Хьюстон и проходил предполетную проверку. В момент запуска турбин механика втянуло в один из двигателей, и он погиб на месте. Представитель компании "Боинг" Лиза Вердиер сообщила, что такого рода трагедии происходят достаточно часто. На место происшествия вылетела группа следователей из Национального управления по безопасности на транспорте для установления причин инцидента. В прошлый понедельник механик аэропорта в Тенерифе погиб, попав в самолетную турбину, сообщает AFP. После осмотра места происшествия полиция сообщила, что при попадании в турбину механика буквально разорвало на части. Инцидент произошел во время проведения плановых профилактических работ с "Эйрбасом", принадлежащем чартерной авиакомпании LTE. Каким образом мужчина угодил в турбину, неизвестно. По факту гибели 24-летнего механика было начато полицейское расследование.

Ответов - 22

Юрий: Вот и во время моей службы у меня был неприятный казус. Перед вылетом зимой мне надо было расчехлить крыло, а это на АН12 высота второго этажа и длина брезента почти 16 метров. Стремянки по высоте не хватало вот мы и залезали на крыло с перил тележки для обслуживания двигателей. Я почти залез (лежал на крыле животом)и не мог ухватиться за брезент в трехпалых варежках. На мне зимняя спецодежда задралась почти к горлу,а внизу меня к плоскости подвозил механик по вооружению. Он подумал,что я уже зацепился наверху и стал выруливать с тележкой в сторону , вот так раньше и вешали людей,когда опору из под ног убирали. Во время падения меня в воздухе развернуло плашмя и я свалился на бетон боком.Голова в шапке-ушанке отскочила от бетона как мячик ( к счастью без последствий),повезло,что дело зимой было и я был в ватных штанах и ватной куртке. Только в кармане у меня лежал фотоаппарат Киев-Вега и на бедре скоро образовался ровный прямоугольный синяк ,а в строю я целую неделю ковылял в последнем ряду. В полку же летом авиамеханик не учел силу ветра и его оторвало от плоскости вместе с чехлом, и он съехал на бетон по центроплану вниз головой, поэтому шансов выжить у него не было.

Виктор Х: У каждого, на мой взгляд, за время службы обязательно хоть маленький казус, но был. После ШМАС попал служить в разведавиацию. Работали на МиГ-15Рбис. На них только две пушки. Однажды нас подняли по тревоге.Действо всем известное,подробносити пропускаем. Буксировка. На первые 2 места поставили УТИ МИГ-15. Раньше такого не было. Война есть война, в первую очередь всегда шли боевые машины. Забегу наперёд, одна из УТИ должна была до разлета перелететь на аэродром Тоцк и работать в качестве КДП и руководить посадкой перелетающих с-тов. Ещё было допущено одно отступление с-т командира поставили на крайнюю стоянку, а эта машина - единстеннй в части МиГ-15 БИС, т.е. унего 3 пушки. Тревога и здесь не до рассуждений кого и куда поставили. Лафеты на всех с-тах опущены. Пушки разряжаются,производится проверка работоспособности и заряжаются под одну перезарядку. Аэрофотооборудование, заправка по полной программе. Суета. Спешка. Начальства больше чем косточек в компоте. Работали, как роботы. Двое идут первыми и опускают лафеты. Я и ещё один механик работаем с оружием. Его задача разрядить и доложить о готовностию Моя проверить перезарядку и спуск частей и т. д. На командирской машине нас и подвела заученность движений до автоматизма. Мой механец разрядил правую, 37-ми мм. пушку, перешёл на левую сторону, разрядил переднюю НР-23, а про заднюю забыл и докладывает о готовности... Немного лирики. Рань. Солнце ещё не взошло, но уже довольно светло, впереди на пригорке трактор работает (сам не знаю почему он привлёк моё внимание ). Я произвёл перезарядку, (НР-23-перезарядка спареная), дал команду -"От оружия", услышал ответ- "Есть", нажал на гашетку... И я увидел как пошли 6 снарядов, светя трассёрами, прямо на тот злополучный трактор. Легли рядышком, видно было даже вспышки разрывов. Трактор остановился мгновенно и из клубов пыли выскочил тракторист и понёсся к лесопосадке. Такая тишина наступила, что казалось и средства АТО шёпотом урчали. Командир, Николай Фёдорович Великжанин, подойдя ко мне сказал:-"Если с трактористом что-нибудь случилось, я тебе такую характеристику дам, что тебя не только в партию не примут, ( я подал заявление о вступлении в члены КПСС ) а в крематорий со своими дровами." Цитата дословная, жаль его выражения лица передать не могу, слов не подберу. Соответственно- взыскание я получил. В ряды КПСС не поступил. Это было моё единственно самое строгое взыскание за всю мою службу в ВВС-строгий выговор. С трактористом, слава Богу, ничего не случилось, но трактор пострадал. Осколками пробило радиатор, стекло в самом верху, выше головы тракториста и топливный бак.

Юрий: К рассказу о пушках. У меня есть товарищ старший Володя Кобзарь. Вот он оказался на месте "тракториста". Он служил механиком по АО и сидел в кабине проверял приборы ,а напротив вооруженцы выполняли... Виктор Х пишет: Я произвёл перезарядку, (НР-23-перезарядка спареная), дал команду -"От оружия", услышал ответ- "Есть" нажал на гашетку... И я увидел как пошли 6 снарядов, светя трассёрами, прямо на тот злополучный трактор. Легли рядышком, видно было даже вспышки разрывов. вот ему снаряд вошел в пах и разлетелся о бронеспинку ,ну и потом госпиталь .Как он мне рассказывал,когда после операции пришел в себя ,то спросил у хирурга остался ли мужчиной.К счастью у него все было после операции восстановлено и потом две дочери родились. А могло быть иначе.

82-й: Про опасность мы не думали. Даже когда сами копали ямы под убежища на своих измерительных постах. Не от храбрости не думали, а потому что в молодости все плохие вещи случаются не с тобой. А может понимали, что если лётчик промажет по мишени и что-то пойдёт на нас, то мы даже не успеем спрятаться в убежище. А бросали у нас всё, что придумала военная мысль для максимально эффективного уничтожения техники и живой силы. Поэтому в убежища мы никогда не заходили. А вот так оно выглядело. Убежище на двоих. Стальной короб, вкопанный в склон насыпи, на которой стояли приборы. Ребята сидят спиной к полигону. В руках одного букет степных тюльпанов. Это весна 1975 года. Дембель пришёл через пару недель.

Юрий: 82-й пишет: А может понимали, что если лётчик промажет по мишени и что-то пойдёт на нас, то мы даже не успеем спрятаться в убежище. У нас в Чирчике в 1974 году на полигоне произошло ЧП после того как ИЛ 28 отработали по мишеням и полигонная команда вышла ,для подготовки к следующему бомбометанию,случилась накладка и на полигон зашли для бомбежки наши МИГ 17,хорошо бомбы учебные использовали,но одному прапорщику оторвало руку. к счастью в Ташкенте,куда его вертолетом доставили,были классные хирурги и уже через несколько месяцев он ходил по гарнизону с перебинтованой, но действующей рукой.

82-й: Авиамеханик http://netprofessional.ru/jokes/75-premija-za-sobljudenie-bezopasnosti-truda-2007.html

82-й: Виталий Чечило. Солдаты последней империи (Записки недисциплинированного офицера) Пятый научно-исследовательский полигон Назначение на Байконур я воспринял стоически. Во-первых, солдат службы не выбирает, а, во-вторых, могло быть и хуже, например в Аральск или Сары-Азек, Джезказганской области. Оставался еще Дальний Восток, где год шел за три, как на войне. Туда даже очередь стояла, служили одни блатные: делать нечего - ходи на охоту, бей медведей, лови красную рыбу, жди, пока боеголовка упадет. Чтение: http://lib.mediaring.ru/MEMUARY/CHECHILO/bajkonur.txt

Виктор Х: Сам я некурящий, но в курилке бывать любил. Это эпицентр всех обсуждаемых новостей от локальных (группа, отделение, ...и т.д.) до глобальных,имеющих международное значение. Это,как старушки у подъезда. Нигде не бывают, а знают всё. Поэтому зашёл в курилку поделиться коекакими соображениями. Читал сообщение Влада Щерба. Предложение его по применению КПУ в народном хозяйстве эротического направления. Его в этом плане никакие американцы не обогнали. Этот метод (вакуум) для увеличения всех необходимых человечеству органов и их возбуждению и лечению недугов, применялся ещё жителями древней Греции и Рима. Единственно в чём я уверен , КПУшек у них не было, но других орудий труда и ума было до ... и больше. А вот по тому как прибористы своё оборудование оберегают расскажу.Не любили АОшники, когда пилоты свои шлемофоны на ПВД вешают. Однажды и не в первый раз шлемофон повис на ПВД. Приборист не долго думая нырнул в кабину и включил обогрев ПВД. Кто работал на эксплуатации авиатехники, хотябы раз попробовал пощупать этот отполированый, всегда притягивающий к себе руки мимо проходящих. Резюме: пока пилот курил, осматривал самолёт, беседовал с техником ... смотрит шлемофон на бетонке с обгоревшими лямками. Что там было и какие речи там лились, другая тема. Чья вина вычислили быстро. Механик моллодец. Выкрутился. Он просто при подготовке к повторному вылету забыл выключить обогрев. Зато это дало положительный результат. По крови я оружейник, но АОшников уважал. Наши прицелы работали от их статического и динамического.

Ion Popa: И дёрнул меня чёрт поехать в тот день в бункер с офицерской сменой!!! Загрузились мы в автобус Курганского завода и покатили...Я сидел у окна вместе с диспетчером прапорщиком Борей Леоновым.Мы с ним потихоньку трындели ни о чём,я глазел в окно на мелькавшие улицы Смоленска.Так миновали мы город и остановились у шлагбаума,пропуская взлетавший Л-410.(Кстати,довольно редкое зрелище.Дело в том,что ВПП смоленского аэропорта практически упирается в автомобильную дорогу и поэтому,во время взлёта самолётов,дорога перекрывалась.На всякий случай,так сказать.Нечто подобное я видел только в Гибралтаре.Там,правда,ещё круче...Дорога просто пересекает ВПП.)Но я отвлёкся...Так вот,доехали мы до места,где нам нужно было,на очень маразматически сделаной развязке,развернуться почти на 180 градусов.И водила нашего автобуса,боец из Молдавии,выполняя этот манёвр малость не расчитал и наш автобус,не вписавшись в поворот начал заваливаться по довольно крутому откосу на бок.Я почувствовал,как меня тянет куда-то в бок и наверх и вцепился в спинку переднего сиденья.Боря Леонов не удержавшись,повалился на сидевших по другую сторону прохода офицеров.Автобус,соскользнув вниз,грохнулся на бок и на мгновение замерев перекувыркнулся на крышу.Мы посыпались вниз,на крышу.Слышал-ли я всё это время что-нибудь кроме мата?Да,слышал...Громкие причитания и стоны синоптика майора Иванова.Как потом выяснилось,у него были сломаны два ребра.Выбирались из автобуса мы через окна.Те,что не разбились при падении,выбивали молотками,висевшими в салоне,как раз для такого случая.Поскольку мобильной связи в то время ещё небыло,то пришлось штурману майору Юрову на попутке вернуться в часть.Оттуда пригнали ПАЗик и мы поехали дальше.Все,кроме пострадавших...А таковых было двое.Уже упоминавшийся майор Иванов и диспетчер прапорщик Маренич,по иронии судьбы срочную служивший тоже на метео.Он сломал ногу.Да ещё пару неприятных минут пришлось пережить водиле автобуса,которому чуть не накостыляли по шее возбуждённые офицеры.А майор Иванов,выписавшись из госпиталя,долго ещё наезжал на меня,говоря,что если бы я не поехал с офицерской сменой,то ничего не случилось бы.

82-й: Это совсем не смешная история. Парня захотевшего сходить на полигон я очень понимаю. Сам ходил. А вот что дальше случилось... ПОЛИГОН Служил я с 1972 по 1974. Изначально Вапнярка, что на Винничине. Полгода в ШМАС-е (школа младших авиационных специалистов). Изготовили из меня механика приборного оборудования фронтовых бомбардировщиков и отправили в северный Казахстан. Обслуживал вот эти машины. То, что написано ниже – реальное событие. Если и добавлено что, то только для более полной картинки: ПОЛИГОН Было это в северном Казахстане, где Павел служил положенные два года срочной в авиации: развозил по аэродрому на заправщике керосин для бомбардировщиков, которые хотя и были ровесниками его по рождению, все еще состояли на вооружении и регулярно летали бомбить деревянные мишени. С этих мишеней все и началось. Полигон, который каждые две недели утюжили прифронтовые «летающие танки», находился в ста восьмидесяти километрах от аэродрома. Здесь жил взвод срочников, полностью скомплектованный из таджиков, узбеков и киргизов, которых отправляли сюда от греха подальше после курса молодого бойца и принятия присяги, во время которого они в первый и последний раз в жизни пять минут подержат в руках автомат. Подпускать же их к летающей технике, даже к старой, было небезопасно. Возглавлял эту ораву, неподвластную обучению из-за почти совершенного незнания русского языка, прапорщик Панасюк, от одичания изъяснявшийся на смеси трехэтажного мата с десятком слов ридной украиньской мови. Задача у среднеазиатской срочной службы всегда стояла одна: за неделю сколотить из фанеры макеты зданий и самолетов, которые на следующей неделе в щепки разнесет бомбардировочный полк. Регулярное и однообразное выполнение столь творческого задания вконец разложило басмаческий взвод и примкнувшего к ним прапорщика. Солдаты вовсю продавали не поддающуюся учету фанеру и гвозди кочевавшим неподалеку казахам. Вернее, даже не продавали, а производили натуральный обмен армейских стройматериалов на местный самогон, который и потребляли в дни налетов и бомбардировок. Надо заметить, что макеты Панасюк и его смуглолицая-узкоглазая компания изготовляли мастерски. На предполетной подготовке летчики распределяли между собой, кто бомбит райком, кто – милицию, кто – штаб и кому останется завод с жилым поселком. Сверху объекты производили впечатление абсолютно реальное, и никто не удивился, когда прилетевшее из Южного Урала чужое звено с курсантами-штурманами отказывалось сбрасывать бомбы, крича по связи, что над домами дымятся трубы, а у магазина бабы в очереди стоят. Такое же реальное впечатление создавали макеты и со стороны. За муляж скорее можно было принять длинное казарменное здание, в котором проживали Панасюк и его Ибрагимы. Раз в неделю из хозбатальона в басмаческий взвод машина возила продукты и фанеру с гвоздями, но водитель грузовика ушел в отпуск, и на утреннем разводе батальонный приказал Павлу: – Поедешь к Панасюку. Отвезешь продукты и матчасть. Приказ парня обрадовал. До дембеля оставалось всего ничего, вот-вот должен выйти приказ. Уехать на три дня из опостылевшей казармы было в удовольствие, да и наслышан он был о макетном городе и среднеазиатском взводе. Посмотреть хотелось. Дорога ничем примечательным не запомнилась. Степь была ровной, как стол, с катающимися колючками, лишь через каждые 10-15 километров попадались полевые станы. Только ближе к полигону появились балочки и овраги, а уже перед самой целью – довольно большое озеро, по берегам сплошь заросшее камышом. Сюда старший комсостав частенько прилетал на вертолете пострелять уток, прихватывая вместо легавых собак пару солдат-первогодков – стрелянную птицу из воды вытаскивать. Сколько ни рассказывали Павлу о полигоне, вид открывшегося города с башнями и двухэтажными зданиями, машинами на улицах и, самое главное, памятником на площади, его поразил. Издалека макет производил впечатление настоящего, и только масса воронок и отсутствие дорог к строениям наводили на мысль, что что-то здесь не так. Машину встретил сам Панасюк. Добродушно поругиваясь, он отвел Павла в здание, бывшее ранее зерновым складом и переделанное в казарму. Завел в каптерку, где, указав на койку, заявил: – Оце твое мисце. Завтра выгруземось, а в сэрэду поидешь. Три дня вольного житья радовали. Павлу уже порядком надоела и серо-зеленая казарма, и однообразная работа на аэродроме, и город, на окраине которого располагался полк. В увольнения он особенно не рвался после того, как на первом году службы ввязался в серьезную драку с местными. Да и не удивительно было, что ввязался. Город был разделен на три части-района: казахский, немецкий и русский «химический». Казахи были исконные свои, сумевшие приспособиться к городской жизни, хотя это отнюдь не говорит, что они полюбили чистоту и порядок. Убранство квартиры казаха в стандартной хрущевской пятиэтажке, запахи и нравы, царящие в ней, мало отличались от интерьера кочевой юрты где-нибудь в аркалыкских степях. Немцы, сосланные сюда в начале Отечественной войны из приволжских степей, были, при своей аккуратности и педантизме, прямой противоположностью азиатам, чем вызывали их жгучую ненависть к себе. В русском районе проживали «досрочно освобожденные» или получившие приговор «стройки народного хозяйства». В просторечье –«химики». Стычки и кровавые побоища вспыхивали регулярно, без них не обходился ни один красный день календаря, и солдаты местного гарнизона были их неизменными участниками. Павел не то чтобы боялся драться, нет. Опаска была, но не трусость, не какой-то там сильный страх. Он просто не видел резона драться лишь для того, чтобы драться. А полковых в городе не любили все: и казахи, и немцы, и наши, родные, славяне-«химики». Более же всего ненавидели армейских казахские милиционеры. Для последних понятия дисциплины и взаимопомощи были личным упреком, ибо ни то, ни другое им было неведомо, а авиаполк был крепок и славен именно такими добродетелями. Выручать ввязавшихся в разборку однополчан было делом чести, и Павлу сильно досталось от превосходящих сил противника. После этого он редко ходил в увольнение – не из-за страха, а из-за реальной возможности встретить обидчиков. Миром бы это не закончилось. В свободное время он точил из разноцветных кусков плексигласа и мельхиоровых трубок с парашютного кислородного прибора пестрые модели самолетов, которые после тщательной отделки и полировки выглядели так красиво, что от заказов и просьб не было отбоя. Когда Павел приехал в отпуск и поставил перед матерью сверкающую всеми цветами радуги модель пассажирской «Тушки» с подсветкой и светящимися бортовыми огнями, та отказывалась верить, что это его работа. А затем никак не могла решить, куда поставить «такую красоту». Примостила в углу под иконами, но сын убрал, переместил на телевизор. Вот и здесь, на полигоне, увидев чужую, но хорошую работу, Павлу захотелось рассмотреть ее поближе. – Товарищ прапорщик, можно, я в ваш город схожу? Скоро дембель, вряд ли сюда еще попаду. – Та иды. Казалы що дальни бомбыть будуть, но щось нема. Полигон прилетали бомбить не только «свои», но и «чужие» – дальние бомбардировщики с приволжских аэродромов. Они обычно отрабатывали мощно, с больших высот, и уничтожали все подчистую. После их «работы» Панасюк уже ничего не восстанавливал. Выравнивал бульдозером изрытое воронками поле и сооружал новый город. В этот день «дальние» заказали полигон с 12 до 14, но не прилетели. Подобное случалось частенько, поэтому прапорщик, видя, что уже скоро три, дело к вечеру, разрешил Павлу посмотреть полигон. И не только разрешил, даже дал ему маленький тракторец «дэвэшонок», с кузовом впереди, чтобы не идти пешком три километра. Никто не предупредил Панасюка, что бомбить будут не по местному, а по московскому времени, а это три часа разницы. Павел услышал гул самолетов, когда был в центре полигона, у «памятника», изображавшего вместо вождя очень похожую на комвзвода фигуру. Почти сразу же он уловил тонкий нарастающий свист, причем свист множился, возрастал, и хотя он никогда, кроме как в кино, не слышал звука летящих бомб, он не ошибся. Его бомбили. И еще Павел понял сразу и абсолютно ясно, что бежать ему некуда. Независимо от того, эскадрилья его будет накрывать или звено эскадрильи, ему не уйти. Первый взрыв раздался с краю полигона, потом заблестело и загрохотало все вокруг. Казалось, что всю землю поднимает вверх, переворачивает и опрокидывает снова. Едкая гарь и жженый воздух, забивающий горькой землей рот и нос, не давали дышать. Правая рука Павла нащупала во внутреннем кармане, между военным и комсомольскими билетами, сложенную ленточку. Он не помнил, как вытащил ее и начал обматывать ею голову. Даже в этом грохочущем мраке успел прочитать: «Живый в помощи Вышняго…» и потом все томительно-страшные, долгие минуты бушующей вокруг смерти язык, губы, мозг постоянно повторяли: «Живый в помощи Вышняго, Господи, спаси…» Павел почему-то прекрасно понимал, что Он может спасти. Все мысли были сосредоточены в этих нескольких словах, в единственной молитве, которую он узнал только сейчас. Никакие другие слова, никакие образы и отрывки из жизни не мелькали перед ним. Не было боязни боли, была лишь одна мольба, одна просьба: «Живый в помощи Вышняго, Господи, спаси…» И еще была уверенность: Он спасет, Он не попустит. Не молитва страха и ужаса рвалась из сердца Павла, а уверенная просьба, которая не может быть не услышана и не исполнена. Он не молился раньше, хотя видел, как молятся мать и бабушка. В их городке была церковь, и лет до десяти его водили на службы. Научили даже, как брать благословение у батюшки и как «говеть» – так называлась подготовка и само причастие. Но затем школа, насмешки друзей, пионерский галстук и комсомольский значок сначала отодвинули воспоминания в далеко прошлое, а с возрастом, кажется, вообще стерли детские впечатления. И вот сейчас, в адском грохоте взрывов и бушующем вокруг пламени, перед Павлом предстала грустная фигура Спасителя, в белом одеянии, со склоненной головой. Именно та фигура, которая была написана в храме, рядом со столиком, на который бабушка «ложила канун», – где молились о покойниках. Павлику тогда все время хотелось спросить, почему Христу не открывают калитку, в которую Он стучит. Но он так и не спросил. И вот сейчас, именно тот «грустный Боженька» смотрел на парня и слушал его говорящее сердце: «Живый в помощи Вышняго, Господи, спаси…» * * * Павел не слышал, как его откапывали, как бегом, положив в брезент, сменяя друг друга, тащили до казармы, как по-бабьи причитал над ним до смерти перепугавшийся прапорщик. Первое, что увидел солдат, было раскосое лицо молодой женщины, медсестры-казашки, которая пыталась из железной кружки его напоить, но вода не попадала в рот, текла по подбородку на шею и грудь. В стиснутых зубах Павла оказался зажат кончик того спасительного пояска – ленточки с молитвой-псалмом, данной ему перед самым отъездом матерью и вставшей несокрушимой стеной перед тоннами взрывчатки и смертоносного железа. Когда его на следующий день доставили в полк, Павел отказался ехать в окружной госпиталь, сказал, что отлежится в санчасти. Этим он несказанно обрадовал командира, но больше всего – Панасюка, опасавшегося большого заслуженного наказания. С демобилизацией, чтобы не разглашать случившееся, поторопились. Павел уехал домой в числе первых, лишь забежав из санчасти в казарму попрощаться с товарищами. Даже не уехал, а улетел. Первую группу дембелей отправляли до округа на стареньком «Ли-2». Последний за два с половиной часа, тарахтя, как трактор и проваливаясь раз за разом в воздушные ямы, доставил Павла на окружной аэродром. Впервые за два года службы в авиации Павел летел хоть и на стареньком, но военном самолете. И когда через расступившиеся где-то на середине полета облака он увидел внизу аккуратненький городок, сразу понял – это полигон. Понял и неожиданно для себя перекрестился. Оглянулся по сторонам с опаской, не заметил ли кто? А потом подумал: «Он меня спас, а я и поблагодарить Его стыжусь!» – и, больше не обращая ни на кого внимания, два раза осенил себя крестным знамением. http://rebrik.livejournal.com/256536.html http://russian.org.ua/material.php?id=11604274

Виктор Х: Прочитал сообщение у Admina, товарищ служил в Гиссарах, хорошее место. В ШМАС не был, а на аэродроме приходилось бывать дважды ( год 1967 или 68 точно не помню).Был такой случай, когда мы прилетели туда первый раз для перегона УТИ МиГ-15. Нам был предан транспортник ИЛ-14, но он был не как обычные военнотранспортные и не как ГВФ. Звёзды двухцветные (красные с синим) По борту молнии, киль тоже с красными полосами. Когдато он был личным с-том Молотова В.М. Это всё к тому, что в этот день там ждали прилёта комиссии из округа с представителем от Главкома ВВС. Садимся. Сруливаем на РД, нас встречает ГАЗон с мигалками, как в аэропортах, заводят нацентральную гостевую стоянку. Машин куча, одни "Волги" черные. Жара страшенная. Мы думали что не долетим и зажаримся заживо. В салоне мы были по форме ворастного ценза, кто помоложе в плавках, постарше в брюках от технички. Открываем выходной люк, спускаем стремянку и быстрее на воздух, кто как был. Но раз машин много, то и встречающих... . Стоят все в порядке занимаемых должностей и ждут появления того кого должно встречать нужно. Мы , пассажиры, сразу под крыло. Немая сцена, ребята, это вам не "Ревизор" Н.В. Гоголя. Выходит экипаж, тоже с одеждой на руке. М-р Богачёв, ком. экипажа, спрашивает (цитирую дословно)-:"Командиры, а зачем вы нас сюда запёрли? Мы к вам надолго, да и заявку давали на бортовй тягач под паращюты, а вы нам каждому по "Волге" подогнали?" И тут такое началось... Лексика авиационная, чисто аэродромная всю её не перессказать. В нормативной форме звучит, примерно так:-"Вы кто такие и как сюда попали?" Богачёв обяснил. Встречавший повернулся к своим сослуживцам. и что он им сказал или показал, но машины все кроме одной так рванули с места, как будто в рали учавствуют. Нам дали команду перерулить в другое место. После разгрузки сходили в бассейн на территории рембазы и пошли в полковую столовую. Кормежка отменная. В разгар приема пищи в зал влетает дежурный и командиру-:"Командир, там на посадку заходит АН-26 с комиссией, РП спрашиваеткуда его встречать?" Столовая опустела. Мы тоже ушли. Чем всё уних кончилось не знаю, но сколько мы там были на нас так НШ и командир смотрели, что казалось как-нибудь придут ночью их киллеры к нам гостиницу и вырежут. Ведь Средняя Азия, а Восток дело тонкое.Полковые ребята всё время подшучевали над нами. Какого мы шороху наделали.

82-й: В заметке хочу рассказать, в основном, о BCT (Basic Combat Training), по-русски – Курс Молодого Бойца. Для контраста: http://travel.oper.ru/torture/read.php?t=1045689281

МИГ: http://news.tut.by/146255.html Вот такие и у нас дела авиационные...По этой ссылке - этот полет... Польше разбился белорусский истребитель 30 августа 2009 Новость дня TUT.BY Взрыв после падения самолета. Фото rp.pl На крупнейшем авиационном шоу в Польше во время демонстрационного полета разбился самолет Су-27 Вооруженных сил Беларуси. В результате трагедии оба пилота - заместитель командующего Западного оперативно-тактического командования ВВС и войск ПВО полковник Александр Марфицкий и заместитель командира 61-й истребительной авиационной базы в Барановичах полковник Александр Журавлевич — погибли. Во время авиашоу на военном аэродроме в городе Радом, что в сотне километров к югу от Варшавы, произошла трагедия с участием белорусского истребителя. Как передает Gazeta Wyborcza, в 13.15 по местному времени, во время исполнения фигур высшего пилотажа самолет Су-27 УБМ 61-й истребительной авиационной базы Западного оперативно-тактического командования (Барановичи) рухнул на лесной массив на окраине аэропорта. После падения раздался взрыв, в небо поднялось облако дыма. По информации Rzeczpospolita, к месту падения самолета моментально вылетели вертолеты спасателей, выехали машины скорой помощи. Однако оба пилота, уводившие самолет от деревни, над которой пролетали, к лесу на низкой высоте, не сумели катапультироваться и погибли. В то же время сообщается, что никто из зрителей шоу не пострадал. Информацию о трагедии с белорусским экипажем агентству "Интерфакс-Запад" подтвердили в пресс-службе посольства Беларуси в Польше. По данным агентства, на месте происшествия также присутствовало командование ВВС и войск ПВО ВС Беларуси. Как сообщил БелаПАН начальник пресс-службы Минобороны Беларуси Вячеслав Ременчик, пилоты Су-27 УБМ — летчик-снайпер Александр Марфицкий и летчик-снайпер Александр Журавлевич — приняли решение не катапультироваться, а отвести самолет на максимально возможное расстояние от населенного пункта. Как отметил Ременчик, ценой своей жизни белорусы предотвратили более тяжкие последствия катастрофы. Полковник Александр Марфицкий являлся заместителем командующего Западного оперативно-тактического командования ВВС и войск ПВО, полковник Александр Журавлевич — заместителем командира 61-й истребительной авиационной базы (ИАБ) в Барановичах (Брестская область). К вечеру тела обоих пилотов были найдены. Соболезнования родным и близким погибших выразил президент Беларуси Александр Лукашенко, а также Министерство обороны страны. Второй день авиашоу в Радоме сопровождался сложными погодными условиями. Именно по этой причине вчерашние выступления были прерваны. По мнению Минобороны Беларуси, предварительная версия катастрофы Су-27 — попадание птицы в воздухозаборник двигателя истребителя. "Польскае радыё для замежжа" со ссылкой на присутствовавших на шоу специалистов сообщает, что авария могла произойти и из-за ошибки пилота СУ-27, находившегося за штурвалом. Истинные причины трагедии назовет специальная комиссия, состоящая из польских и белорусских экспертов. После случившегося авиашоу в Радоме было остановлено. Как ранее сообщало БЕЛТА, ВС Беларуси на авиашоу в этом году представляли фронтовой бомбардировщик Су-24М 116-й гвардейской Радомской Краснознаменной бомбардировочно-разведывательной авиационной базы и транспортный самолет Ил-76МД 50-й смешанной авиационной ордена Красной Звезды базы. Многофункциональный истребитель Су-27 УБМ должен был порадовать зрителей демонстрационным выступлением. В составе трех экипажей в Польшу отправились 10 белорусских летчиков. Предыдущая трагедия на крупнейшем польском авиашоу произошла в 2007 году. Тогда в результате столкновения двух самолетов из польской авиагруппы "Желязны", летевших на скорости 300 км/ч на высоте 30 метров, погибли два пилота. Международное авиашоу на военном аэродроме в городе Радом проходит уже в 11-й раз. Ежегодно его посещают до 200 тысяч зрителей. БелаПАН вспоминает, что это третья авария с участием военных самолетов в истории суверенной Беларуси, в которой погибли пилоты. Первая произошла 23 мая 1996 года. В ней погиб начальник воздушно-огневой и тактической подготовки 61-й ИАБ подполковник Владимир Карват. Ценой свой жизни летчик отвел загоревшийся самолет от населенных пунктов. Указом президента Карвату, первому в стране, было присвоено звание Героя Беларуси (посмертно). Вторая авария произошла в Беларуси 19 мая 1997 года в районе Барановичей. Разбившийся Су-17 пилотировал подполковник Сергей Погребан. Причины его гибели не обнародовались.

82-й: Просто вопросы. Стоит ли устраивать высший пилотаж для шоу (с большим скоплением людей) на боевых машинах (пусть и облегченных), на низких высотах (для зрителей)? А потом уводить (или не уводить) аварийные машины от толпы народа и жилых домов. Предназначен ли конструктивно современный истребитель для фигур классического высшего пилотажа? Если он нужен (высший пилотаж на современных истребителях в том виде который нам показывают), то учить этому летчиков истребительных полков (если они еще остались), а не десяток элит-пилотажников?

МИГ: Конечно,не стоит.Тем более - летчик-снайпер - это спец.по боевому применению.А "пилотажник" - это другое. А ребят - жалко.Молодые же еще - полковники. МИГ,

Юрий: Эх август ,август. Жаль ребят .Вчера смотрел по телевизору и подумал,что же за напасть такая на авиацию. Ведь столько праздников в августе , а тут такое. И во всех пилотажных группах нет летчиков в званиях ниже майора. У нас в полку был только один полковник-командир полка. То ли теперь привязки к должности не стало у пилотов? Ну ,а полеты на малой высоте всегда опасны,т.к и птиц полно, а самолет это "пылесос" да и самолет у земли себя ведет по -разному. Особенно на небольших скоростях.

Slava P.: Всего полгода назад писал это сообщение Slava P. пишет: У моего сына друг закончил Челябинское училище штурманов и сейчас служит на Дальнем Востоке, в Ванино. Летает на таких красавцах. А сейчас услышал по телевизору знакомую фамилию. В интернете нашёл это ... Авиакатастрофа Ту-142 над Татарским проливом http://www.aviaport.ru/digest/stories/207/ http://chelyabinsk.ru/news/244964.html Я в шоке! Позвонил сыну. Вечная память ребятам! "ЛЁТЧИКИ НЕ УМИРАЮТ:ОНИ ПРОСТО УЛЕТАЮТ ОТ НАС НАВСЕГДА..." (А.Экзюпери).

Юрий: Очередное ЧП в воздухе! Сегодня совершил жесткую посадку ТУ 154 .Взлетел во Внуково,а сел очень жестко с подломом передней стойки шасси в Домодедово,т.к. пилотам пришлось сажать самолет после поочередного отключения всех двигателей и электрики .соответственно. Хорошо хоть на полосу смогли попасть,но все равно есть погибшие и раненые. И это перед днем Гражданской авиации. Что-то в последнее время стало на авиатехнике много отказов,то ли подготовка к полетам стала хуже,то ли техника уже на ладан дышит. Только недавно вручали Героев и ордена экипажу севшему на старую полосу после отказа всего оборудования и вот снова. Жаль погибших пассажиров и раненых.

Юрий: Под Новый Год и ВТА "отличилась". Упал АН-22 "АНТЕЙ" И снова жертвы -сразу два экипажа-12 человек.. Что творится! Самолет один из последних в серии Антеев. Теперь и ТУ 95 посадили на прикол до разбирательства катастрофы,т.к.двигатели у них одинаковые.Пусть ребятам земля будет пухом.Это уже 9-ый разбившийся АНТЕЙ.

Юрий: Авиатехник скончался в московском аэропорту «Внуково», попав под лопасти винта пассажирского самолета. Об этом сообщил источник в правоохранительных органах Подмосковья. «Инцидент произошел в 19:05 по Москве пятницы. После приземления самолета АTR-42 во “Внуково” авиатехник, не дождавшись остановки вращения винта, попытался подставить стояночные колодки под колеса шасси, в результате чего одна из лопастей задела голову человека», — цитирует слова источника агентство «Интерфакс». Авиатехник был экстренно доставлен в медпункт аэропорта, однако полученное ранение оказалось несовместимым с жизнью. «Через 40 минут после получения травмы он скончался в медпункте аэропорта», — сказал представитель правоохранительных органов Подробнее: http://news.mail.ru/inregions/moscow/90/7942409/?frommail=1

Тестов: За годы моей службы в 1983-84 годах в гарнизоне Мачулищи в "Базе"- в/ч 36792, обслуживавшей 121 гвардейский Краснознамённый Севастопольский ТБАП был один смертельный случай. Летом 1984 года водитель "ТЗ-22", из 1 авто-технической роты, на складе ГСМ спрыгнул с "бочки" прицепа на кабину "КрАЗа".Была ночь. Кабина в росе.Парень подскользнулся и упал на бетонные плиты, которыми были выложены дорожки на территории склад.В коме его увезли в Минск в окружной госпиталь.Умер он в ноябре, кажется, или начале декабря... О том, как мне на автокране "К-162" чуть не оторвало пальцы левой руки я писал...Помню, что перед строем зачитывали приказ, о том, как пьяные .удаки на АПА подъехали под "Ту-95" , кажется в Белой Церкви. Винтами кабину "ЗиЛа" вскрыло, как банку консервов, то ли 1, то ли 2 трупа из тех 3 .удаков, что в кабине АПА были... В пожарной команде там - на войне, как на войне...В декабре 1983 был мой первый выезд на пожар.На улице Молодёжная, на её нечётной стороне, было всего 3 9-этажки.А южнее - всё частные домики.Горел гараж у такого домика, на чердаке гаража - запасы сена. Машины из гаража выкатили - тут с потолка балки обгоревшие вниз пошли.С пожарным стволом работали ребята на полгода раньше меня призывавшиеся - Юра Соц (отчества не помню) из Калининграда областного (до призыва работал на судостроительном "Янтаре") и Хоменко Сергей Александрович из Магнитогорска.Чудом их не задело... В начале мая 1984 года из нашей части пошла 1 пожарная машина, несколько машин "поливалок" на базе "ЗиЛ-130", в Бобруйск.Там из-за пренебрежения правилами пожарной безопасности взлетел на воздух бомбосклад нашей АД.Наши ребята привезли осколки шариковых бомб в качестве сувениров.После этого весь год ходил от нашей команды пожарный патруль по объектам гарнизона (на дембель я ушёл 29 декабря последним из части, с Валерой Парием,он из Киева призывался, из 2 авто-технической роты)...Где-то в 1989-91 годах в газете "Совершенно секретно" была статья "Неизвестные военные катастрофы", где про пожар на бомбоскладе было написано...У нас в части говорили, что пошло представление на часового и кинолога, охранявших бомбосклад в Бобруйске и не ушедших с поста во время пожара на медаль "За отвагу".Повзрывалось там, похоже, славно. Летом, а может уже в сентябре 1984, нас, как гарнизонную пожарную команду, отправили на 1 машине по шоссе Минск-Слуцк на юг от Мачулищ.Напротив деревни Пятевщина, восточнее шоссе стояла точка ПВО с ракетами С-75 на вершине холма.Посмотрел по wikimapia, там сейчас позиция С-300. А у подножия холма был автопарк, столовая, казарма и дома офицерского состава.Вот один кирпичный ДОС и горел.Времени прошло много, пока наш выезд согласовали. Когда мы приехали уже крыша рухнула.Я, как самый старый пошёл в разведку.Шёл по стене, багром проверял пол чердака. В какой-то момент багор провалился вниз, поднялся столб дыма, снизу вырвалось пламя.Я, естественно, за багром наклонился сильно вниз, чуть не упал в дыру.В этот момент 2 москвича, призывались они после одного техникума на полгода позже меня, весною 1983, Виталик(никак фамилию на вспомню) и Лебедев Игорь Ефимович (жил он в Москве на улице академика Варги, дом 2 квартира 303)мгновенно дали воду из ствола-распылителя.Дали очень аккуратно,меня водой не сбило со стены, пламя уменьшилось сразу...Со спасителем своим Игорьком Лебедевым встретился я в сентябре 1989 года, когда летел через Москву в командировку в Фергану, в оперативную бригаду ГУУР (Главного Управления Уголовного Розыска)МВД СССР, после массовой резни, что была в июне 1989 в Фергане. 5 сентября 1984 года вечером(запомнил, т.к. 5 сентября - день рождения моей мамы)было уже темно,выезжали в Мачулищах на пожар в частном доме на улице, что южнее улицы Молодёжная, дом был прямо на берегу пруда(на карте wikimapia написано, мол это площадка для НЛО).Пришлось из горящего дома, прямо из кухни, вынести уже тёпленький 50 литровый газовый балон. Приехали бы мы чуть позже - может бы полетали все...На том пожаре идя по крыше подскользнулся и чуть не улетел в огонь Володя Мезенцев (с моего призыва - осень 1982).Володька полгода был в школе сержантов где-то в Подмосковье, где для всех родов войск готовили командиров отделений пожарных.Да и до армии был перворазрядником по боксу и борьбе.Призывался из города Дружковка Донецкой области.Сработала у него реакция, когда по крыше покатился, успел достать пожарный топор и воткнул крюк в крышу, остановил своё падение...Ну, выезды на остальные пожары были без особого риска, напишу о них позже.

Юрий: В начале 80-х пришлось мне ехать эшелоном в партизанском составе из Починок,что под Смоленском,на станцию Ильино Горьковской области на учения в составе фронтового склада горючего и трубопроводной бригады.Комплектовали партизан в Смоленске. Вот по прибытии на станцию один из крановщиков при разгрузке крана забрался на стрелу,чтобы открутить фиксирующую проволоку,хотя всех предупреждали об опасности таких действий под контактным проводом.А этот партизан еще и встал на стреле и сверху струю пустил.Как только струя коснулась земли раздался треск и "герой" слетел на землю без хозяйства и сильнейшим ожогом от головы до паха. Срочно его отправили в Мулино в медсанбат,а потом в цинке домой в Смоленск. Это был первый день учений,к счастью потом пострадавшие были только от комаров и слепней.



полная версия страницы