Форум » Воспоминания о ШМАС и дальнейшей службе в авиации » Армейское народное творчество » Ответить

Армейское народное творчество

Admin: Здесь вспоминаем и обсуждаем дембельские альбомы и прикиды, часовые браслеты, выжигание на ремнях, цветы из оргстекла, наборные ручки к ножам, самолётные железки под значки и прочеее народно-военное творчество...

Ответов - 94, стр: 1 2 3 4 All

tsipeter: МИГ пишет: Вышел через КПП и пошел на остановку автобуса до вокзала.Действительно просто. Аэродром в Легнице был небольшим, его строили немцы еще до второй мировой. Кроме вертолетного полка на нем базировалась отдельная эскадрилья транспортных самолетов. В составе эскадрильи был Ан-24 и еще несколько типов самолетов с укороченным разбегом и посадкой, т.к. длина ВПП не позволяла садится более тяжелым самолетам. Перед самым дембелем нам сказали, что отправят в Союз самолетом с другого аэродрома. Последнюю ночь перед отправкой я не спал совсем, просидел рядом с нарядом по казарме, курили, вспоминали свою службу и жизнь. Ночь прошла довольно быстро, на последний завтрак сходили без строя, попили чайку дембельского, лично от хлебореза, и пошли с чемоданами к штабу полка. Там после шмона чемоданов нас посадили в ГАЗ- 66 и повезли, помойму в Шпротаву, точно уже не помню, это Хан мне может помочь. От Легницы ехали недалеко, где то около часа, может чуть больше. Привезли нас на аэродром, с краю не далеко от ВПП метров 200-300 стояла штабная палатка, на табуретке бачок с водой с фонтанчиком, рядом дежурный по стоянке с автоматом и больше ни души. Нас сопровождал капитан нашего полка, пошел в разведку, вернулся через час , сказал будем ждать борт из Союза с молодыми, обратным рейсом заберет нас, а пока раслабтесь и отдыхайте. Отдохнешь, как бы не так . Начались полеты. Летали СУшки помойму, опять же Хан поправит, если что не так. Я первый раз в жизни присутсвовал рядом с полосой при взлете реактивного самолета ( вертушка не в счет), взлетали по одному, парами и по три. То ли от бессонной ночи, то ли от переживаний, но у меня сильно разболелась голова, а тут еще эти разлетались, казалось до дому не доживу. Наш капитан куда успешно слинял, а кроме дежурного по стоянке, из местных никого не наблюдалось. Пришлось мне грузить его просьбой достать аналгина или чего нибудь от головной боли. Правда не прошло и пятнадцати минут, как прибежал санинструктор из сумкой, напоил таблетками меня и как оказалось еще были такие же несчастные, дал прозапас. Ближе к обеду полеты прекратились, мы потихоньку перебрались в тенек палатки, на травку и кто как мог уснули. Самолет Ил- 18 из Союза, прилетел ближе к полуночи, выгрузил молодежь, желавших нам мирного дембеля и обещавшим нас защитить в случай чего, мы вкинули в грузовой отсек свои чемоданы, сели в самолет и полетели!

МИГ: При увольнении все старались быть покрасивее,что ли, и это правильно,все таки два года в армии,это не два месяца,отличия должны были быть.Но хочу вспомнить и об "улучшениях" формы,чтобы было в ней просто комфортнее. Я через год службы "отменил" сам себе портянки,заменил носками,благо сапоги были впритык по размеру.Стирал в бане,а по необходимости и в расположении.Многие заимели подтяжки,чтобы наши "полугалифе" были внатяг,без пузырей на коленях.Стариками мы вместо маек,выдаваемых при помывке,носили тельняшки.Кожаный ремень дозволялось купить в военторге,тоже после года службы.Вот такой "минимум". МИГ.

Хан: Да, действительно, как вспоминает Петр Яковлевич свой дембель - это был аэродрот Шпротава т.к. на соседних аэродромах дивизии в то время (1975г.) базировались МИГи. Я с учебки в ноябре 1975г.с Алуксне в полк в Шпротаву добирался по маршруту Алуксне- Лида - по ж/д узкоколейке, Лида-Рига - поездом , Рига- Старград (на военный аэродром севере Польши) - ТУ-154, дальше на юг поездом до Варшавы, с Варшавы до Легницы -поездом, с легницы до Кшивы (наш аэродром) автобусом. В Кшиве нас осталось три механика с Алуксне мы думали, что это наша крайняя точка путешествия, но нет - переночевали там одну ночь , местные "деды" нас попрессовали, а утром нам сказали "выходите с вещами на автомагистраль и чем хотите добирайтесь до Шпротавы, эта около 40 км. Мы рады до беспамяти, что вырвались с этого дерьма, за шмотки и без всякого сопровождающего на трассу. Остановили попутную легковушку (ехали два пана), они с большим удовольствием нас довезли до проходной аэродрома Шпротава (рядом с трассой). Прошли проходную , - идет навстречу прапорщик, мы у него спросили как пройти к штабу полка, он попросил наши документы, а изучив их очень возрадовался "да вы ребята кроме того, что механики, еще все имеете и профессиональные водительские удостоверения, это как раз то, что мне необходимо, только вот, что это у вас рядовой Ковтун (был среди нас такой - вылитый Савелий Крамаров) в послужном списке, в графе взыскания не отработано 16 нарядов вне очереди - ну ничего отработаете" Довел нас до штаба, сказал ждите, а сам в штаб,через 15 минут вышел и сказал идти с ним в казарму . Это теперь уже был наш старшина ТЭЧ, прапорщик Михаил Анцутас. Который был в свое время старшиной разведроты, старшиной женского взвода связи, а теперь попал в авиацию и все время на укорял "Эта гребаная авиаЦЯ" нет у вас порядка, мне с девками со связи в сто раз легче было управляться. По сравнению с Кшивой в ТЭЧ в Шпротаве никто нас молодых не прессовал, к молодым относились доброежелательно, никаких намеков на дедовщину. А еще нас закрепили и водителями на спецавтомобили в ТЭЧ их было 14 авто. Ну это отдельная история.

tsipeter: Саша, ты меня извини, подлеца, но я кажется нашел твоего сослуживца под ником Донской. Адрес: http://sgv32/bjrda/ru/?999 На форуме этого сайта есть тема" Солдаты Группы Северной" , там есть твоя Шпротава,посмотри.

tsipeter: Адрес неправильно набрал: http://sgv32.borda.ru/?999 в гугле

Хан: Благодарю, Петр Яковлевия. Это я там себя так никну.

tsipeter: А я губу раскатал! Но я могу с тобой поделится радостью. Я сегодня нашел однопочанина. Правда он дембельнулся в 72-м а я приехал в полк в 73-м, но общие знакомые есть . Тепрь будем общатся более обстоятельно. Если не против, давай на "ты".

Хан: На "ты"- не против. Я пока со своих сослуживцев никого конкретно не нашел, ни по ШМАСу ни по полку, видимо наш брат СДшник мало к компу приучен, не сравнить с другими специальностями, хотя в полку все спецы были и сайт по полку солидно раскручен. Но даст бог ...

tsipeter: Хан пишет: сайт по полку солидно раскручен Саня а здесь ты был: http://sgv.ucoz.ru/

tsipeter: tsipeter пишет: Самолет Ил- 18 из Союза, прилетел ближе к полуночи, В районе трех часов ночи приземлились мы в аэропорту Борисполь на дозаправку. Нас всех, как и положено, вывели в зал прилета, здания аэропорта и тут оказалось , что половина самолета хочет остаться в Киеве, самолет летел до Ворошиловграда, с этого города мы должны были разъежатся кто куда по ж.д. С нами был сопровождающий капитан. Мы попросили его договорится, что бы тех кто желает, оставить в Киеве. Он ушел, вернулся через полчаса с капитаном пограцов и таможенником, велел разделиться на две группы, кто летит и кто остается, получились почти две одинаковые группы. Мы забрали с самолета свои чемоданы, погрузили в тележки электрокара и нам велели ждать до 6-и часов утра проверки личных вещей. Мы без дела слонялсь по зданию аэропорта с тоской поглядывая на часы. В кармане ни копейки наших денег, даже стакан газировки выпить не за что. В шесть открылась воинская касса, по требованию получили по 38 рублей, забрали свои чемоданы, к которым кроме нас никто не притронулся, вышли на площадь перед парадным входом и увидели " Икарус-Интурист", выгружавший пассажиров. Водитель, за руб с носа, согласился довезти на Крещатик. Возле метро "Крещатик" гастроном начинал работать в 7-00, а сзади здания станции метро было кафе под одноименным названием. В гастрономе взяли по 700 мл портвейна на двоих, чтобы с голодухи не поплыть, зашли в кафешку, взяли пельмени и салатики, кампот не брали, девченки из кафе дали нам чистые стаканы, попросили только бытылки не выбрасывать, а учитывая то, что нас было в кафе человек сорок..... Обмыли мы дембель, вышли на улицу, сели на скамейках вдоль тротуара, а душе петь хочется, на улице было 7 мая 1975 года и ни одного патруля. Посидели, пошумели, начали группироватся кому -куда, обнялись напоследок и разъехались.

tsipeter: Июльская жара добила народ окончательно и бесповоротно. Лень-матушка даже пальцем по "клаве" пройтись. Так - зашел, посмотрел и тихонечко назад спрятался, уж больно жарко! Просыпайтесь мужики и вспомните с какой радостью мы в жару шли на помывку техники, а зимой к теплой "буржуйке" травить анекдоты.

Ion Popa: Очень даже по теме статья http://www.sguez.com/cgi-bin/ceilidh/art/?C344fb2fd31We-5230-629-00.htm

Ion Popa: Фрагмент публикации Юрия Хомчика о пограничных татаировках... Что такое татуировка Понятие татуировка пришло к нам из Полинезии, на таитянском диалекте «татау» означает рисунок. Ввел это определение знаменитый английский первооткрыватель Джеймс Кук и использовал его в отчёте о кругосветном плавании 1773 г. До этого в Европе не существовало отдельного термина, который бы обозначал способ украшения тела человека каким-либо рисунком. Однако это понятие не сразу было принято главным по отношению к данному способу украшения тела. Изначально слово «татуировка» связывалось с операцией, выполняемой только на Таити. Теперь термин «татуировка» распространился в большинстве стран Европы и переведён на разные языки. Впервые слово «татуировка» было включено в Словарь медицины, изданный бельгийцем П. Нистеном в 1856 г. Затем Э. Литтре раскрыл это понятие в Большом словаре французского языка. Как трактуют слово татуировка наши популярные словари Татуировка (термин, заимствованный из полинезийского языка) – обычай нанесения рисунка на лицо и тело путём введения краски под кожу. Обычно связан с инициациями. (Этнографический словарь) Татуировка (термин, заимствованный из полинезийского языка) – нанесение на тело рисунков накалыванием и втиранием под кожу красящих веществ. (Энциклопедический словарь) Татуировка – наколотые особой краской узоры на теле. (Словарь Ожегова) Татуировать – накалывать по коже узоры, натирая их краскою, по обычаю многих дикарей. Татуировка, самый узор накожный, наколка. Татуировщик, татуировщица, мастер этого дела. (Словарь Даля) Кое-что о военной татуировке В XVIII в. лишь Россия официально ввела в действие идентификацию людей из групп риска. Указом Великого Петра I в 1712 г. было велено всем рекрутам, специально отобранным для прохождения службы на флоте или в армии, наносить отличительные татуировки. Для этого был изобретен специальный инструмент, в котором положение игл менялось с целью изменения наносимого идентификационного номера. У Джона Кеннеди на плече была вытатуирована черепаха, а Уинстон Черчиль имел татуировку в виде якоря. Кстати в 1900 г. было установлено, что 90% военных моряков США имеют татуировки. Черепаха означает, что моряк пересёк экватор. В годы Первой Мировой войны солдаты на фронте в минуты затишья делали друг другу наколки. Ими двигала идея наносить отличительные знаки для идентификации товарищей в случае гибели или получении тяжелых ранений. Все члены фашистского СС обязательно имели кроме татуировки отличительного знака «СС» (две молнии), еще и наколку группы крови. Такие татуировки делались на плече, под мышкой, а иногда даже не нёбе. Известен случай татуировки, направленной против военной службы. Во время войны во Вьетнаме американский призывник сделал себе татуировку в виде двух неприличных слов на ребре правой ладони. Татуировку было видно, только когда он отдавал честь, так что в армию его не взяли. Многие учёные задавались вопросом, зачем военные и моряки делают себе наколки, но до сих пор не нашли ответа, почему эта вековая традиция имеет такое распространение. Некоторые психологи полагают, что стремление военных наносить татуировки является ни чем иным, как инстинктом самосохранения. Наколки, безусловно, должны быть уникальными, чтобы можно было легко узнать ее владельца при гибели или тяжелом ранении. Цель современной армейской татуировки – это не только стремление к идентификации, а, в большей степени, память солдата о воинской службе и значимых событиях в его военной биографии. Наколки так же различаются в зависимости от рода войск и военной специальности. Например, изображение террориста в оптическом прицеле говорит о том, что владелец такой татуировки является снайпером. Разведчики накалывают изображение летучей мыши или совы. Спецназовцы – нечто устрашающее (череп, волка, барса и т.п.). Есть такие, кто, не мудрствуя, изображает на предплечье нарукавную нашивку своего подразделения. Вспоминается анекдот по этому поводу: Приходит мужик в тату-студию и говорит мастеру: – Ты танк на спине наколоть смогёшь? – Легко! – Давай, только во всю спину. Через две минуты после начала работы татуировщик говорит: – Готово! – Так быстро? – А что такого, всего-то четыре буквы... Во многих воинских частях существуют свои традиции нанесения татуировок. К примеру, призванные осенью накалывают дракона, а весной – орла. Те, кто служил на Северном Кавказе, изображают скорпиона, участники же боевых действий рисуют его жалом вверх. О татуировках написано немного. Вначале это были только книги МВД для служебного пользования. Позже появились немногочисленные издания о воровских татуировках для широкого круга, рекламная продукция различных салонов современного татуажа. Теперь можно кое-что найти в интернете, но это в основном работы современных мастеров (фэнтези, тема смерти, животные, растения и т.д.). О военных татуировках до сих пор ничего не издано. А ведь армейская татуировка, значки-самоделки, нашивки-самоделки, рисунки в дембельских альбомах – часть нашей культуры. Хотим мы это признать как культуру или нет, но это реальность, это часть нашей жизни, истории, если хотите. http://www.simvolika.org/mars_044.htm

Serega: Ion Popa пишет: Во многих воинских частях существуют свои традиции нанесения татуировок Был у нас в учебном взводе при светодивизионе боец Гришка Дарюга, то ли с Полтавщины, то ли с Харьковщины, в общем, с Украины. Ну, раздолбай, каких поискать. Все время, обращая внимание на его нелепые промахи по службе, так и подмывало добавить к его фамилии "ПИ". Однажды утром просыпаюсь, чувствую, времени уже - давно бы учебному взводу на зарядку бежать, а бойцы, как и вся вторая рота, в расположении которой квартировал уч.взвод, крепко, мирно спят. Достаю из тумбочки часы, - 6=10! Шо за дела? Одеваю штаны, выхожу из кубрика. На тумбочке, где должен бы дневалить Дарюга, никого... Это после двух недель службы, когда и присягу не успели принять! Поднимаю роту, захожу в кубрик учебного взвода, все суматошно одеваются, а на одной из кроватей у стены, укрывшись с головой одеялом, кто-то еще упорно давит по массе. Особо в догадках и не терялся. Сдергиваю с ошеломленного Дарюги одеяло, хватаю за х/б,- Ты что же, "салабон", вообще припух?! А если б нас всех бендеровцы вырезали? Потом смотрю, что-то у меня руки не то в чернилах, не то в пасте от шариковой ручки, у Дарюги тоже и руки, и рукава х/б все заляпаны. А когда соображение от ярости малость вернулось, гляжу, а у него на кистях рук и "сердце", пронзенное стрелой, и "Гриша + Люба", и "ДМБ-83"! И всё не нарисовано, а исколото иголкой. Ну, блин, - атас! Такого и нарочно не придумаешь. Потом командир уч.взвода пр-к Герчак Гришку в санчасть водил, опасался, как бы заражение не получил, ну и заодно выяснить, может все у него понарошку там приключилось. Какое там! Татуировки настоящие, только лишь примитивные по художественной ценности.

82-й: Serega: Ну, раздолбай, каких поискать. С весенним пополнением (нам – на дембель, а им – служить как медным котелкам), явились, между прочих, отдельные выдающиеся экземпляры бойцов. Оговариваюсь, что пишу о них без злобы, без чувства превосходства, а токмо как о явлении жизни. Один, назовем его, к примеру, А., прибыл к нам из Вышневолоцкого ШМАСа, из родного 113-го взвода, выпущенный из сего учебного заведения, механиком-аэрофотографом. И должен был сей А. заменить одного из нас – дембелей на спецработах. Глаза – зеркало души. И были они у А. растерянными и опушенными густейшими ресницами. Внешний вид у бойца отсутствовал. Грязноватое х/б. Мятая великоватая гимнастерка сидела на нем складками, кое-как заправленными за ремень. Шаровары… Сапоги… Нет вопросов, коли б он прибыл к нам не из ШМАСа. Но за полгода службы (тем более в ШМАСе) можно было бы понять, как должен был выглядеть солдат СА. К тому же А. был постоянно грязноват. Имеется в виду кожа лица и рук. И это была не природная смуглость. Потому как за, без малого, месяц совместной службы криков: -Ты бы умылся, ….! - со стороны старослужащих раздалось изрядно. Хочу заметить, что мы (дембеля) находились в тот крайний месяц службы в особом состоянии. В предъдембельском состоянии. В состоянии медитации. Мы находились вне времени. Армейская служба для наших Тел еще продолжалась. Но где при этом находилась та нематериальная субстанция, которую по ошибке называют Душа? Именно поэтому никому особо дела не было до А. Так, удивление… Как он сможет работать на КФТ и выполнять спецработы? Его одновзводники, видя нашу реакцию, начали им помыкать и покрикивать на него в нашем присутствии. Постепенно выяснилось, что парня забрали в армию с хутора, где его с детства ненькали маманя и батька. В ШМАСе ему досталось и по строевой, и по уставной, и по учебной части. В общем заторкали хлопца. Но жалости сия история у нас не вызвала. Уж больно чучелообразен он был. А шаровары, мешочком висевшие на тыльной его стороне... Этот мешочек был как молчаливая просьба: -Пни меня! Я не помню на какую из точек его распределили (может и к нам). И вообще я плохо помню события за 100 дней до Приказа и после нашего Приказа… Помню, что отношение у дембелей к А. изменилось, после первой же продовольственной посылки с родного хутора (Какова оперативность – оцените! Ведь и месяца не прошло, как у А.Н. поменялся номер части.) Другой такой продовольственной посылки я не упомню! Чего там только не было! Понятно не с точки зрения завсегдатаев городского ресторана. Так вот. Мы кушали дня два-три содержимое сией чудесной продуктовой посылки. Благо сохранить её от посторонних не составило труда – почтальон и каптенармус были с нашего призыва, и с нашего же учебного взвода, а на наших точках были укромные места. После чего нами (стариками) в казарме было сказано вслух, чтобы никто из молодых А. не трогал. Кто ж пнет другого, коли ты с ним преломил хлеб? А ведь там, кроме хлеба... Колбаска, сальце... Еще помню, что кем-то была высказана мысль, о том, что паренек может быть не так уж и прост. И в своем собственном стариковстве он еще покажет молодым кузину маму. Может оно и так. Как сейчас узнаешь?

Ion Popa: У нас татуировками особенно никто не баловался. Только Серёга Сазонов наколол самым примитивным образом при помощи туши и иголки на руке татуировку. Причём по профессиональной, метеорологической, тематике. Выглядело это примерно так... Коряво и крайне непрофессионально... А означают сии каракули песчаную бурю или низовую метель... Ну, а КН-01 - это синоптический код.

Ion Popa: А вот ещё одна самоделка. Классика... А это уже с некоторым изыском по части ДМБ...

СУ-25: Во время службы в ШМАС у нас хватало времени на переделку значков 3 класс- они были на застежке, а полный шик иметь такой же знак, только со штифтом, а под знак вставку из пластмассы( бралась от планой для чистки пуговиц в быту они были без полезны и использовались как источник пластмассы толщиной 1мм) так значек к хб плотно прилегал ну и соответственно такая же вставка была для знак "Воин- спортсмен". А в полку мы изготавливали подарочные модели СУ-25 из тополя(для чего был спилен и высушен старый топольоколо ТЭЧ) при чем варианты подвески АВ лично давал командир полка в зависимости от получателя модели. Для себя же делал дембельский альбом, а потом надоело(да и замполиты начали зайки затягивать) и я его одному чурки с соседнего полка продал за 50руб., сделал колекцию чеканок(рисунки самолетов брал из журнала "Советский воин"), но кореша уламали подарил все на память. Такая же судьба постигла коллекцию заколк для галстуков в количестве 12шт- все разные типы самолетов, но здесь просьба исходила от молодых летех- сослуживцев и я подарил- не жалко! Материалом для заколок служил силумин от шасси разбитого Ил-14- он у нас за ангаром ПАРМа волялся. Ну а коллекцию чеканок парусников я делал по просьбе старшины 3 эскадры и своего командира группы- мне нравится сам процесс изготовления и я люблю делать подарки- это приятно.

МИГ: Наверно и татуировки - это "армейское народное творчество". В то далёкое время ни о каком "высокохудожественном тату" и речи быть не могло. Уровень, тех рисунков и надписей, был довольно низким. Да и что могли сделать молодые ребята подручными средствами. Но желающие приобрести на плече или на кисти руки надпись типа "ДМБ-76" - всегда находились.А был у нас в ТЭЧ в группе СД боец Вовненко, так сначала сделал наколку, уж не помню какую, а потом решил убрать. А средство выбрал - кислоту серную. Накапал на рисунок...и язвы, в результате получившиеся, еще долго залечивал.Да и шрамы остались. Было и такое. МИГ.

Ion Popa:

Ion Popa: Cейчас распространилась мода на дембельские значки... Да, в наше время такое даже и не снилось...

Sergey: Дембельская интерпритация приказа Министра Обороны СССР: УКАЗ старейшего воеводы государства русского от марта месяца 27 дня сего года века ХХ № 72 операясь на указ об увольнении старейшин в жизнь общинную и наборы в рекруты для жития мирного Повеливаю : 1.Уволить из рати действующей на жизнь мирную всех старейших дембелей, отбывших сроки воинской повинности, начертанной указом. 2.Всем конторам, военным и окружным воеводам и орденарцам доложить о состояние чемоданов и сундуков дембельских, о наличии принадлежностей для перевода в общину мирную, не военную. 3.Предоставить старейшим колесницу дембельскую, обеспечивающую нормальный перевоз тела ихнего к месту жительства. Скорость хода дембельской колесницы не должна превышать 20 ярдов от оборота земного, около солнца денного, светила господнего. Встречным прекратить всякое движение, дабы избежать последствий несчастных, мук неправедных. 4.В связи с увольнением дембелей старейших в жизнь мирную, общинную, набрать в рекруты всех отроков воспроизведенных не свет божий 18 лет назад, дабы обеспечить мир в час дембельский. 5.Сей указ обьявить во всей рати земной, сухопутной, мореходной и воздухоплавательной. Старейший воевода всея Руси, князь всея Руси, светлейший из светлейших, мудрейший из мудрейших по ныне известный свету божьему Соколов Сергей Леонидов сын.

Валентин: Ion Popa пишет: Не знаю, подходит-ли под категорию армейского творчества дембельский блокнот. Туда записывались адреса сослуживцев, дембельские песни и стихи. На обороте одной из фотографий, которая прикреплена в моём сообщении №5 - http://shmas.forum24.ru/?1-3-0-00000042-000-0-0, были стихи от моего сослуживца, за авторство стихов ручаться сегодня не могу - столько лет прошло (понимаете). Но, стихи действительно хороши! Стриженный под ноль и неуклюжий, Сняв портянку, сползшую с ноги, Я шинель длинющюю утюжу И с тоской смотрю на сапоги. И они, набившие мозоли, Были мне, казалось не к лицу, Из-за них я вынес столько боли, В первый день, шагая на плацу. Дни, недели вытянулись в месяц, Неприязнь к кирзовым улеглась: Видел я, как дружно в поле месят Сапоги разношенные грязь. И шинель, что ярость вызывала, Так и сяк болтаясь на плечах, Сколько раз надежно укрывала В стылых и проветренных ночах. ... Я смотрю, как злится первогодок, Сняв портянку, сползшую с ноги. Знал бы он, что делают погоду В нашей службе даже сапоги.

Валентин: Читая сообщение №38 от МИГ, вспомнил первые выезды на аэродром, будучи в полку. Окончив ВАШМ с отличием, меня, с первых дней, закрепили за самолетом, на котором летал комэска. На аэродроме нам выдали желтую (как цыплята) техничку, такую как можно видеть у пользователя с ником МИГ и спец.обувь, мне как раз-то не досталось, пообещали, что позже принесут. Проводились регламентные работы. Техник самолета проверял что-то (не помню) в кабине и попросил меня чего-то там поднести и подать наверх. Забыв про сапоги на ногах, забрался на самолет, и малость расписал крыло каблуками сапог. Тут в ангар зашел комэска и, увидев мои художества..., короче, технику самолета и мне механику, наравне влетело. В тот же день лично мне пришлось вымыть с мылом весь фюзеляж самолета, но меня ничуть это не испугало, в дальнейшем еще больше стал любить "свой" самолет.

Валентин: В тему «Армейский юмор» наверное не проходит, а народное творчество в самый раз будет, про авиаторов: «Вжик-9» Юрий Гальцев [BR]http://www.youtube.com/watch?v=94EJYvew7V8&feature

Валентин: Маркуша A.M. «От винта!» http://scilib.narod.ru/Fiction/Markusha/Screw/

Валентин: Поэзия на службе в армии Народному поэту Республики Коми Владимиру Тимину с армейской службой повезло. В начале 60-х годов он успешно окончил ШМАС – красивое и звучное название! – то есть школу младших авиаспециалистов, и был распределен в город Умань Черкасской области. Группу выпускников-новобранцев, с которой он прибыл, выстроили на плацу, и перед ними появился старшина батареи с лицом восточного типа. Деловито и строго объяснил ситуацию в городе, распорядок дня, что значит боевая и строевая подготовка, как проходят занятия с техникой и боевые стрельбы. И в конце говорит: – Кто пишет стихи, выйти из строя. Все стоят в недоумении, странный приказ какой-то. Возможно, вспоминают анекдот, в котором командир тоже так мирно попросил: кто любит музыку, шаг вперед. А затем тех, кто вышел из строя, послал затаскивать рояль на пятый этаж. Старшина повторил свой вопрос во второй и в третий раз. Тогда Владимира Тимина толкнул в спину товарищ по ШМАСу, что, мол, не выходишь, ты же пишешь стихи. Пришлось будущему народному поэту республики выйти из строя и представиться. Далее… http://old.znainashix.ru/journal/7/78/

Ion Popa: Обложки дембельских альбомов,солдат служивших в ГСВГ. http://habarnew.livejournal.com/81783.html

82-й: Альбомы делают не все, но большинство. Изготовление альбома негласно поощряется командованием — лишь бы солдат был занят чем-нибудь. Работать дембель все равно не будет, на всех аккордов не сделаешь. А так хоть не мается от безделья. Творит, можно сказать. Бывает, правда, придираются к фоткам — снимать что-либо в части запрещено. Часто ротный или наш взводный крушат все в спальном помещении, срывают белье и переворачивают койки, выбрасывают все содержимое тумбочек в проход. Это называется «наведением порядка». Единственная вещь, которую они не тронут, не растопчут и не выбросят, а прикажут лишь сдать в каптерку — дембельский альбом. Святая для солдата вещь. В нее он вложил всю душу, весь талант, что имел. А если не имел, то развил. А если и этого не смог, то сумел договориться с полковыми мастерами, проставился на курево, хавчик… Разыскал талант среди молодых и опекал его, не давал в обиду: Короче, лучше — не трогать. Художники, такие как Вовка Чурюкин, в большом почете. Стенгазеты, плакаты и боевые листки — лишь антураж. Художники заняты настоящим делом. Они создают вещь, которая делает воспоминания о службе приятными. Дембельский альбом — вещь гламурная. В нем нет места говну первого года. Все возвышенно и пафосно, до уровня кича. Как того и требует простая солдатская душа. Мы слышали, в соседних частях, в Гарболово, тамошние ВДВэшники вклеивают в свои альбомы фотографии, где они развлекаются с молодыми. Отрабатывают на них удары, выстраивают голыми на подоконниках: «Это, блядь, пидорство какое-то!..» — плюется Борода. «Уроды. Это они кому — папе с мамой покажут? Или друзьям? Да со мной собаки в Бендерах здороваться перестанут:» Альбом — дело кропотливое. Времени на него уходит немало. Но это скорее плюс, чем минус. Прежде всего, покупается большого размера альбом для фотографий. Обычно альбомы привозят из Питера водилы из роты МТО или почтальон. Надо лшь договориться и подогнать пачку сигарет с фильтром. Можно альбом получить и бесплатно, но это дольше, и не каждый может. Есть перечень награждений за отличную службу. Отпуск на родину, фотография с оружием на фоне Боевого Знамени части. Еще какая-то срань, типа грамот. Есть и «награждение ценным подарком». Обычно это дешевые наручные часы, электробритва, или невообразимо вонючий одеколон «Фор Мэн». Одеколон дарить перестали после частых случаев распития этой жидкости «для мужчин» — одного фунфыря хватало как раз на троих. И тогда парфюмерию решили заменить фотоальбомами. Подарок пришелся как нельзя кстати, особенно для солдат-отличников из «колхарей». Прижимистые дети крестьян избавлялись таким образом от переговоров с ушлыми водилами и дополнительных трат. Листы из альбома аккуратно вынимаются и «тушуются». Нужно достать через художников или штабных несколько пузырьков черной туши. Специальной кисточкой, или просто куском ваты, тушь равномерно наносится на обе стороны листа. Особое умение требуется при просушке листов — чтобы они не покоробились, и тушь с них не посыпалась. Обложку же упрочняют и утолщают при помощи плотного картона. Затем обтягивают тканью — красным плюшем. Его обычно или покупают, или отрезают от клубных штор. Мечта каждого — заделать обложку из знамени части. Так как штор на всех не хватает, а знамя под охраной, то имеется другой вариант — шинельное сукно. Смотрится аскетичнее, но имеет свой брутальный шик. Не везет лишь тем, от полы чьей шинели ночью отхватывают необходимое количество. Когда листы высохли, начинается их художественное оформление. Нанесение текстов, рисунков и просто «забрызга». Последнее, кстати, открыло мне тайну постоянных пропаж зубных щеток из тумбочек. Мыло, зубная паста, даже бритва — это я понять мог, но кто и зачем упорно пиздит зубную щетку — оставалось загадкой, пока не увидел процесс «забрызги». В баночку с гуашью — синей, желтой, красной, — опускается зубная щетка. Затем ее извлекают и аккуратно стряхивают лишнее. Держа инструмент под особым углом к листу, художник проводит пальцем по щетине бывшего предмета гигиены. Сотни мелких брызг слетают на затушеванный лист, образуя млечные пути, разрывы салюта, и просто красивые узоры. Места, где будут наносится тексты и рисунки, прикрываются бумагой. Из этой же бумаги можно вырезать какой-нибудь силуэт — от голой бабы до стоящего на посту солдата, наложить на лист и забрызгать все остальное. После бумага убирается, и ты видишь черную фигуру на фоне звездного неба или северного сияния. Красиво. Только щетку надо новую теперь где-то достать. Следующий этап — рисунки и тексты. Чаще всего художник не ломает себе голову, а переводит рисунок с имеющегося у него образца. Такие образцы хранятся на кальке. Обычно это всевозможные ордена, георгиевские ленты, розы, «калашниковы», геральдические щиты и все в таком роде. Выдавленный на черный ватманский лист рисунок раскрашивается затем гуашью. Некоторые хотят, чтобы альбом был настоящим произведением искусства, то есть отличался от всех остальных. Происходит настоящий интеллектуальный поиск. В сезоны массового оформления дембельских альбомов особенно страдает полковая библиотека. Все журналы и книги перелопачиваются пытливыми умами. Заинтересовавшие читателя картинки выдираются и относятся на консультацию к художнику. Хоть я и далек от рисования, но опыт в живописи уже имею. С осени еще, по духанке. Конюхов — мордатый здоровенный осенник, был известным «мастером фофанов». Отвешивал их по любому поводу, часто и без. Пальцы толстые, мясистые. Если влепит больше десяти — голова полдня гудит. Свою фотографию в парадке с аксельбантом, тельняшке и иконостасом на груди он затеял поместить в начале альбома, но маялся по поводу оформления. Не хотелось ему ничего из набора местных художников. «А ты возьми вон, с сигарет: Переведи и увеличь», — посоветовал ему я. Конюхов внимательно изучил рисунок на пачке. Лев и единорог держат увитый лентами щит. «А в центре фотку свою поместишь,» — добавил я и тут же пожалел. Инициатива наказуема исполнением. Конюхов сжимает мое плечо и заглядывает в лицо. «Тайком сможешь сделать? Для меня? Чтоб никто не узнал, а? А то идею спиздят…» «Не, я не умею» — пробую выкрутиться. «Пизды дам!» — подкрепляет просьбу Конюхов. «А так — завтра в наряд вместе заступим, за ночь сможешь сделать? Ты ж студент, уметь должен. А то как вот этими» — Конюхов растопыривает толстенные пальцы и шевелит ими, с сожалением рассматривая. «Слышь, боец, ну сделай, а?» Я впервые вижу просящего, да еще с жалостным лицом, Конюхова. Искусство облагораживает человека. Я в жизни не держал в руках пера для рисования и никогда не имел дела с гуашью. И в школе по «изо» у меня всегда был трояк с натяжкой. «А снег чистить кто будет?» — делаю еще одну попытку. «Я почищу», — быстро отвечает Конюхов. Опешив, поправляется: «Бойцов вызовем.» «Ладно», — сам себе не веря, отвечаю я. «Попробуем». КИРЗА В.Чекунов

82-й: В голове у меня вертится бессмертное: «Киса, я хочу вас спросить, как художник художника». Хотя Остапу-то что — его просто с парохода ссадили. Фофанов ведь ему никто не вешал: Не ожидал, но — получилось. И свести рисунок, и увеличить его, и перевести на ватман, и даже раскрасить желтой гуашью. Конюхов был счастлив, как ребенок. Не тронул меня ни разу больше, до самого дембеля. Замечаю — чем здоровее и брутальнее человек в форме, тем быстрее и легче он впадает в детскую радость от какой-нибудь незатейливой херни. Светлеет лицом, преображается. И наоборот, такие доходяги как Мишаня Гончаров или Гитлер будут недовольны всегда и всем, даже собственным дембелем. Для них есть особое выражение — «злоебучие». Среди людей действительно сильных таких я не встречал. Когда с рисунками покончено, приходит черед каллиграфии. Пишутся тексты. На странице, куда потом будет вклеена повестка о призыве — если ее не сохранил, то пойдет и вырезанный из газеты приказ — пишется старославянским, реже — готическим шрифтом, что «Воевода Всея Руси Димитрий Язов указом своим призывает добра-молодца такого-то на службу ратную, для свершения подвигов доблестных и защиты Отечества от врагов окаянных». Особенно смешно, когда это видишь в альбоме писаря, кочегара или хлебореза. Примерно такой же текст, где воевода Язов благодарит богатыря за службу и сулит ему кучу благ, помещается в конце альбома, рядом с приказом об увольнении в запас. На некоторых листах названия: «Друзья-однополчане», «Адреса друзей» «Казарма — дом родной». Желтыми затейливыми буковками выводятся четверостишия о трудной, но доблестной службе и радостях дембеля. «И будут нам светить издалека / Не звезды на погонах у комбата, / А звезды на бутылках коньяка!» Наступает самый ответственный момент. Все, что предполагалось изобразить, изображено. Теперь листы альбома нужно «залачить» — покрыть лаком. Здесь главное — уверенная рука и чувство меры. Переборщишь — запорешь работу художника. Залачишь неравномерно — рисунки изменят свой цвет, будут бледные, или наоборот, ненужно яркие. Часто сами проделывать эту сложную и нудную работу не решаются. Поручают ее своего рода специалистам. В каждой роте есть такие — лакировщики листов. Листы затем вновь приходится сушить, и сохнут они гораздо дольше, чем когда их затушевывали. Сушат листы обычно в каптерке, время от времени заботливо переворачивая, как хорошая наседка свои яйца. Когда листы, наконец, высохли, желательно по их краям сделать из плотной фольги «кантик». Над цветом кантика подолгу размышляют, консультируясь с художниками. Золотой или серебряный? Иногда достают зеленую фольгу. Она почему-то ценится особо. Теперь можно вклеивать фотографии, в заранее запланированные места. «Самоделки» и студийные — когда в часть заезжал фотограф. Портретные и групповые. Особая вещь — так называемые «кальки». Листы полупрозрачной бумаги, которыми проложены страницы альбома. Некоторые их оставляют чистыми. Но большинство предпочитает разрисовать. По традиции, на кальки наносятся карикатуры на армейскую жизнь. Пузатые генералы, лопоухие первогодки, мордатые и чубатые дембеля, голые бабы, военврачи, прапора-ворюги и многие другие в разных забавных ситуациях. Листы собираются снова вместе, прокладываются калькой, склеиваются и соединяются с обложкой. Обложка украшается кокардой с фуражки, иногда, скромно — генеральскими «листьями» по краям. Некоторые, на манер старинной книги, делают массивные застежки — из армейских ремней, кожаных, конечно. Бляхи для такой цели шлифуются сначала шкуркой, затем иголкой, после войлоком, потом бархоткой: У каждого свой метод. Наконец, сзади, в левом верхнем углу, там, где на книгах указывается цена, можно проставить свою. Небольшими буковками, вырезанными из фольги, указать: «Цена — 2 года.» Альбом готов. КИРЗА В. Чекунов



полная версия страницы