Форум » Воспоминания о ШМАС и дальнейшей службе в авиации » Дальнейшая служба в авиаполках » Ответить

Дальнейшая служба в авиаполках

Admin: А здесь мы будем рассказывать о своей дальнейшей службе после ШМАС... Если вам нечего рассказать о службе в армии, значит вы прожили эти годы ЗРЯ! Бывший командир «Что скажут о тебе другие, коли ты сам о себе ничего сказать не можешь?» Козьма Прутков Задумайтесь, господа авиаспециалисты, над смыслом сказанного классиком и попытайтесь ответить на три вопроса: «Кто - я? Зачем живу? И что останется после меня?» Позволю себе процитировать обращение к посетителям с «Сайта тружеников авиационного тыла стран СНГ!» Воспоминания о воинской службе возвращают нас в дни нашей молодости, не дают нам стареть. Общаясь на сайте, мы с искренней любовью вспомним своих первых воспитателей – командиров взводов, рот, батальонов, начальников, гражданских тружеников тыла, давших нам знания, и воспитавших в нас любовь к Отечеству, Вооруженным силам, авиации. В стенах казарм, кубриках в нас были привиты чувства патриотизма, войскового товарищества, ответственности за судьбы людей, порученное дело, за нашу страну. Это помогло многим из нас на нашем жизненном пути. Общаясь на нашем сайте мы вспомним и свою службу, свои «мучительные» первые дни в ШМАС и в авиачастях. Продолжение темы: Дальнейшая служба в полках (продолжение)

Ответов - 204, стр: 1 2 3 4 5 6 7 All

82-й: Занятно. Попытался вспомнить чем занимался в армии в "свободное" время. И что же обнаружил? В ШМАС была библиотека. И я в неё записался. Такое впечатление, что не до чтения там было. Помню только, что поперёк прочитал только одну книгу (из трилогии) Фейхтвангера. Скорее пролистал. Раз в неделю в клубе крутили кино. Но кино - это в абсолютном большинстве случаев: гаснет свет, на экране появляется название фильма, начинают мелькать кадры первой сцены фильма, а потом ты просыпаешься от того, что в зале зажигается свет, и раздаётся команда: Такой-то взвод, Встать! Слева (справа) по одному - на выход, Выходи строиться! Спать сидя конечно можно, но... Несколько раз в клубе специально занимал крайнее место в ряду. И после того как гас свет, и начинался фильм, выскальзывал со своего места в тень за широкую колонну и ложился спать на полу. Очень удобно - пол имеет уклон в сторону сцены. В Волочке увольнений не было. Так что вся культурная программа ограничивалась устными политинформациями, либо "просмотром" телевизора (по какому случаю не упомню). А вы смотрели когда-нибудь 1 (один) телевизор вместе со 150 (ста пятьюдесятью) сослуживцами одновременно? Такой просмотр заключался в том, чтобы понезаметнее уткнуться лбом в спину впереди сидящего и, опять же, подремать. Несколько раз за полгода в клубе были концерты каких-то ансамблей. Помню название одного ВИА "Мари". В смысле - ансамбль из Марийской республики, а не что-то типа "Бони-М". Были выступления и местной школьной самодеятельности, но как-то не запомнилось. Приезжали и известные люди с рассказами о своей жизни. Помню приезд в ШМАС и выступление в клубе лётчика-испытателя Марины Попович. К сожалению более ничего выдающегося припомнить не могу. В увольнениях за всю службу я ни разу не был. Мне повезло - всё время была работа по специальности.

Ion Popa: 82-й пишет: И, вообще, после постановки на учёт в военкомате, я его в последствии посетил только один раз: для изменения номера ВУС (в соответствии с изменившейся кодировкой). А у меня с ВУС вот какая история приключилась...При постановке на учёт в военкомате после службы мне записали мою специальность - механик метеоприборов.Ну записали и записали.Прошло несколько лет.Я получаю повестку.Прихожу в военкомат,там толчётся куча народу и из разговоров я понимаю,что вызвали локаторщиков.Причём здесь я - не понятно...Ну,сижу в очереди,жду.Наконец вызывают.Захожу,за столом сидит старый гриб в форме капитана второго ранга.Он сразу ошарашивает меня вопросом про то,на каких станциях я служил.Я осторожно отвечаю,что на метеорологических.Его такой ответ не устроил и он уточнил,что его интересует тип локаторной станции на которой я работал.Я начал ему рассказывать,что,да,в метеослужбе применяют локаторы МРЛ-1 и я даже один раз видел его из окна поезда,но...Он резко перебил меня,сказав,что хватит морочить ему голову.Потом взял мой военный билет,что-то там решительно вычеркнул,потом написал... Так я за пять минут превратился из механика метеоприборов в механика метеорологических радиолкационных станций...А если война...

Ion Popa: 82-й пишет: Неужели ты думаешь, что кто-то будет смотреть ВУСы? Ну,конечно же нет...Это так,шутка.А,если серьёзно,то грустно всё это...Сколько в армии всякой дури,сверх всякой меры...

Ion Popa: Вот что меня в армии неприятно удивило,так это отсутствие физподготовки. Ну и спорт, соответственно,тоже напрочь отсутствовал. В Могилёве,в ШМАСе, была, по-крайней мере, физзарядка. А в Смоленске даже её, родной, не было. С натяжкой можно посчитать за физкультуру те два раза, что мы походили на лыжах по территории учебки. Да там территория-то была...Плюс наш взвод, точнее 20 человек из взвода, приняли участие в подсчёте поголовия кабанов в лесу около Могилёва. Другие взвода бежали лыжный кросс на ВСК. Да ещё перед самым выпуском сыграли мы в футбол против пограничников из 8-го взвода. А в части всё было пущено на самотёк. Только личная инициатива. Хочешь делать по утрам зарядку, пожалуйста, делай. Не хочешь-не надо. Зимой мы иногда бегали на лыжах,б лаго территория части была очень живописна. На снимке:Загир Дасаев,Коля Куленко,Ибрагим Мацей,Серёга Сазонов,Николай Грецкий и Шурик Поротиков. Можно было поиграть в хоккей.Правда без коньков... Сидят Загир Дасаев и "Полковник"Сазонов.Стоят:Ибрагим Мацей,"Дед"Грецкий,Коля Куленко и Шурик Поротиков. Летом наиболее популярен был волейбол. Команда подобралась неплохая. Я в первый состав, правда, не проходил, но во втором был одним из лидеров. Да вот беда, играть было не с кем. Изредко играли с офицерами, да иногда с полком связи. А так всё между собой. Рядом с волейбольной площадкой был турник, но редко кто к нему подходил. Была еще около штабных зданий городошная площадка, но там резвились, да и то редко, офицеры, а нам это удовольствие, практически, не перепадало. Была у нас ещё гиря. Упражнение выполняет сержант Репин. А в лесу около бункера мы соорудили нечто вроде тренажёрного зала на открытом воздухе. Снаряды все были самодельными, но от этого мы не страдали, а даже наоборот, было приятно, что смогли соорудить такое...

82-й: У нас было так же. Физзарядка была - точно. Она обязательна по расписанию дня. Но от неё мощно увиливали, особенно "старики". Я после учебки проходил службу в двух воинских частях. В обоих помню только редкие (по пальцам можно пересчитать) пробежки в ротном строю. Всегда перед пробежкой напрягался, но по сравнению с бегом в ШМАС, это были лёгкие ленивые прогулки. Память сохранила только две картинки, связанные с забегами. В обоих случаях это утро. В первом случае бежим зимой в утренних сумерках в Бузачах. Чёрно-белая картинка. На краю мира короткая колонна солдат в гимнастёрках на бескрайней равнине бежит по замёрзщему серому песку вдоль замёрзшего моря. В тишине слышен только глухой топот сапог и шум дыхания. В холодном воздухе горько пахнет полынью. Во втором случае бежим по бетонке в Грошево. Скорее всего этот пробег для какого-то зачёта. И тоже в темноте, а значит это поздняя осень или зима. На точке же, был турник (для желающих), и был волейбол (для всех) после работы.

Ion Popa: А вот что было в армии в почёте,по крайней мере у нас,на метео,так это,так называемые интеллектуальные игры.Что я имею в виду? Шахматы,шашки,"чапаев",подкидной дурак и,конечно же,домино.В шахматы играли поменьше,но качественно.Сержант Репин был третьим призёром чемпионата части.Помню нашу с ним первую партию.Я,играя с кем-нибудь в первый раз,играю намеренно слабо.Во-первых,приглядываюсь к сопернику,во-вторых усыпляю его бдительность,чтобы во второй партии ошарашить.Но тут Репин настолько расслабился, пожирая мои фигуры,что пропустил элементарную комбинацию и имея подавляющее материальное приемущество,проиграл.Тут же потребовал реванш,но я отказался.Много играли с нами прапорщик Володя Великанов и наш сосед по этажу медик-окулист майор Путь Иван Сергеевич.В шашки (а также в поддавки) играли все и помногу.Очень популярно было троеборье:шашки,поддавки и уголки.В аппаратной висела таблица розыгрыша и сражения кипели нешуточные.В "чапаева" играли реже,но зато,куда как,азартнее...В карты играли не часто,да и то,разве что из-за картинок,на них изображённых.А вот домино,это да!!! Вот где кипели страсти!!! Я играл откровенно слабо и поэтому со мной никто играть не хотел,разве что когда играли каждый за себя.А если парами играли,то я только смотрел.Виртуозами домино были ефрейтор Коля Грецкий и майор Путь Иван Сергеевич.Эти и комбинации длинные просчитывали,и мухлевали по-чёрному,да и вообще,в их исполнении это было зрелище,да ещё какое!!! Тут тебе и словечки-фразочки специфические,и мощные удары по столешнице,и жесты-мимика...А уж когда вскрывался мухлёж,какие вспыхивали перепалки!!! Ну и,конечно,незабываемое зрелище,когда проигравший майор Путь,стоя на четвереньках под столом самозабвенно изображает петуха,оглашая аппаратную громким кукареконьем.Только дверь просил попридержать,чтобы никто не зашёл ненароком.Или же вместо кукареканья - отжимания,что для здоровья полезнее.И авторитет его от этого не страдал,а даже наооборот...

Ion Popa: Аппаратная метео в штабе 6-го Отдельного тяжёлого бомбардировочного корпуса,находящаяся в бункере состояла из телеграфного зала,факсимильного зала и комнаты отдыха.В Смоленске же всё это умещалось в одной,относительно небольшой комнате.Оборудование было самое разнообразное.Радиоприёмники Р-250,Р-154, Р-354,"Волна-3","Волна-К".Был даже один немецкий приёмник.Всего в бункере 8 приёмников и в Смоленске тоже 8.Было по семь телеграфных аппаратов Т-51 и по пять факсимильных аппаратов.Работа же в аппаратной заключалось в следующем.Каждые три часа,начиная с 00,наступает,так называемый синоптический срок.В это время все метеорологические станции Земли выполняют наблюдения за погодой и передают эти сведения в свои региональные центры,которые входят в единую гидрометеорологическую сеть.А региональные центры передают их в эфир для всеобщего пользования.Вся эта информация закодированна при помощи международного синоптического кода КН-01. И вот в нашу задачу входило собрать эту информацию и нанести её при помощи перьевой ручки и чёрной туши на кольцевые и синоптические карты.Как это делалось?Минут за пять до синсрока включались все приёмники.В зависимости от запроса синоптика выбирались региональные центры,дающие нужную информацию.Как правило мы работали с Потсдамом,Стокгольмом,Бухарестом,Римом, Веной,Ленинградом,Киевом и Москвой.Но у нас были справочники с частотами и объёмом передаваемой информации всех центров,существующих в мире.Суть же работы заключалась не в том,чтобы настроиться на нужные центры.Для этого просто не хватило бы приёмников.Необходимо было снять нужную информацию с одного центра и тут же перестроится на другой.На практике это выглядело так.Мы настраивались на первую и вторую московские программы и Потсдам.Эти три станции давали полный объём информации по всей Европе.Но и занимало у них это почти три часа,что было очень долго.Синоптик требовал готовые карты уже через час,а иногда и раньше.Поэтому один приёмник мы настраивали на Румынию и как только приходили нужные станции,тут же перестраивали на Стокгольм,который в первую очередь давал Скандинавию.Другой приёмник настраивали на Вену и,получив Центральную Европу,перестраивались на Италию или Турцию.И таких нюансов было много.Потом наноска...Если наносить все станции подряд,то не то что за час,за три часа не уложишься. Поэтому наносились строго определённые станции и их надо было знать.За 06 и 18 часов,кроме кольцовки делалась ещё и синкарта.И если кольцовка это только Европа,то синкарта это от Северного полюса до северной Африки и от Сибири до середины Атлантики. Плюс ко всему в это же время принималась факсимильная информация.Московские микрокарты и кольцовка,барика,прогностические карты,карты смоленской локаторной станции.Поначалу,прибыв после ШМАСа,мы порядка трёх недель переучивались на существующие реалии.Сделать кольцовку за три часа удавалось только при помощи старослужащих.А в последствии отдельные виртуозы умудрялясь и в 30 минут уложиться.Но бывало и по другому...Дежурил я как то раз на КП. Без пяти три ночи звоню в аппаратную,бужу ефрейтора Грецкого.Он берёт трубку,благодарит и говорит,что начинает работу.В пять утра дежурный синоптик майор Кошелев заходит ко мне и говорит,что кольцовки у него до сих пор нет,а в аппаратной оба телефона всё время заняты.Так что,давай,переключай свои телефоны на меня,а сам дуй в аппаратную,узнай в чём дело.Когда я открыл дверь в аппаратную,то увидел следующую картину.Три бойца навалились на кольцовку.Двое с телефонными трубками,один с факсимильной картой в руках и в шесть рук лихорадочно наносят информацию.Четвёртый крутился у прёмников,пытаясь добрать что-то с эфира.Что же произошло? Коля Грецкий повключал приёмники для прогрева и так как в запасе оставалось ещё три минуты,прилёг на топчан.Когда через два часа он открыл глаза,то понял,что случилось страшное.Он поднял на ноги всю смену.Тут же начали звонить по нашим точкам,где служили друзья по ШМАСу.И они прямо с кольцовок начали диктовать информацию.Настроились на приём факсимильных карт и хотя там уже шли только хвосты,кое-что сняли и оттуда.Короче,в результате аврала,хоть и с большим опозданием,карту синоптик получил.Но такое за полтора года случалось не часто.Раза три-четыре.

Admin: Ion Popa! Знаком ли вам СПРАВОЧНИК МЕТЕОРОЛОГА ВВС РККА? ГОСУДАРСТВЕННОЕ ВОЕННОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО НАРКОМАТА ОБОРОНЫ СОЮЗА ССР составил военинженер 2 ранга В. А. ШТАЛЬ Москва —1939 http://library.cpilot.info/theory/meteo_guide/index.htm Кстати об авторе на форуме есть сообщение под заголовком "ПОСЛЕДНИЙ СОЛДАТ ИМПЕРИИ" в теме Первые мотористы и авиамеханики - герои ПБВ и ПМВ!

Ion Popa: А занятная должна быть книга...

82-й: Классность. Присвоение классной квалификации в армии для солдата - это деньги. Для гражданки это, конечно, маленькие деньги. Но в армии - вполне неплохо. Особенно по сравнению с солдатской ставкой рядового - 3 рублями 80 копейками. Третий класс нам дали, вроде бы, по окончании ШМАС. А второй и первый присваивали уже в части. Второй класс мне присвоили, когда я отслужил год. А первый класс мне присвоили в ноябре 1974 года. За полгода до дембеля. У нас это обстояло таким образом. За неделю до комиссии, которая должна была принимать у нас экзамены, наш начальник, капитан, ознакомил нас с вопросами, которые будут в билетах. Всё было понятно, так как мы уже год самостоятельно работали на технике, участвуя в спецработах. Но одно дело выполнять свои обязанности головой и руками, и совершенно другое - отвечать на вопросы по билетам на экзамене. Помнится я тоже напрягся, и кое-какую занудную цифирь на всякий случай "зашпорил" на тетрадном листочке. Экзамены принимали в помещении ЦПУ на Тройке. ЦПУ располагалось в большой комнате с двумя окнами, которая занимала 1/3 площади первого этажа Тройки (как войдёшь со двора, сразу дверь налево). Кроме здоровенного ПУ в комнате стояло несколько столов. На одном столе, рядом с ПУ находился самописец и ГГС, а остальные столы пустовали. Перед экзаменами навели, как водится, чистоту в ЦПУ, вымыли пол, вытерли пыль с пульта. При работе тряпкой на пульте вспоминали бессмертный анекдот, про то, как солдат протирал ПУ на ракетной позиции и случайно нажал на кнопку. Доложил офицеру. Тот спросил, какую кнопку нажал солдат. Солдат указал на Большую Красную Кнопку, и спросил, что теперь делать. На что офицер ему велел срочно найти ластик и стереть с Карты Мира, висящей на стене, к епене матери эту грёбанную Австралию. У нас протирка ЦПУ от пыли обошлась без поисков ластика, поэтому экзамены всё-таки состоялись на следующее утро. Был парково-хозяйственный день, свободный от спецработ. На ГАЗ-69 и ЗиЛ-130 прибыли товарищи офицеры во главе с замом командира по технической части подполковником Козловым. В комиссии было трое офицеров. Вызывали по три человека за раз. Тянули билеты с вопросами, рассаживались по одному за столы, а по мере готовности отвечали по билетам, выходя к столу, за которым сидела комиссия. Настроение среди ожидающих за дверью своей очереди было напряжённым. Как всегда на экзаменах бывает жим-жим. Однако все соискатели получили искомое. Кому положено (нам - будущим дембелям) по первому классу, остальным по второму классу. Значки, помнится не носили. Я свой первоклассник, вместе со спортивными значками, держал в свёртке в рундуке на Восьмёрке, там где работал. Остальные поступали так же. Причина одна - поцарапаешь, поломаешь. К тому же, когда нас перевели на проживание с Тройки в общую казарму в части, то там ещё и "свистнуть" могли значок.

Ion Popa: Виктор Конецкий написал как-то раз,что сапоги делают из любого,даже самого невзрачного человечка настоящнго мужчину.По крайней мере,внешне.Надел сапоги,и вот,совсем другое дело...Нельзя с ним не согласиться.Знал Конецкий о чём писал.В ШМАСе отношение к сапогам было самое трепетное.Мыли,чистили, смазывали,надраивали их постоянно,с утра до вечера.В части,в Смоленске,тоже содержали сапоги в надлежащем виде,только уже без фанатизма.Прошёл год,нам выдали по новой паре сапог.Но я не спешил выкидывать старые.Служба у нас была такого рода,что мы не очень-то насиловали сапоги.Поэтому я пристроил свои новые в укромном месте в аппаратной,а сам продолжал донашивать старые.И вот,однажды,сменившись вечером с КП,захожу я в аппаратную,а там,вместо обычного нашего ужина пир горой.К жареной картошке прибавилась колбаса,яйца,бутылочка вина,торт...Я сильно удивился,что,думаю,за праздник...Но промолчал и присоединился к трапезе.Через какое-то время Дед меня спрашивает,что,неужели же мне не интересно,по какому поводу застолье.Ну,говорю,и какой же повод.А мы,говорит,твои сапоги продали.Меня как катапультой подбросило и я,под общий хохот,рванул к укромному местечку,которое,конечно же,оказалось пустым.Когда же меня уверили,что это не шутка,а свершившийся факт,то я,махнув рукой (а что сделаешь,назад не отыграешь) затребовал себе самый большой кусок торта,тем самым,хотя бы частично,компенсировал понесённую утрату. Старые сапоги были ещё очень даже ничего,поэтому я не очень горевал.Но вот наступила зима,выпал снег, ударили морозы.И скоро все дороги,дорожки и тропинки превратились в каток.А подошвы мох стареньких сапог давно потеряли какую-либо способность противостоять скольжению.И я превратился в ваньку-встаньку. Сколько раз в день я падал,не сосчитать.Особенно здорово это у меня получалось, когда мы шли строем, допустим в клуб,смотреть кино.Вот когда можно было наглядно озакомиться с принципом домино. Я,падая,увлекал за собой ещё человек десять.А если по дороге это случалось раза три...Короче,надо было что-то делать.Выход напрашивался сам собой - подковаться.И я сходил в сапожную мастерскую "Дома быта" и там мне набили на сапоги шикарные железки.На каждый кабук по две пластинки,а спереди - настоящие подковы,вылезающие наверх и охватывающие часть подошвы под носком сапога.Блеск!!! Всем на зависть. Падать я сразу перестал,зато стал мелодично цокать по каменным плиткам пола и высекать искры из шляпок гвоздей,если пол был деревянный.А весной я попал вместе с сапогами и подковами в очень нехорошую историю...Но об этом в другой раз...

Ion Popa: Помню,что когда мы,шесть свежеиспечённых метеоспециалистов ехали из Могилёва в Смоленск,то думали и гадали,как оно будет на новом месте,в части,с кем придёться служить.Разницу мы ощутили сразу же,как только сняли парадную форму,в которой приехали и одели повседневную х/б.Сержант Лесных посмотрел на нас с улыбкой и сказал,что ремни так затягивать не надо,а крючок на воротничке можно расстегнуть.Он,также,порекомендовал снять значки "третий класс",так как носить их считается на метео признаком дурного тона.Потом мы пошли на ужин и тут нас поразила столовая.Очень маленькая,аккуратная.Столы на четыре человека.Всё уже разложено по тарелкам.Никаких тебе команд на начало и конец приёма пищи.Красота!!! После шмасовской-то столовки на двести с лишним человек,да столов на отделение из десяти человек,да "головные уборы снять садись встать головные уборы одеть бегом марш"...Про ассортимент,то особый рассказ.Кубрик,где нам предстояло спать,был очень небольшим,на десять двухярусных кроватей.От остальной казармы он был полностью изолирован,вот правда на ключ дверь не закрывалась.А в Могилёве рота из 120-ти человек на этаже,где разделение между взводами чисто символическое.Потом оказалось,что сапоги из кубрика надо выставить в сушилку,что для нас было настоящим шоком.Во-первых,как утром найти свои,среди кучи чужих,а во-вторых,и это главное,это ж сколько время займёт одевание.Ведь в учебке до последнего дня мы пробуждались по команде про 45 секунд...На следующее утро,когда прозвучала команда:"Подъём!",мы лихо пососкакивали с коек и обнаружили,что никто из бойцов-старожилов даже не пошевелился.Мы уже сходили умылись в совершенно пустой умывальне,оделись,отыскали,причём без труда,(вот странно!) свои сапоги в сушилке,когда на койках началось шевеление.А потом,перед утренним построением,сержант Лесных огорошил нас,сказав,чтобы мы на приветствие командира части не отвечали.На наш недоумённый вопрос,это почему так,мы получили в ответ,что увидим скоро сами,почему.И мы увидели...Из казармы вышел,как потом выяснилось,майор Боровков,приложил руку к козырьку и поздоровался с комендантской ротой.Ответом ему была ... тишина.У нас щары на лоб полезли.Это что же делается?А время идёт...Майор спокойно стоит,не отрывая руки от козырька.У нас шары уже готовы были перескочить на затылок,когда послышался,всё нарастая,какой-то странный звук,напоминающий протяжный всхлип.Это,как выяснилось,бойцы набирали в грудную клетку воздух.Затем пошёл обратный процесс,т.е. выдох,на середине которого из глоток,наконец-то и вырвались такие долгожданные "здравия желаю"...Так началась для нас новая,суровая послешмасовская служба...

Ion Popa: Когда КП штаба корпуса перенесли в новенький бункер,то возникла необходимость обеспечить весь личный состав противогазами,на случай пожара.Выдали нам противогазы ИП-46.Противодымные,с регенирирующим патроном на 2 часа.Не успел выбраться из лабиринтов бункера за два часа,не обессудь...Дело серьёзное.А раз серьёзное,то надо всё досконально проверить и подогнать маску по морде лица так,чтобы ни одна молекула посторонняя не прошмыгнула.А всё подогнав и проверив,надо испытать в обстановке,приближённой к реальной.Для этой цели в полку связи химики установили специальную палатку и заполнили её,если мне память не изменяет,хлорпикрином.Мы приехали на нашем автобусе вместе с офицерской сменой КП и успели как раз на начало инструктажа.Нам объяснили,что нужно делать,если почувствуешь признаки отравления.Но каковы эти признаки не объяснили и сделали это,как выяснилось,умышленно.Когда один штурман выскочил из палатки и сказал,что у него першит в горле,то товарищу майору популярно объяснили,что у этого газа другие признаки и что он,попросту,симулянт...А внутри палатки можно было наблюдать любопытное зрелище.Там причудливо сформированные группы,ассорти из полковников,майоров и рядовых,под руководством сержанта и по его команде,вертели головами во всех плоскостях,приседали,прыгали...Картина эффектная.В сумрачном,зеленоватом свете резко выделяющиеся на тёмном фоне светлые резиновые хари выделывают странные манипуляции и двигаются в такт по причудливым траекториям.Но раз надо,значит надо.А после испытаний сидели мы на травке,ожидая,пока отпрыгает последняя группа.И тут майор Носов заметил,что на его фуражке отсутствует витой золотой шнур.Он жутко огорчился.А я ему посоветовал снять такой же шнур с фуражки находящегося в палатке майора Иванова,что Носов тут же и проделал.Боже мой,как метал икру сразу заметивший пропажу Иванов! Но все молчали,как партизаны...

Admin: Рассказ про службу с форума НовоПеределкино.ru Грегори. 16.7.2006, 18:43 Вначале была вполне пристойная “учебка” на Западной Украине по весьма дефицитной военной специальности. Плохого ничего об этом периоде службы сказать не могу. А потом – распределение. В основном с ним и не повезло. Обычно людей из Новоград-Волынской ВАШМ (не путать со ШМАС-ами) готовили и распределяли в группы советских войск за рубежом, а в этот раз нами затыкали дыры по всему Союзу. Первоначальное место службы по распределению был город Цхакая (Грузия), - сейчас, по-моему, называется Гори, но там был комплект, и нас оттуда раскидали по всему КЗАКВО. Все, с кем я переписывался, попали в такие “дыры”. Были в КЗАКВО места еще хуже нашего, например, Кызыл-Агадж в Азербайджане, - это ледяная зимой и раскаленная летом солончаковая пустыня, где вся вода была привозная, артезианская, паршивого качества, где через полгода службы у людей начинали отказывать внутренние органы. Или Ситал-чай там же, - место, известное тем, что там снимали “Белое Солнце пустыни”. Или Пойли, в Грузии, - высокогорный авиа-полигон. Но не суть. Вероятно, сказывались требования к северным условиям. Как я уже писал, у нас люди не мылись месяцами. Масло и грязь въедались в кожу насмерть. Впрочем, когда кого-то все-таки вывозили «в баню», это вовсе не означало, что там под душем будет горячая вода. В лучшем случае, едва теплая, а обычно – холодная или ледяная. Особенно это было хорошо зимой. Но ничего, «закаливались», - всё лучше, чем вообще ничего. И это при том, что топливо для банной котельной хачикам выделялось исправно. У нас иногда доходило до того, что люди на скопленыне деньги (стоило это в те годы рубль) шли в Ахалкалаки, где было некое подобие бани, и мылись там под душем с горячей водой. Правда, с учетом изобилия на нас насекомых, нас там, понятное дело, не особенно жаловали. А насчет батарей – это была вообще роскошь, с учетом отсутствия в части собственного источника воды. Для умывания или для питья ее приходилось таскать в бидонах с реки или офицерского городка, заполняя баки при помощи ручных насосов. Да и казармы у нас первое время не было, - на все сезоны года была зеленая березентовая армейская палатка с двумя печками. Для которых дневальные должны были до наряда насобирать по окрестностям побольше всего горящего. Естественно, страдали местные жители, поскольку в дело шли не только все ящики и коробки, но и стройматериалы, которые удавалось у них незаметно украсть и пустить на дрова. А палатка – это лютый холод зимой, особенно у стенок, где волосы примерзали за ночь к брезенту, и жара летом под раскаленным брезентом была такой, что ни в одной сауне не бывает. Армейские койки, правда, были, но такой роскоши как матрасы, белье и одеяла у нас в части не было. Хотя, скажу честно, была одна подушка с наволочкой черного от времени цвета, некогда, понятное дело, бывшей белой, как и положено всем наволочкам. Правда, грешу, какие-то б/ушные войлочные одеяла нам все-таки по первому разу выдавали, но их быстро резали на фитили для коптилок, теплые жилеты и т.д. Так и спали, не раздеваясь, на железных решетках, заворачиваясь в шинели или у кого что было. По трое или четверо на две койки, чтобы было теплее. Или, соответственно, на полу, кому не хватало коек или кому не было положено по сроку службы. Кто-то, кому повезло больше, уходил спать в рабочие кунги, домик аккумуляторной станции или машины ТЭЧ и связи, где среди оборудования были автономные обогреватели. Я, например, «оккупировал» стационарную вышку наблюдения за полетами, которая все равно большую часть времени пустовала, а у меня был, что называется, целый дворец (правда, не очень теплый) в единоличное распоряжение. Когда достроили-таки казарму, - обычный щитосборный барак, - выяснилось, что стекол как раз на казарму не хватит, - по странному стечению обстоятельств местный прапорщик, который ездил за оконным стеклом в Ленинакан, якобы перебил половину по дороге. А говоря проще, - продал на пару с командиром части местным жителям. В результате окна казармы были затянуты в два-три слоя целлофановой пленкой, едва пропускавшей свет. Естественно, украдено было не только стекло, но и изрядная часть материалов для укладки крыши, поэтому их хватило только на половину ската казармы. Т.к. крыша у нас была только на половину казарменного помещения, до конька ската. Дальше – чистое небо. Все койки стащили в одну часть казармы под крышу и поставили друг на друга в чтерые-пять ярусов. Натурально, сбили между собой досками, чтобы эти конструкции из-за неустойчивости не попадали как костяшки домино. Впоследствии между ними солдаты протянули веревки, на которых для просушки висело всякое барахло и много другого не умещающегося в койки хлама. А само это жилое помещение отгородили от нежилого под открытым небом неким подобием занавеса из брезента. Батареи в жилой части были, но они редко бывали даже теплыми, потому что топить специальные чугунные печки было нечем, - брикетированный бурый уголь разворовали офицеры в первые же дни. А зимой они и разморозились к тому же. Короче, казарменный чум был. Обычно «дедовские» койки всегда на первом ярусе, - по сроку службы. А здесь было наоборот, - «деды» и «блатные» старались забраться на самые верхние ярусы коек, где было теплее. Своих постоянных коек не было н иу кого, - кто где лег или успел лечь, там и спит. Из-за этого тоже постоянно возникали драки. На одной стороне спали люди, на другой зимой шел снег и выла метель. Правда, по иронии судьбы там в специальном деревянном боксе стоял старенький черно-белый телевизор «Рекорд» с кустарной ртутной антенной, перед которым по вечерам собирались солдаты и смотрели новости с большой земли. Под падающим снегом или дождем, натурально. Зато в части было пианино ! :) Воистину несчастный инструмент. Что с ним стало впоследствии, когда часть расформировали, и все тащили к себе все, до чего могли дотянуться, я не знаю. Вам основательно повезло. Я потерял от нее два передних верхних резца (просто вывалились с интервалом в один день во время еды) и два зуба рабочего эпителия, - пятерку справа снизу и семерку слева сверху. После службы несколько лет основательно лечил десны от пародонтоза. Но это еще не худший случай, - у нас были ребята, у которых цинга уносила и верхние и нижние передние резцы полностью. Либо сами выпадали, чаще всего во сне, либо люди сами их выламывали, когда птылись уменьшить боль. Плюс, добавим сюда постоянные драки, когда, как вы сами понимаете, такие зубы не держались. Небольшое облегчение приносило полоскание рта отваром табака, но такая роскошь была не у всех, хотя люди опять-таки побирались «бычками» в городе и в урнах, чтобы с одной стороны их докурить, а с другой – сделать подобный отвар для полоскания. Да, простудными за весь срок службы у нас заболел только один человек, но заболел так хорошо, что почти полностью лишился потом голоса. Он мог только хрипеть. С Западной Украины был товарищ. И кариесов ни у кого не было, как ни странно. А вот «лунка» была. Кто не знает, что это такое, поясняю, - в условиях высокогорья, постоянного кислородного голодания, авитаминоза, недостаточного питания, сильного нервного перенапряженияя и физического переутомления развивается некое подобие лунатизмас помутнением сознания. В науке есть какое-то особое название для этой болезни, но в частях ее называют «лунка», потому что основные приступы у людей наступают в ночи полнолуния. Представьте, стоит зимой ночью человек на часах, вдруг из палатки выскакивает явно невменяемый солдат, затравленно озирается по сторонам ничего не видящими бессмысленными глазами и бросается бежать куда-то в сторону снежного плоскогорья, не обращая ни на что внимания. Таких быстро отливаливали и тащили в палатку, потому что через сто метров они обычно падали и легко замерзали. Я хорошо помню, как у меня такой приступ был в первый (и последний раз). Я открыл ночью глаза и вдруг увидел, что палатка заполнена густым желтым светом. С черными очень контрастными тенями. Было ощущение совершенно конкретного всеобъемлющего ужаса. В голову сразу же почему-то пришла мысль, что в палатке больше нет кроме меня никого живого, - было ощущение, что на других койках лежат совершенно конкретно обугленные трупы. И вся палатка какая-то обугленная. И что нужно бежать и спасаться. Что я тут же и попытался сделать. Правда, мне повезло, - я свалился со второго яруса между койкой и стенкой палатки, был зажат там, так что некоторое время потрепыхался, пытаясь выбраться (было чувство, что меня схватили), а потом потерял сознание. Проснулся, натурально, от холода, увидел, что лежу на полу под койкой. Встал и полез к себе обратно. Остальные описывали «лунку» примерно так же. Тут уж как и кому повезет. Нам даже патроны не давали на время караулов. Чтобы не перестреляли друг друга. Так и ходили сторожить вертолеты с пустыми магазинами. Потом и штык-ножи тоже перестали выдавать в караулы после нескольких услучаев стычек с их применением. Из строго уставных частей я видел только учебку. Скажу только, что в принципе было неплохо. Особенно, когда втягиваешься в службу. Четкий график, четкое распределение обязанностей, конфликты сведены к минимуму. Так я тоже ни минуты не жалею, что отслужил. Но ходить туда никому не рекомендую. Правда, вернулся я оттуда через два года совсем диким, - на «черных» в Москве конкретно бросался. Но потом постепенно пришел в себя. А я вот, например, не могу их себе представить. У них была своя служба. http://www.novoperedelkino.ru/forum/index.php?showtopic=14500&st=45

Ion Popa: Был у нас синоптик по фамилии Подушко.Майор.Классный мужик.Очень хорошо относился к нам,солдатам.Даже один раз ездили мы к нему на дачу после смены.Единственно с целью попастись в саду-огороде.А потом его жена поила нас чаем с пирогами.Очень душевно провели время.Но,вместе с тем,был у майора Подушко,не то чтобы недостаток,а так...Ну,вобщем,не зря у него была такая фамилия.Силён он был поспать.В чём я однажды и убедился.А дело было так.В тот день полётов было не много,а ночью,так,вообще не летали.Поэтому вся дежурная смена на КП улеглась на раскладушках спать.Подушко переключил на меня свои телефоны и тоже пристроился у своего рабочего места.А я в это время сидел в нашей комнате и читал книгу.Вдруг среди ночи раздаётся телефонный звонок из штаба Дальней авиации,из Москвы.Вот срочно им приспичило прямо сейчас нашу фактическую погоду и прогноз на ближайшие сутки.Ну,я говорю,что фактическая погода не проблема,дам без вопросов,а вот прогноз,так это надо идти к синоптику.Майор из Москвы мне говорит,что раз надо,так иди,а я подожду у телефона.Я взял журнал прогнозов и пошёл на командный пункт.Там,в темноте,подошёл к раскладушке синоптика и начал его будить.Это оказалось делом не лёгким.Подушко решительно отказывался просыпаться.Уж я его и теребил и тормошил,а всё без толку.Наконец,я его легонько ударил по щеке.Это подействовало.Он резко вскинулся и сел: - Что? Я говорю,что вот из Москвы,из штаба Дальней авиации майор просит прогноз на сутки.Подушко какое-то время молча,раскачиваясь сидел,потом вдруг начал говорить: -Пиши...Облачность 8 - 10 баллов... Он замолк,продолжая раскачиваться,а потом вдруг повалился на раскладушку и в ту же секунду захрапел.Я опять начал его будить и снова только пощёчина возымела действие.Он опять вскинулся: -Что? Я снова начал про штаб,про Москву,про прогноз... -А...Пиши...Ветер восточный,7-9 метров в секунду... И он опять рухнул навзничь и захрапел.Я понял,что для составления прогноза потребуется немало времени и пошёл к телефону,чтобы сообщить это ожидавшему в Москве майору.Тот выругался и сказал,что раз так,то как только он,прогноз,будет готов,чтобы я отправил его в их адрес телеграммой категории "самолёт",т.е .весьма срочно.Я вернулся на КП и в три или четыре приёма закончил выдаивание информации из так и не проснувшегося толком майора Подушко.А уж как я заставил его расписаться под текстом телеграммы,так это надо было видеть.Описать словами мне таланта не хватает... Поскольку мы постоянно крутились на КП,то,естественно,всегда были в курсе того,что творилось в штабе нашего корпуса.В частности,мы знали,что командир корпуса генерал-лейтенант Волков не любит майора Подушко и очень хочет от него избавиться.Что ему и удалось.Уехал товарищ майор в академию,преподавать.На подполковничью должность.А человек был очень хороший...

Ion Popa: У нас,на метео,были очень хорошие отношения между солдатами и офицерами.Дистанция,конечно,соблюдалась,но всегда можно было и пошутить и обратиться с какой-нибудь просьбой.Вот,например,проводил как-то раз среди нас плановую беседу о необходимости соблюдать режим секретности майор Носов Николай Ильич,отвечавший за связь в подразделениях метеослужбы корпуса. -А,вот допустим,ты,Рора,дежурил на КП и услышал,что упал самолёт.Кому ты об этом расскажешь? И я совершенно спокойно отвечал,что,ну,кому расскажу...Папе,маме,бабушке,дедушке,брату,сестре,дяде,тёте,другу,подруге...и всё.Что ж я,не понимаю,что данные секретные и рассказывать об этом больше никому нельзя...И реакция на такой ответ,со стороны Носова, была адекватной.Или сидим,однажды,с прапорщиком Володей Великановым за шахматной доской и я ему говорю,что мне надо сходить в город,и не мог бы он меня с собой прихватить.Он говорит,что нет проблем,надо только отпросить меня у Носова.Тут же встаёт и идёт к нему в кабинет.Через минуту возвращается,почёсывая затылок и просит меня зайти к Носову.Тот задаёт мне пару вопросов,типа,а зачем мне в город и что за срочность.А затем говорит,чтобы через пять минут я был готов и потом полдня мы с ним таскаклись по центру Смоленска по его и моим делам.А в другой раз накатило на него воспоминание,как он командовал частью в бункере запасного командного пункта в Ярцево.И как приехал с инспекторской проверкой какой-то генерал.И так ходил этот генерал по помещениям бункера в сопроваждении майора Носова,пока не зашли они в какую-то пустую комнату,где кроме шкафа ничего небыло.Генерал подошёл к шкафу и открыл дверцу.Шкаф оказался абсолютно пустым,только на средней полке лежала старая-старая буханка заплесневелого хлеба,а рядом с ней сидела здоровенная крыса.И вот,-рассказывал Носов-генерал и крыса уставились друг на друга,а я стоял и всё ждал,когда он(генерал) меня хряснет по морде.Но обошлось. И майор Носов Николай Ильич тоже был прекрасным человеком...

Юрий: Ion Popa пишет: -А,вот допустим,ты,Рора,дежурил на КП и услышал,что упал самолёт.Кому ты об этом расскажешь? И я совершенно спокойно отвечал,что,ну,кому расскажу...Папе,маме,бабушке,дедушке,брату,сестре,дяде,тёте,другу,подруге...и всё.Что ж я,не понимаю,что данные секретные и рассказывать об этом больше никому нельзя...И реакция на такой ответ,со стороны Носова, была адекватной. По этому случаю вспомнил о таком же почти казусе во время службы в Шмасе : Один курсант (не помню фамилию)после начала изучения матчасти очень красиво на конверте нарисовал самолет АН 12, написал письмо и отправил домой. На следующий день во время построения,командир роты майор Голуб достал это письмо из кармана и зачитал перед строем. В письме на двух листах были написаны все данные по самолету ,т.е. все,что было написано в описании,которое нам выдавали во время занятий и на самоподготовке. Наказаний тоже не последовало только парня обсуждали на комсомольском собрании взвода. А,что там было я не знаю,т.к. взвод был не наш.

МИГ: Прочитал о случаях любопытных во время службы,хочу добавмть - ШМАС, я-новенький ефрейтор-ком.отделения, заступил дежурным по автопарку(машин помню немного стояло под крышей) и вот где-то ночью потянуло сделать что-то,а то спать хочется,взял ключ зажигания от автобуса (на базе ГАЗ-51) ,забрался в него и попробовал завести,не завел ,а сручного снял он и проехал вперед пару-тройку метров,почти уперся в другую машину,дальше-больше - не заводится и все. Мне стало очень неуютно,но додумался - воткнул заднюю передачу и на стартере заполз на место.Сон пропал,ключ повесил на место и поклялся себе больше не дурить в наряде. МИГ

Ion Popa: Дедовщины у нас,на метео,не было.Даже намёка.Всю работу выполняли на равных.И жили очень дружно.Тем обиднее было,когда произошёл очень неприятный инцидент на этой почве.А дело было так...Нашим дембелям оставалось служить всего ничего,где-то с месяц.А я к тому времени прослужил уже почти полтора года.То есть,службу уже понял.И вот заступили мы на очередное дежурство,и тут я обнаруживаю,что наш сержант Мацей запланировал мне на смену три кольцовки,а готовившемуся на дембель Шурику Поротикову только одну.Я сильно удивился,но подумал,что мало-ли что,какие-то дела,хотя Шурик мог бы и сам подойти ко мне и попросить сделать за него карту.Разве я бы ему отказал?Но я промолчал и сделал лишнюю кольцовку.И это было ошибкой.Надо было сразу же выяснить отношения и расставить все точки над i.В следующую смену история повторилась.Я удивился ещё больше,но на этот раз подошёл к Мацею и сказал ему,что прошлый раз я сделал лишнюю карту,сегодня мне опять запланировали три карты вместо двух.Я сделаю и сегодня,мне не трудно,но это - в последний раз.Мацей промолчал.Я ещё раз сделал лишнюю карту.В следующую смену опять то же самое...Мне запланировано три кольцовки,Шурику - одна.Но когда подошёл срок этой злополучной карты,я,естественно,не пошёл в аппаратную включать аппаратуру и готовиться к приёму информации и наноске,а спокойно(чего волноваться-то,ведь я предупредил)прошёл в фотозал,настроил на приёмнике"Волна-К" музыку,надел наушники и отключился...Вернули к действительности меня самым грубым образом.Сзади,со спины,таким образом,что я его не видел,ко мне подошёл сержант Мацей и врезал мне в правое ухо так,что я вместе с вертящимся стулом полетел на пол.Упасть совсем мне не дали наушники.Я начал подниматься,соображая,что это было.Из глаз ещё сыпались искры,в правом ухе продолжались какие-то взрывы.Всё-таки кулак плюс наушник плюс полная неожиданность сделали своё дело.В это время у меня из-за спины выскочил Мацей и попытался добить,пока я ещё не очухался.Он попытался нанести ещё один удар,но я уже вставал и успел,вставая отклониться назад.Кулак просвистел около груди в каких-то миллиметрах,но зацепил за комсомольский значок,прикрученный намертво к х/б.И значок рассёк сержантскую руку,причём очень хорошо рассёк.Мацей отскочил и встал в боксёрскую стойку,вытянув левую руку вперёд,а правой прикрыл подбородок.И тут он,по-видимому,почувствовал боль и скосил свои раскосые глаза вниз,на руку,по которой уже растекалась кровь.И как только он отвёл от меня взгляд,я от всей души ударил его ногой в самое туда.Носком сапога,с подковой,вылезающей наверх...Мацей согнулся пополам и со стоном рухнул на пол.Я подождал какое-то время.Сержант держался руками за то самое и не думал вставать.Тогда я перешагнул через него ,вышел в коридор и пошёл в санчасть,где сказал прапору,что Мацей чего-то упал и не встаёт.Прапор,как только увидел увидел позу,в которой продолжал лежать Мацей,всё сразу понял.Мы перетащили сержанта в санчасть.Прапорщик сразу же сообщил обо всём дежурному синоптику майору Иванову.Тот пришёл в медпункт,посмотрел на Мацея и спросил прапора,что тот собирается с ним делать.Когда он услышал,что во избежании возможных последствий надо бы отправить Мацея в госпиталь,то быстро оценил ситуацию и сказал нам,мне,Мацею и прапорщику,что бы мы всем говорили,что всё произошло во время игры в футбол,так,игровой момент.Мацея увезли в госпиталь,Иванов забрал меня с собой на КП и началось...Для начала я услышал,что майор Иванов снимает меня с дежурства и отправляет из бункера в Смоленск,а там пусть разбираются.Но я упёрся рогом,справедливо полагая,что лучше вернуться в Смоленск со всеми,через три дня,когда страсти малость улягутся.А то ведь сгоряча могут и дров наломать.А я совсем даже не дрова.Иванов неожиданно уступил.Но и через три дня тоже было жарко.Сначала я имел беседу с начальником метеобюро подполковником Пивоваром.Там я услышал,что драка с командиром,да ещё на боевом дежурстве - это дисбат.Сразу стало хорошо.Потом со мной имел беседу начальник метеослужбы корпуса подполковник Трусов.Сначала он сказал мне всё,что он обо мне думает,а потом снял телефонную трубку и позвонил в Могилёв,в ШМАС,командиру части подполковнику Болдыреву и сказал ему,чтобы он прислал не четырёх курсантов на смену нашим дембелям,а пятерых.А меня он,Трусов,возвращает назад в Могилёв,что они,ШМАС, меня воспитали и теперь пусть делают со мной,что хотят,например отправят дослуживать на полигон.У меня сразу отлегло от сердца.Полигон!Это же здорово!А то дисбат,дисбат...А на следующий день,дежуривший на КП ефрейтор Грецкий позвонил мне в аппаратную и сказал,что только что он слышал разговор синоптика из вольнонаёмных,бывшего майора Беляева Николая Григорьевича с Трусовым и Пивоваром.И что Беляев сказал им,что нечего слушать этого Мацея и пусть парень(то-есть я) служит спокойно,а Мацей так ещё мало получил.И что на том они и порешили,и что я остаюсь.А Мацей через неделю выписался из госпиталя и сразу же поехал домой,на дембель.И даже,почему-то,не зашёл проститься.Обидно...Целый год вместе,душа в душу...А Николаю Григорьевичу Беляеву я и по сей день благодарен за всё...

82-й: В ШМАСе дедовщины не было. Была передача армейских навыков и выбивание гражданской дури, проводимые замкомвзводов. Не хочешь - научим, не можешь заставим. В частях дедовщина была. Койки чужие не заправляли, сапоги чужие не чистили, х/б никому не стирали. Ходили по полной программе в наряды. Иногда часто ходили. Я уже рассказывал. Спецработ нет - вот и ходил через день на ремень, через два на кухню. В нарядах выполняли "грязную" работу. К примеру - караул. 2 часа отстоял, 2 часа отбодрствовал (за этим мог проследить кто-нибудь из старослужащих), 2 часа спишь. Уборка караульного помещения перед сдачей наряда - целиком на "молодом". Два раза за службу дрался. Оба раза с парнями со своего призыва. Оба раза - по делу. На кулаках. Сапогом можно искалечить - это понимали. А, так - оружие безоружного солдата - ремень с прягой. Но не применяли - можно искалечить. В принципе никто не был заинтересован словить приключений. Начальство тоже не было заинтересовано выносить сор из избы. Беспредел был в сводной роте. Но под крупную раздачу мы не попадали. Что являлось сдерживающим фактором во многих случаях несправедливости? Боязнь дисбата. Боязнь потерять должность. Понимание, что через полгода ты автоматически перейдёшь в более высокую иерархию. Наличие среднего образования + полгода обучения в ШМАСе подразумевали наличие у солдат хоть какого-то интеллекта. Наличие комсомольской организации подразумевало наличие хоть какого-то идеологического фактора в роте. Отношение офицеров к нам, технарям, было корректное и в рамках Устава ВС. Всё вышесказанное приводило иногда к случаям весьма дружеских отношений между солдатами разных призывов. Плюс землячество - великое дело. А ещё такая штука: ты - хорошо, и к тебе - хорошо. Это стимулирует. Чем ближе к дембелю, тем благодушнее мы становились. Но, повторюсь, самое главное, что у нас была специальность и возможность работать по специальности. Если бы не это - то фик знает, что бы я сейчас рассказывал о службе в Армии.

Ion Popa: В наряды мы не ходили.Единственно что,один день в неделю,в среду,за нами была кухня.Собственно даже не кухня,поскольку еду возили из полка связи,а посудомойка.Это получалось,примерно 4-5 раз в год каждому.Не много.А вот что у нас действительно было,так это,я бы сказал,антидедовщина.Что я имею в виду.Дело в том,что у нас была такая традиция,что дембеля уезжали домой на следующий день,после того,как приезжала из ШМАСа их смена.И это,я считаю,правильно.Зачем командованию части лишняя головная боль от забивших уже на службу дембелей?А ведь новички ещё не готовы работать.Поэтому на оставшихся выпадала двойная нагрузка.Пока молодёжь переучивалась и училась,старики пахали на всю катушку.Работали и за себя и за молодых.Но зато был и стимул поскорее ввести в строй пополнение.При этом всё было очень корректно.Всё-таки к нам,в штаб корпуса,отбирали толковых ребят,которые всё быстро схватывали.Правда,не всегда это было в плюс.Я имею в виду быстросхватываемость.Вот,например,я первым из нашего призыва освоился с факсимильными картами.И что же? В воскресенье все пошли в кино,а меня оставили одного в аппаратной,мол,ничего,справишься...Справиться то справился,но было обидно...

МИГ: Я считаю что мне повезло с полком.На момент прибытия из ШМАСа началось перевооружение - полк переходил на МиГ-21,и механиков молодых прибыло много,не считал,но удвоение личного состава точно произошло.Дедовщины в таких условиях,в полном понимании этого слова,не случилось.Мелкие стычки не учитываются.Но хотя много нас было молодых,место свое соответствующее все знали,на рожон не лезли,в столовой за разводягу первыми не хватались.В наряды было ходить легко - почти все одного призыва.Но прошел год в полку и множество молодых превратилось во множество стариков,а это я вам скажу весело:старики на кухне,старики в карауле.А в общем по прошествии многих лет думая об этом ,прихожу к мысли - работы на аэродроме,на технике было много,особенно летом,когда и полетов было очень много,и дурить не было когда.Хотя помню,перевели к нам в полк двух бойцов из отдельной роты подвоза боеприпасов,смотреть на них было страшно - х/б,видимо,сразу заменили на подменку,сапоги стоптанные,в петлицах птички разные - одна летная,другая ИАС,худые.Определили их в управление полка,по-моему на метео,и через некоторое время стали они нормальными бойцами,переодели их,откормились,даже на наших харчах.Видимо все-таки было по-разному в разных частях. МИГ

Ion Popa: В ШМАСе в 1976-1977 кормили отвратно.И есть хотелось постоянно.Поэтому,всё равно,съедали всё под чистую.Особенно мне запомнилась тарелка с мясом,которая каждый обед стояла на столе.А в ней восемь кусков сала и два куска сала же,но с небольшим вкраплением мяса.Иногда,правда,бывали варианты.Не восемь кусков сала,а девять...или десять.Зато на ужин вариантов не было.Пюре на комбижире и жареная мойва.В Смоленске,в части было куда как лучше.И ассортимент,и качество.А на ночь,заступающая на дежурство смена из пяти человек получала две буханки хлеба (белый и чёрный),сахар кусковой и пачку чая.Но кроме этого было у нас ещё несколько источников получения дополнительного питания.Во-первых,конечно,магазин на территории части.Он был ориентирован,в основновом,на офицеров,так как их в штабе корпуса было куда как больше солдат.Там мы прикупали колбасу,яйца,консервы.Подсолнечное масло нам приносили девчонки-связистки.Иногда,правда очень редко,мы помогали разгружать Ан-12,который специально гоняли в Энгельс за помидорами для офицеров.Тогда к нам прилипали ящик-два помидоров,а раз и ящик с баклажанами.Прямо за забором,возле КП находилась городская столовая с кулинарией.Иногда офицеры обедали там .Чтобы туда попасть,надо было открыть калитку,ключ от которой находился у дежурного по управлению.А так как тому было лень идти открывать калитку,то брали с собой дежурного метеонаблюдателя,чтобы выпустив офицеров,он вернул ключ дежурному.А как только ключ оказывался у нас,тут же следовал звонок в аппаратную и кто-нибудь бежал в кулинарию покупать горячие булочки.А как только мы стали работать в бункере,то наступила прекрасная пора.График работы у нас был такой.Неделя в бункере,неделя в Смоленске.И вот в последний день в бункере мы набирали в лесу вещьмешок грибов,на полях соседнего колхоза собирали картошку и лук.И потом целую неделю в Смоленске жили как фениморы куперы.Ну и,кроме того,ягоды,берёзовый сок...

Ion Popa: У нас на метео служило 11 солдат,разбитых на две смены по пять человек плюс один механик телеграфных аппаратов,он же водитель передвижной метеостанции.Каждую смену возглавлял сержант.Один числился командиром отделения,второй - начальником передвижной метеостанции.Но вот занять эти должности особого стремления не было.Что они давали?Ну,деньги.Командиру отделения доплачивали червонец,нач.передвижки - четвертак,так как должность была прапорщицкая.Две-три "сопли" на погоны.Всё...Зато сколько прибавлялось головной боли!!! За любую ошибку,недочёт в работе смены - получи...Чего-то там не убрали,не подмели - получи...Это плюхи сверху,от начальства.Проблемы с постельным бельём,с увольнениями - получи...Это плюхи снизу,от подчинённых.Да ещё,если эти подчинённые раздолбаи,каких поискать.А если,к тому же,ты с ними(с подчинёнными) ещё со ШМАСа в корешах,как я со своим сержантом Толиком Алилуевым или,что ещё хуже,они(подчинённые,опять жеж-таки) прослужили побольше тебя,бедолаги,как в другой смене,где командиром был Федя Бакал.Так что,деньги деньгами,но когда начальник метеобюро подполковник Мазуров Геннадий Михайлович предложил мне и Загиру Дасаеву возглавить смены,мы дружно и категорически отказались.Ефрейтор "Дед" Грецкий - тоже.Собственно,у командования и выбора-то небыло.Вот почему и стал сержантом Федя Бакал,хотя и прослужил меньше нашего.

Юрий: Про Шмас относительно еды было только одно приятное воспоминание. После передислокации из Барнаульских лесов в Рубцовск нас три дня держали на пайке ракетчиков,которые расквартированы были где-то в степях. И вот тут мы узнали,что такое настоящий белый сибирский хлеб. На стол нам ставили большой прямоугольный каравай белого хлеба, который,если смять опять принимал свою форму и непередаваемый чудесный запах белого свежего хлеба ,а на закуску появилась красная рыба , ну ,а через три дня черный хлеб и селедка.

МИГ: Хочу добавить о том,как кормили в ШМАСе и в полку. Когда ,после приезда в ШМАС,нас первый раз повели в столовую,мне все понравилось:на столах - котлеты с пюре,печенье и конфеты.А на завтра - как пишет Ion Popa,тарелка с десятью кусочками сала,мяса даже и полосок на этом сале не было.Тут все встало на свои места - вчера же было 7-е ноября. Есть в ШМАСе хотелось всегда.Иногда бывали и котлеты,но в основном,сало и мелко крошеное мясо в подливе.Масло лежало на тарелке куском и его приходилось делить на десять кусочков.Эта почетная обязанность была на мне,как на командире отделения.В общем завтрак проходил примерно так:садимся за стол,я делю масло,остальные в это время очень быстро едят(сейчас станет ясно почему),я накладываю кашу в миску,беру ложкуи быстро ем.А в это время товарищ сержант начинает медленно вставать из-за стола и раздается команда"Взвод выходи строиться" - товарищ сержант уже поел.Курсанты,доедая на ходу,двигаются к выходу из столовой - я тоже,пряча в карман хлеб с маслом. За время учебы я сбросил 6 кг,зато стало легко,так что на это не жалуюсь.А подкармливались мы или в чайной,или во время занятий(электротехникой мы занимались в городе,там была учебная база),а рядом был ресторан,откуда,зная ,что голодные курсанты уже ждут,выносили на лотке восхитительные беляши,которые всегда были очень горячими.

82-й: Не знаю, братцы... Вспоминайте. В наше время масло появлялось на завтрак, на общей алюминиевой тарелке, уже поделенным на 20-ти граммовые порции. Причём делил его заранее кто-то на кухне и не нарезкой, а штамповкой (у нас масло всегда было отштамповано цилиндриками). Масло было, пожалуй, на первом месте по значимости для солдата. Дороже сахара и хлеба. Если и заключались между нами пари - то на масло.

МИГ: В ШМАСе кусок в двести грамм подавался на стол неподеленым.Далее все действия происходили,как я уже писал.А вот в полку - да цилиндрики по 20 грамм,поделеные (выдавленные) хлеборезом из штата столовой,и всегда этот "нехороший человек" старался подложить в эту форму для выдавливания что-то,что бы хоть маленький сегментик да украсть.За что ,когда уже совсем"борзел", бывал после - "учен" с пристрастием и недостачу возвращал,даже с прибылью.А потом все повторялось. МИГ.

Юрий: В 1966 году у нас норма масла была 10 грамм и цилиндрики были маленькие, а потом в 1967 г. норму увеличили до 20 гр. и штамповки видно не было ,стали делить за столом на глаз из большого куска на 12 человек. А разливал и раздавал всегда,сидящий вторым от края стола. ну,а с сахаром было примерно так,когда в обед был кисель,то утром и вечером получали по 2 куска,а если был компот,то утром и вечером по одному. В Красноярской школе(на локаторщика) вставали по команде сержанта и бегом строиться, не смотря на то, успел съесть или нет. В Шмас в Барнауле и тем более в Рубцовске такого не было и из-за стола выходили без команды,т.к. от столовой до казармы было 10 шагов.

Ion Popa: В могилёвской ШМАС масло было в виде 20-ти граммового цилиндрика,котлет небыло ни разу.Когда была эпидемия гриппа,то на столах чеснока было полным-полно.Помнится кто-то объелся его до сердечного приступа.Но вот несмотря на то,что кормили плохо и всё время хотелось чего-нибудь пожевать,я,в отличии от МИГа вес набрал.А в Смоленске,в части,масло было в виде 2-х 10-ти граммовых цилиндриков,котлеты были по 3-5 раз в неделю,иногда и на завтрак.И борщ был со сметаной.А вот,кстати,почему-то никто не вспомнил про яйца.В воскресенье утром по два яйца.А хлеб,помнится,белый,только по два куска,а чёрный можно было сколько хочешь брать.Но это ,кажись,только в части,а в учебке и чёрный был нормирован.И на масло,точно,как пишет 82-й,спорили.Я своё в последний месяц проиграл.Хорошо,что уже был "дедушкой" и без масла не оставался...



полная версия страницы