Форум » История специальности младшего авиаспециалиста » Выпускники ШМАС - герои нашего времени » Ответить

Выпускники ШМАС - герои нашего времени

Admin: НАМ ГОВОРЯТ... Нам говорят, тот смертный бой - Политхимера. Нам говорят, была слепой Та, наша, вера, И заблудились мы тогда В ума палатах, Когда писали рапорта В военкоматах: «Прошу отправить в ДРА...» «Прошу доверить...» Иною меркой, чем вчера, Всё нужно мерить. ...Крепись. Такие, брат, дела, Юдоль земная... Но вера всё же в нас жила, Пусть и слепая, Когда рвались на первый бой Не ради славы! И в этом смысле мы с тобой, Должно быть, правы, Болит душа не напоказ, И нет покоя. ...А как же будет всё сейчас, Случись такое? Александр Драт

Ответов - 9

Admin: КУТОВОЙ АЛЕКСАНДР НИКОЛАЕВИЧ 9.10.66 - 14.08.87 сержант Уроженец г.Златоуст Челябинской области. Русский. Образование среднее техническое. Член ВЛКСМ. Холост. Родители: Кутовые Николай Дмитриевич и Клавдия Михайловна. В Афганистане - командир отделения (в/ч пп 29121). Окончил Златоустовский металлургический техникум по специальности «техник-технолог». До призыва в армию работал в прокатном цехе № 3 Златоустовского металлургического завода. 30 октября 1985 года Ленинским РВК г.Златоуст Челябинской области был призван в ряды Вооруженных Сил СССР. С июня 1986 года - Афганистан. 14 августа 1987 года погиб при тушении горящего афганского самолёта. Указом Президиума Верховного Совета СССР был награждён (посмертно) орденом Красной Звезды. Похоронен на кладбище «Уреньгинское» г.Златоуст Челябинской области. Родители Кутового А.Н. проживают в г.Златоуст Челябинской области. Пройдя 6-месячную учебную подготовку в школе младших авиаспециалистов и получив специальность механика самолёта, Александр Кутовой в звании младшего сержанта был направлен в Афганистан на должность командира отделения в войсковую часть пп 29121, расположенную близ города Баграм. Александр прослужил в Афганистане более года и зарекомендовал себя как грамотный специалист, требовательный, но справедливый командир, добросовестный и исполнительный военнослужащий. Пользовался большим уважением среди товарищей по службе и командования. Неоднократно поощрялся за усердие по службе. 14 августа 1987 года при миномётном обстреле был подожжён афганский самолёт, находящийся на аэродроме «Баграм». Младший сержант Кутовой А.Н. принял активное участие в тушении горящего самолёта. Погиб смертью храбрых, спасая дорогостоящую военную технику. Похоронен Александр Кутовой на родине. На его могиле установлен беломраморный памятник с выбитой пятиконечной звездой. Имя его занесено на памятную доску Аллеи славы. http://www.gunmaker-t.narod.ru/284kutovoy-an-afgan-.html

82-й: В 1972 году было жаркое и засушливое лето. Во многих областях страны горели леса. Весной 1973 года, когда мы появились в ШМАС №5 в Вышнем Волочке, на гимнастёрке одного из замкомвзводов, сержанта, мы увидели медаль. Это был не наш замкомвзвода, поэтому подробностей я не знаю. Знаю только, что летом 1972 года курсантов нашей ШМАС отправляли на борьбу с пожарами, где и отличился сержант. Эта медаль "За отвагу на пожаре", и человек, которому она была вручена, вызывали у нас, курсантов, чувство уважения. Память не сохранила фамилию этого сержанта. К весне 1973 года он уже отслужил год.

Admin: Драбов Александр Николаевич 1952 года рождения. Принимал участие в ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС (по призыву Енисейского ОГВК через Школу младших авиационных специалистов Красноярского гарнизона) с 2 апреля 1987 г. до 1 июля 1987 г., в качестве командира отделения РГМ боевого расчета ПРХМ-1 ремонтного взвода Управления полка (29-й полк химической и радиационной защиты) в/ч 41173. Основная работа отделения РГМ: ремонт и градуировка дозиметрической аппаратуры всех подразделений в/ч 41173, дозиметрический контроль спец. техники и территории полка, работы по дезактивации зараженной радиацией территории полка. В активе - одиннадцать выездов в особую зону. Получил дозу облучения 20,03 бэр. За самоотвержение действия и мужество, проявленные по ликвидации катастрофы на ЧАЭС награжден нагрудным знаком «За активное участие в ликвидации аварии на ЧАЭС» КСибВО и почетной грамотой. Будучи Председателем Союза «Чернобыль» города Енисейска и Енисейского района за активную работу по защите прав и интересов УЛПК на ЧАЭС награжден Благодарственным письмом Губернатора Красноярского края Александра Лебедь. В мае 2005 г. Указом Президента РФ №495 от 03.05.2005 г. награжден орденом Мужества. В настоящее время старший сержант запаса, инвалид 2-й группы. http://kraschern.ru/memory/html/people/sov/s40.html

Admin: УГАРОВ НИКОЛАЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ (21.V.1962--08.01.1982) Родился в деревне Суханово Ярославской области. Русский. Образование среднее профессиональное. Рабочий. Член ВЛКСМ. Холост. В Афганистане -- рядовой, водитель автомобиля (в/ч 19888). Родители: Угаровы Александр Петрович, Александра Михайловна. По окончании Дружногорской средней школы Гатчинского района Ленинградской области Николай поступил в Сиверское СПТУ No 3. Работал водителем в совхозе "Орлинский". 12 апреля 1981 года призван в Вооруженные Силы СССР. Служил полгода в школе младших авиаспециалистов в Ташкенте. С 1 ноября 1981 года продолжил службу в Афганистане, г. Баграм. 8 января 1982 года умер от ран. Награжден орденом Красной Звезды (посмертно), медалью "Воину-интернационалисту от благодарного Афганского народа", Грамотой Президиума Верховного Совета СССР "Воину-интернационалисту" . Похоронен на кладбище пос. Орлино Гатчинского района. Пожалуй, у Александра Петровича и Александры Михайловны не было "трудного периода" в воспитании сына. Их Коля не убегал из дома, был далек от дурных компаний, не лгал, не упрямился. Ни вспышек раздражительности, ни истерик не только дома, но и среди окружающих, в обществе сверстников. Рос нравственно здоровый, хороший паренек. Отсюда и среди родных царило спокойствие, взаимопонимание и уважение друг к другу. Вот что пишет Н. А. Григорьева (классный руководитель Николая): "Родители дали хорошее воспитание сыну, хотя и работали в совхозе с утра до ночи... Доверяя сыну во всем, Угаровы позволяли ему принимать решения в отношении самого себя и осуществлять их, тем самым избежали конфликтных ситуаций в семье. Это был самостоятельный юноша. У него были свои планы, его беспокоили такие проблемы, как сдать выпускные экзамены, куда пойти учиться, где работать, как правильно организовать жизнь на ближайшее будущее..." На вопрос Нины Антоновны Григорьевой, что Николай думает о планах на будущее, ответил, что хочет стать водителем, как его отец. И своего добился. Из письма Н. В. Матвеевой, главного инженера совхоза "Орлинский": "В моей памяти Коля остался исполнительным, добросовестным, трудолюбивым работником. Отличался от своих сверстников застенчивостью, спокойствием, уверенностью в себе. Постоянно повышал уровень профессиональных знаний, досконально изучал вверенную ему технику, берег ее. Николай был замечательным парнем! Всегда был готов помочь товарищам словом и делом, советом и поддержкой. А ему тогда не было еще и 18-ти". Родители, вырастив сына и отправляя его служить, понимали: Николай справится с трудностями армейского быта. И не ошиблись. Отрывки из писем Н. А. Угарова родителям и сестре Зое: "Здравствуйте, мои родные! Пишет Вам сын и брат рядовой Угаров. Зоя, ты упрекаешь, что о трудностях ничего не пишу. Все правильно. А чего жаловаться? Какой же ты солдат, если в каждом письме будешь маменьке жаловаться? Есть, конечно, трудности, но я как-то стараюсь их преодолевать сам. В этом, наверное, и состоит воспитание в Армии..." "...Город, где я сейчас служу, называется Баграм. Из Ташкента вылетели на Кабул (столица) 1 ноября 1981 года (эту дату надо запомнить) в 10 часов утра. Через 1,5 часа были в Кабуле. Летели на самолете ИЛ-76. Из Кабула -- на АН-12 в Баграм, где мне и предстоит отслужить свои полтора года. Машины пока не дают. Я попал в отдельную вертолетную эскадрилью. Сейчас я вроде слесаря. Помогаю ребятам, в наряды пока не ходим, обвыкаемся. Машину получу скорее всего весной, так как много ребят уйдет на дембель. Поздравляю с праздником! 1981 г.". В своих письмах из Афганистана рядовой Николай Угаров старался избавить родных от мучительных переживаний, лишних треволнений, от душевной боли. Писал о солдатской жизни просто, мудро, по-житейски: "...Службу несу нормально, но тяжеловата она, черт подери. Дело в том, что получил машину УАЗ-452 -- "санитарку", как ее здесь называют. Машина еще ничего, дышит. Взял ее я без тормозов и вот сейчас занимаюсь понемногу. Приходится ходить и в караул, и делать машину. Для этого меня ставят на ночные посты, то есть ночью охраняю его, а днем свободен. И вот это свободное время использую для ремонта. В караул приходится ходить через день, но, в общем, служба идет нормально. Недавно, кажется, сюда приехали, а вот уже полтора месяца как здесь. 16 декабря останется 100 дней до года службы, а там служба пойдет легче. Вы тут пишите про отпуск, но это вопрос сложный. Тут отпуска дают за заслуги, а я пока еще ничем не отличился, так что, Зоя, придется тебя разочаровать, но будем надеяться. Зоя, ты пишешь, что сфотографировалась, обязательно вышли фотографию. Еще лучше было бы, если бы вы сфотографировались все вместе и прислали фотографию сюда. Это было бы здорово! Насчет своей фотографии ничего не обещаю, так как фотографии тут нет и сфотографироваться негде! Зоя, если тебе удалось попасть на "Машину времени", то поделись впечатлениями. Я думаю, тебе понравилось. Мне ребята рассказывали про концерт "Машины". Говорят, просто чудо! Все так ярко, красочно! Пишите, как папа с мамой съездили в Пошехонье. Какие там новости? Суханово, наверное, камышом заросло... Пишите! Жду! 14.12.81 г. Баграм -- 81". Письмами Николай вселял в родных надежду и ощущение того, что срок службы быстро пройдет. И он, их сын и брат, скоро вернется домой. В этой вере была заключена великая сила, которая поддерживала родителей в ожидании его с афганской войны. И эта его вера в добрый конец службы казалась непоколебимой. Только случилось непоправимое... На запрос, как и при каких обстоятельствах получил ранение рядовой Угаров Н. А. ни Облвоенкомат, ни районный военный комиссариат, ни родители данными не располагают. Вот что сообщил Гатчинский Горвоенком А. Стула: "Угаров Николай Александрович, рядовой, водитель автомобиля с ноября 1981 года в Афганистане. Умер от ран 8.01.1982 года". http://artofwar.ru/j/janr_1/text_0100.shtml

Admin: НАШ ЗЕМЛЯК - УЧАСТНИК ПОДГОТОВКИ К 1-МУ В МИРЕ ПОЛЕТУ ЧЕЛОВЕКА В КОСМОС ...В XX веке для народа России было много черных дат: репрессии, холод и голод, надругательство над святыми местами, церковью и людьми, войны, потери родных и близких. Но были и события общенародной радости и огромного душевного подъема. Люди старшего поколения на первое место ставят, конечно, День Победы 9 мая 1945 года, а дни запуска первого искусственного спутника земли и полета человека в космос, чаще всего, на второе место. Поистине это были дни всеобщего ликования. Недовольство условиями жизни у многих ушел на второй план. Идеи социализма как бы получили второе дыхание. Раз мы первые в космосе, значит в нашей стране не все так плохо. Десятки, сотни тысяч молодых людей стали больше заниматься спортом и лучше учиться. Возросло доверие к КПСС коммунистических партий и стран, вступивших на путь социализма. Народы многих стран Африки, Латинской Америки, Азии, до того мало знакомые с далекой страной СССР, стали находить ее местоположение на глобусе, резко возросло число иностранных студентов, желающих получить образование в нашей стране. Не будем дальше утруждать читателя всемирно-политическим и историческим значениями первого полета человека в космос. Поговорим о малой дольке тех трудностей, с которыми столкнулась наука и промышленность СССР во время подготовки ракеты космического корабля и человека к полету на околоземную орбиту. 18 августа 1947 года с полигона Капустин Яр был впервые проведен успешный пуск баллистической ракеты, после чего понадобилось 10 долгих лет, чтобы в августе 1957 года были проведены успешные испытания межконтинентальной баллистической ракеты. Для запуска космического корабля необходима была ракета, обеспечивающая первую космическую скорость (на высоте 200 км скорость должна была составлять не менее 7,78 км /сек). Ракета Р-7 уже обеспечила вывод на орбиту, созданного космического корабля под названием «Восток». Космонавт в скафандре размещался в катапультируемом кресле. Сход с орбиты производился с помощью тормозной двигательной установке, после ее выключения от космического корабля отделялся спускаемый аппарат, совершавший баллистический спуск. На высоте около 7 км космонавт катапультировался и приземлялся на парашюте. Спускаемый аппарат приземлялся на своем парашюте. Поскольку полной уверенности в том, что космонавт не потеряет сознание, будет адекватно и своевременно реагировать на складывающую ситуацию, не было, то первые полеты были выполнены полностью в автоматическом режиме. Всего на космическом корабле «Восток» в1961-1963 годы было выполнено шесть полетов. В конце 1950-х годов и СССР, и США были созданы и выведены на орбиту многие космические аппарата, в основном военного назначения (без человека на борту). Руководство страны и лично первый секретарь ЦК КПСС Н.Хрущев ставили перед Главным конструктором, порой, просто невыполнимые по срокам задачи. Главная и основная из них была поставлена четко и ясно: мы должны были слетать в космос первыми. Сергей Павлович Королев, нужно отдать ему должное, сразу заявил, что пока не будет двух успешных один за другим стартов и приземления собак, человек в космос не полетит. А этих самых аварий на старте, аварийных пусков, нештатных ситуаций было, к сожалению, очень много. Достаточно вспомнить 1960 год, когда погибло сразу около 100 человек, в том числе и заместитель Министра обороны, он же главнокомандующий Ракетными войсками стратегического назначения, герой Советского Союза Митрофан Иванович Неделин. В сообщениях газет и по радио было объявлено, что он погиб в авиационной катастрофе, об остальных жертвах не сообщалось вообще. В тот день ракета поднялась над стартом, произошел какой-то хлопок, и далее тонны горючего и окислителя накрыли старт и прилегающую местность. Горела земля, металл стартового комплекса расплавился. Члены Государственной комиссии и боевой расчет, находившиеся на открытой местности ближе к старту, сгорели. Кто находился подальше, вдохнув паров гептила, падали замертво. Стартовый комплекс сгорел полностью и восстановлению не подлежал. Было много проблем с доводкой космического корабля и средой обитания в нем. Собаки являлись хорошим подопытным материалом, но они не могли ответить на многочисленные вопросы ученых. Пусть простят меня любители животных за фразу о «подопытном материале», к сожалению, в то время это так и было. Проведение опытов и различных испытаний в части медицинских проблем было возложено на Московский Государственный научно-исследовательский институт авиационной космической медицины. Он должен был выдать рекомендации по доводке корабля, скафандра, решить вопросы расположения человека при старте, вопросы питания, данные о предельных нагрузках при выводе и сходе с орбиты, дать ответы на многие и многие другие вопросы. При институте был создан отряд добровольцев испытателей из рядового состава примерно в 50 человек. Наш земляк, Пучков Вячеслав Федорович, в декабре 1959 года был призван в армию и направлен на учебу в школу младших авиационных специалистов (она располагалась на станции Вапнярка Винницкой области, на Украине). За период с декабря 1960 года по январь 1961 года он прошел три медицинских комиссии и был направлен в военный госпиталь Военно-воздушных сил на очередную четвертую медицинскую комиссию. После углубленной проверки здоровья ему предложили служить на «испытательной работе» и подписать бумаги о неразглашении государственной тайны. С 7 февраля 1961 года Пучков В.Ф. продолжил службу в институте Авиационной и космической медицины. Сразу же начались испытания на центрифуге для определения предельных нагрузок на организм, имитирующих запуск и приземление космического корабля. В барокамере подбирался оптимальный состав газовых смесей, проверялась реакция организма на предельные значения переносимых температур (жара-холод). На водной поверхности отрабатывались вопросы, возникающие в случае посадки космонавта на воду. Были дни, когда с удовольствием ели космическую пищу из тюбиков. Из наиболее тяжелых экспериментов был опыт «лежания на спине» в течение 10-ти суток в полностью обездвиженном состоянии (руки, грудь и ноги были привязаны бинтами к кровати). После окончания эксперимента рядовой Пучков В.Ф. не мог самостоятельно двигаться, не работали ни руки, ни ноги. Словом, были и приятные дни, были и трагедии. За месяц, проведенный в «шарике» (аналог космического корабля «Восток»), ефрейтор Сергей Нефедов был награжден орденом Красной Звезды. А вот рядовой Юрий Бондаренко сгорел в барокамере (после протирания места взятия крови спиртовым ватным тампоном этот комочек попал на открытую спираль электрического нагревателя, насыщенный кислородом газовый состав барокамеры вспыхнул, обгоревшего испытателя спасти не удалось). Срок службы в армии в то время составлял 3 года. Выбывших по состоянию здоровья испытателей направляли «дослуживать» в авиационные части. На их место приходили новые добровольцы. Примерно за полтора месяца до окончания службы рядовой Пучков В.Ф. по состоянию здоровья был списан с испытательной работы и в качестве поощрения - день в день - 1 декабря 1962 года уволен в запас. После окончания службы Вячеслав Федорович работал во Всероссийском научно-исследовательском институте синтеза минерального сырья, потом в строительно-монтажном поезде, в настоящее время работает на одном из объектов гражданской обороны города Александрова. В его семье два сына и две внучки. Решением заместителя командующего Космическими войсками от 22 мая 2007 года Пучков В.Ф. прошел комплексное медицинское обследование и лечение в центральном военном госпитале Космических войск. Пожелаем же Вячеславу Федоровичу крепкого здоровья и всего наилучшего. А.НОВОЖИЛОВ, полковник, в прошлом начальник ракетно-космической группы ГОМУ ГШ ВС РФ (Главного организационно-мобилизационного управления Генерального штаба Вооруженных сил Российской Федерации), нештатный корр. газеты «Деловой Александров». http://www.gazeta-da.ru/node/537

Admin: Знай наших Пограничник в отставке отмечает юбилей Федору Антоновичу Паринову сегодня «стукнуло» 80 лет, но годы, кажется, и не отражаются на его военной выправке и командирском голосе. Накануне юбилея мы побывали у Федора Антоновича в гостях, узнали о судьбе военного, о том, как живется ему сегодня. А нас ждали! У хозяйки, Марии Федоровны, к приходу гостей было все готово. И было очень приятно, что с журналистами, незнакомыми людьми, это открытое для общения семейство было готово разделить торжество. Федор Антонович связал свою судьбу с армией. Армия стала не только его работой, но и самой жизнью. Наверное, поэтому он так хорошо помнит фамилии и звания своих сослуживцев и, рассказывая о них, неизменно добавляет: "Хороший мужик, замечательный!" «В армию меня призвали после 10 класса, - рассказал Федор Паринов. – Я прошел школу младших авиационных специалистов. Однажды, это было в 1952 году, произошел случай, который во многом определил мое будущее: старшина проштрафился и был уволен, и начальник школы назначил меня на его должность». В 1956 году старшина Паринов получил отпуск и поехал в свою родную деревню в Воронежской области. Поехал холостой, а вернулся женатым на соседской девчонке. «Я ее еще в школе заприметил, - признается именинник. – Понравилась мне очень». Выбор оказался верным: Мария Федоровна вместе с супругом прошла, как говорится, и Крым, и Рим (52 года вместе). Когда Федор Антонович вел свой рассказ, она дополняла, помогала вспомнить подробности событий, ведь она тоже, считай, всю жизнь на службе. Спрашиваем: «Трудно ли быть женой военного?». Отвечает: «В материальном плане хорошо, но ответственность большая. Переживаешь. Ждешь, час, два. Особенно, когда ночью наряд». Воинская служба привела семью Париновых в Керчь. Здесь Федор Антонович, старшина погранзаставы симферопольского погранотряда, нес службу по охране границы. Его заботой было накормить, одеть солдат, следить, чтобы они ни в чем не нуждались. Нес свою службу исправно, в служебной карточке одни благодарности. Журналисты пытаются выведать, были ли на границе чрезвычайные ситуации. Федор Антонович не скрывает: были. Помнит, как две недели искали рыбаков, ушедших в море в момент прохода по проливу греческого судна (думали – удрали за рубеж), как бушевало начальство, когда с завода "Залив" угнали за кордон отремонтированное судно. «Приукрашивать свою службу не стану, - твердо говорит командир. – Считаю, каждый должен быть честен перед собой». Таких принципов придерживался и в молодости: честность, порядочность, ответственность. За это его и уважали. После службы Федор Антонович пошел работать на рыболовецкий колхоз. На предприятии сумел завоевать такую любовь, что до сих пор не забывают ветерана, каждый год заранее посылают приглашение и просят обязательно быть на праздновании памятных дат. Керченские пограничники тоже частые гости в семье Париновых. В день рождения целая делегация от морского погранотряда прибыла поздравить именинника: командир отряда Юрий Лошак, заместитель командира Александр Коваль, пресс-секретарь Юрий Фоменко, заместитель председателя совета ветеранов пограничников Леонид Левицкий. Командование части вручило Федору Антоновичу медаль «Ветеран государственной пограничной службы Украины» от лица администрации госпогранслужбы. Командир отряда морской охраны Юрий Лошак отметил: «Такие люди, как Федор Антонович, являются гордостью пограничной службы, примером для всех пограничников, носителем воинских традиций и образцом служения Родине». Все керченские пограничники и ветераны поздравляют юбиляра! Источник: KERCH.COM.UA. http://kerch.com.ua/articleview.aspx?id=8372

SuperAdmin: Грязнов Викентий Григорьевич (13. 8. 1928 - 23. 4. 1973) Герой Советского Союза Даты указов 1. 06.06.1973 Грязнов Викентий* Григорьевич – бортмеханик самолёта Ту-104 205-го авиаотряда Ленинградского объединённого авиаотряда Северо-Западного Управления Гражданской авиации. Родился 13 августа 1928 года в городе Ленинград (ныне – Санкт-Петербург). Русский. В августе 1941 года эвакуирован в Костромскую область. Окончил 7 классов школы и ремесленное училище в городе Иваново. В 1945 году вернулся в Ленинград. В 1945-1946 работал помощником мастера на ткацкой фабрике. В армии с августа 1946 года. В 1947 году окончил Вольскую военную авиационную школу механиков, в 1958 году – экстерном Пермское военное авиационно-техническое училище. Служил авиамехаником, авиатехником, авиатехником звена и отряда в ВВС Черноморского флота. С июля 1960 года капитан В.Г.Грязнов – в запасе. С 1960 года – авиационный техник эксплуатационно-ремонтных мастерских в Ленинградском объединённом авиаотряде. В 1962 году окончил Школу высшей лётной подготовки (г.Ульяновск). С 1962 года – бортмеханик самолёта Ту-104 205-го авиаотряда Ленинградского объединённого авиаотряда. Совершал пассажирские рейсы по стране и за рубежом. 23 апреля 1973 года экипаж самолёта Ту-104 (командир корабля В.М.Янченко, второй пилот – В.М.Кривулин, штурман – Н.Ф.Широков, бортмеханик – В.Г.Грязнов) совершал плановый рейс по маршруту Ленинград–Москва с 51 пассажиром на борту. Через 20 минут после взлёта в кабине экипажа загорелась лампочка экстренного вызова от бортпроводниц. Командир корабля попросил бортмеханика посмотреть, что происходит в пассажирском салоне. Выйдя из кабины, В.Г.Грязнов столкнулся с мужчиной, передавшим ему конверт с письмом для экипажа самолёта. Возвратившись в кабину экипажа, бортмеханик передал письмо В.М.Янченко. Из текста послания следовало, что террорист требовал направить лайнер в Стокгольм. В противном случае он угрожал взорвать самолёт имевшимся у него зарядом, содержащем в себе более двух килограммов взрывчатого вещества. Кроме этого, преступник требовал пустить его в пилотскую кабину, чтобы контролировать действия экипажа... После этого к террористу вышли второй пилот В.М.Кривулин (с пистолетом) и штурман Н.Ф.Широков. В ходе общения с преступником им удалось выяснить, что взрывное устройство сделано таким образом, что будет приведено в действие при разжатии пальцев террориста. Стало ясно, что ликвидировать преступника невозможно. После этого командиром корабля В.М.Янченко было принято решение возвращаться на аэродром вылета «Пулково»... В это время за дверью кабины экипажа В.Г.Грязнов вёл переговоры с террористом, постепенно оттесняя его от пассажирского салона. На высоте 150 метров, когда самолёт вот-вот должен был приземлиться и выпустил шасси, террорист привёл в действие взрывное устройство, направленное действие которого пошло в сторону левого борта, вырвав переднюю дверь вместе с частью фюзеляжа. Всю мощь адского заряда принял на себя находившийся рядом с преступником бортмеханик В.Г.Грязнов. Оба погибли мгновенно... Жизнь пассажиров самолёта и других членов экипажа была спасена. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 6 июня 1973 года за мужество и самоотверженность, проявленные при исполнении служебных обязанностей, Грязнову Викентию Григорьевичу присвоено звание Героя Советского Союза (посмертно). Жил в Ленинграде. Похоронен на Кладбище жертв 9-го января в Санкт-Петербурге. Капитан (1959). Награждён орденом Ленина (1973), медалями. * Примечание: При рождении был назван Вениамином. В 1946 году, при получении паспорта, изменил имя на Викентий. http://www.warheroes.ru/hero/hero.asp?Hero_id=7358

Admin: Джон Гридунов: «Где он - предел человеческих возможностей?» Интервью корреспондента «Новостей космонавтики» П.Шарова с Джоном Ивановичем Гридуновым Джон Иванович Гридунов. На заре пилотируемой космонавтики встал вопрос: как выжить космонавту в полете со стопроцентной гарантией остаться физически здоровым человеком? Были предположения, были гипотезы... Моделирование условий космического полета от старта до посадки без участия человека не дало нужных результатов – необходимо было выяснить, как действуют пиковые нагрузки на психологическую, рефлексорную и иммунную системы человека, как вообще переносит их человеческий организм. Для этого требовались испытатели... Одним из таких людей, благодаря самоотверженности которых была достигнута безопасность космических полетов, является Джон Иванович Гридунов. – Джон Иванович, расскажите немного о себе. Например, о своем детстве, и почему у Вас такое необычное имя? – Я родился б октября 1926 г. в самой южной точке Советского Союза – в г. Кушке, на границе с Афганистаном. Там в гарнизоне служил мой отец – Иван Иванович, бывший пулеметчик Чапаевской дивизии. Появился я на свет в тачанке, во время перестрелки с крупной бандой басмачей: отец прикрывал отход своего отряда огнем из пулемета, а за его спиной в это время моя мать Вера Ильинична рожала меня... И, можно сказать, первое, что я услышал, это был грохот пулемета... Почему назвали таким именем? Мой отец был «от сохи» и часто за советами обращался к календарю. А там было напечатано об американском писателе Джоне Риде, авторе книги «10 дней, которые потрясли мир», где он очень правдиво написал об Октябрьской революции (впоследствии его похоронили у Кремлевской стены на Красной площади). В честь этого писателя меня и назвали Джоном, и в скобках добавили «Рид». Так в метриках и записано: Джон (Рид). Зарегистрировали меня в г. Намангане Ферганской области Узбекской ССР, так как в Кушке в то время не было ЗАГСа. Кстати, первый начальник ЦПК Е.А.Карпов шутливо называл меня Джон Рид Иванович... В юности я был страшным авантюристом. Шрамы до сих пор напоминают мне о жутких драках. Хватал за хвост ядовитых змей и разбивал о камни... В 11 лет уже переплывал коренную Волгу в районе г. Энгельса... Отец всегда про меня говорил шутя: «Родился в тачанке – вот всю жизнь и отстреливается». Не могу сказать, что мой отец был очень сильным, но его отличала большая храбрость. У нас в семье считалось, что мужик именно таким и должен быть, иначе грош ему цена. Наследственность – это, конечно, хорошая вещь, но я считаю, что мужество и крепость организма – это в большей степени самовоспитание и опыт. Ведь в детстве я переболел всеми болезнями, дающими неприятные последствия: малярией, скарлатиной, ревматизмом, а уже взрослым – брюшным тифом. Однако это не помешало мне потом начать серьезно закаляться... Я начал изучать свой организм – и ощутил, что обладаю запасом какой-то неиссякаемой энергии... ...Мой отец служил по разным военным гарнизонам, и мы скитались вместе с ним: Самара, Энгельс, Сталинград, Янов Черниговской области, откуда в 1941 г. эвакуировались в Самарканд. В том же году я поступил в Ворошиловградскую спецшколу Военно-воздушных сил СССР, которую окончил в 1944 г. ...У меня был интересный случай, когда я там учился. Как-то раз поздней осенью проводились сборы, мы шли по берегу реки. Вдруг над водой поднялась стая уток, и старшина мне говорит: «Если подстрелю сейчас утку, кто за ней поплывет?» Вызвался я. Он прицеливается, выстрел – утка падает в воду. «Вперед, курсант Гридунов!» – услышал команду. Я до сих пор помню, как меня обжигала ледяная вода, которая уже начала покрываться тонкой коркой льда. Я тогда даже и представить не мог, что через несколько лет мне предстоит поплавать в еще более холодной водичке... И не десять минут, а целую ночь! ...После этого я хотел идти поступать в летное училище, но по здоровью не прошел: давление «скакало». С июня 1944 г. по декабрь 1945 г. я учился в Серпуховской военной школе авиамехаников. Дальше были 999-й штурмовой авиационный Таллинский полк, 58-й бомбардировочный авиационный Старорусский полк, 80-й бомбардировочный авиационный краснознаменный Киркенесский полк – там я служил механиком: обслуживал такие самолеты, как Ил-2 и Пе-2... – А как получилось, что Вы стали испытателем космической техники? ...В 1951 г. я стал старшим инструктором по культмассовой работе в гарнизонном Доме офицеров Военно-воздушной инженерной академии имени Н.Е.Жуковского. Там я также работал и по своей технической специальности. Один раз в 1954 г. мы выступали в ЦДРИ (Центральном доме работников искусств). И в тот вечер меня заметил Л.Утёсов, он сидел в зале. Нас шесть раз вызывали на «бис». Закрывают занавес – и Утёсов поднимается на сцену... После разговора с ним я попал в ансамбль «Первый шаг», и с этого момента стал выступать на сцене с такими известными артистами, как С.Крамаров, М.Кристалинская, М.Булгакова, и многими другими... ...В ноябре 1960 г. мы ездили выступать в в/ч 64688 (сейчас – Институт военной медицины МО) и в Звёздный... Там на меня обратил внимание генерал-лейтенант В.Я.Клоков и приказал: «Оформляйте его на работу к нам». Так я стал начальником клуба Государственного научно-исследовательского испытательного института авиационной и космической медицины (ИАКМ) Министерства обороны СССР. Там я проработал с января 1961 г. по декабрь 1971 г. И одновременно с этим был внештатным испытателем авиационной и космической техники... – А Вы помните самое первое свое испытание? – Конечно! В 1961 г. мы испытывали высотно-компенсирующий костюм ВКК-6. Он предназначался для обеспечения внешней компенсации повышенного внутрилегочного давления в случае разгерметизации кабины летательного аппарата на больших высотах. После взрывной декомпрессии скачок давления в барокамере был такой, как если бы высота с нулевой отметки в доли секунды возросла до 30 км! Стоит стакан холодной воды: вода в ней закипает мгновенно... Так же закипает и кровь у человека. Один раз я выдержал это испытание в течение часа, в то время как другие не могли просидеть и 15 минут... Но шутить с этим делом нельзя... Например, один раз я пошел «на высоту» с насморком. И вдруг дикая боль меня схватила – я как заору! И меня сразу «спустили» на 2000 м, немного поутихло. После эксперимента обратился к врачу, а он мне: «У вас лопнула барабанная перепонка». Вот такие дела... Я считаю, что гибели В.Н.Волкова, Г.Т.Добровольского и В.И.Пацаева летом 1971 г. можно было избежать, если бы на них был надет этот самый высотно-компенсирующий костюм. На этапе возвращения на высоте около 170 км произошла разгерметизация из-за открытия вентиляционного клапана. Ребята погибли за 12 секунд, а я выдерживал в этом костюме целый час! Мы говорили: возьмите наш костюм, он испытан. Мишин отмахнулся: «У нас все надежно». Ну где же надежно-то? Пусть без скафандров, но если бы использовали ВКК-6, они бы остались живы... Перед похоронами их сильно загримировали – лиц было не узнать, оттого что из-за разгерметизации мгновенно закипела кровь... Джон Гриденов - слушатель Военно-воздушной инженерной академии им. Н.Е.Жуковского с ноября 1949 г. по апрель 1950 г. ...В феврале-марте 1962 г. над Баренцевым морем в районе г. Кильдин произошло происшествие: у выполнявшего задание самолета произошел отказ двигателя, летчик катапультировался и осуществил приводнение. А температура воды в это время где-то 2-4°С... Минут 10 он в ней «пробултыхался», после чего забрался в надувную аварийную лодку МЛАС-1. Примерно через 10 часов его обнаружили в состоянии гипотермии средней тяжести с явлениями крайнего утомления... Возник вопрос: а если космонавт осуществит приводнение, что тогда? Существует риск для жизни. Тогда было принято решение: провести испытания летного костюма ВМСК-2 в бассейне с холодной водой на предприятии «Звезда» в Томилино. Ответственным был назначен полковник А.З.Мнацаканян. И я снова был среди испытателей... Приезжаю туда, смотрю: стоит ангар, без окон и дверей. Захожу внутрь. Вижу стропила, с которых надо прыгать в воду – а на ее поверхности льдинки плавают, посередине только «дырка». Перед началом эксперимента по выживанию в этом костюме меня в буквальном смысле «залепили» датчиками. Они были на каждом сантиметре моего тела: надо было проводить точные измерения температуры... А еще надели на меня обычное шелковое белье, больше не было ничего. Началось испытание вечером, около 10 часов: меня сбросили – и я оказываюсь в воде. Надувной спасательный жилет сразу наполнился воздухом – я был полностью погружен, наружу торчала только голова... Чувствую, что замерзаю: на стопах и голенях начала пропадать чувствительность, и я начал грести руками, чтобы согреться. Думаю: «Не дам себе погибнуть!» Я «работал» в таком режиме: 15 мин спокойного состояния и 45 мин «гребли». И таким вот образом я продержался в ледяной воде... 13 часов 25 мин! Превысил утвержденный программой эксперимента срок на 1 час 25 мин (улыбается)... Утром пришла правительственная комиссия, смотрю – они стоят в шубах и валенках, с ноги на ногу переминаются... И мне запомнилась фраза, у кого-то из них вырвалось удивленное: «Смотри-ка! Живой...» Вынимают меня – а я замерз жутко... Обращаюсь к лаборанткам: «Девчонки, дайте спиртику – согреться надо». Они протягивают мне стакан с нацеженной из шприца жидкостью. Делаю глоток. «Зачем вы мне воды налили?» – говорю. А у самого мышечная дрожь и судороги. Они мне отвечают: «Это чистый спирт - 96°». Я не поверил... Видимо, я настолько замерз, что тело мое уже ничего не чувствовало. Я пришел домой и налил себе «огненного» борща. Съел. Чувствую – все равно не могу согреться... Тогда налил себе горячую ванну и бултыхнулся в нее. Полежал... Помогло, согрелся! И на следующий день вышел на работу как ни в чем не бывало. А на работе мне говорят: «Ты опять опровергаешь науку, Джон! У тебя должно было разорваться сердце. Температуру надо было повышать постепенно». Смотрю на записи по эксперименту: температура моего тела опустилась до 34.3°С, а температура на стопе вообще была 5°С! Я был поражен, узнав об этом... Или как мы выживали в подмосковном лесу. Представьте: мороз -25°С, снег по пояс... У нас было задание: «растянуть» трехдневный аварийный запас космонавта на 8 суток. А я-то уже опытный, много раз в дикой природе был. На всякий случай прихватил с собой туристский топорик, и он меня спас! Потому что входящий в аварийный запас мачете – с его помощью на Кубе тростник рубят – не «берет» наши деревья: я себе руки до крови содрал... В общем, выбросил я его и воспользовался своим топориком, и нарубил много дров для костра. Воду мы получали из снега, кибитки сделали из парашютной ткани. А как-то раз ночью я решил обойти ребят и вижу: Алик Мнацаканян спит у потухшего костра, а его лицо снежинки покрывают и не тают! Я еле его разбудил – он уже замерзал... За 8 суток эксперимента я похудел на 8 кг... Помню еще, как мы с рядовым Сергеем Селезнёвым на заводе Воронина 16 суток сидели в «шарике», в котором летала Терешкова. Сидели без обдува и дышали регенерируемым воздухом. И чтобы не было скучно, развлекали друг друга анекдотами – без юмора никуда... Но, как всегда, не обошлось без историй. Во время эксперимента накрылась установка для регенерации воздуха, и мы дышали тем, что выдыхали. Когда открыли крышку, Селезнёв глотнул воздуха – и в обморок, потом в госпиталь. А я – на работу. – Неужели Вам не было страшно участвовать в таких экстремальных экспериментах? – Любой человек на моем месте ответил бы Вам: «Конечно». И я знал, что смерть ходит рядом... Например, в марте 1961 г. при испытаниях в барокамере погиб космонавт Валентин Бондаренко: он решил подогреть себе обед на плитке, а на руке у него был датчик, привязанный обычным бинтом. Бинт развязался и вспыхнул, после чего в барокамере произошел взрыв... Все это было, конечно, страшно... Но я не давал себе бояться, верил в себя и в свой организм. Страх для испытателя – очень опасная штука. Он заставляет суетиться, совершать лишние движения, ошибаться... И иногда это может привести к очень тяжелым последствиям. Еще по поводу страха. О нас сняли два документальных фильма, и в одном из них демонстрировались довольно страшные кадры. Как-то я подарил Иосифу Кобзону этот фильм, а когда потом увиделись, я спрашиваю: «А хочешь пострашнее?» Он мне удивленно: «Как? Разве есть еще страшнее?» Я говорю: «Да» (улыбается). – Говорят, что Вы совершили полет на Луну раньше американцев? Это правда? (С улыбкой.) – Да, но, к сожалению, это был всего лишь имитационный полет... Королёва интересовал вопрос: что может ожидать космонавта при полете на Луну? Для этих целей в 1965 г. в ИАКМ проводилась серия экспериментов по изучению возможностей человека применительно к условиям полета по программе Л-1 (облет Луны) в нештатной ситуации (разгерметизация кабины корабля на начальном этапе траектории). Испытатель Джон Иванович Гридунов перед "полетом" на Луну (1965 год). Справа - механик Алексей Тимофеевич Белоконов Испытателей было трое: В.В.Перфилкин, А.М.Терпиловский и я. Нам надо было просидеть 7 суток в скафандре «Беркут» в барокамере в разреженной атмосфере, соответствующей высоте 30 км, и в температурных условиях, исключающих теплообмен скафандра с окружающей средой. Руководил этим экспериментом полковник Л.Г.Головкин. ...Первым в «корабль» посадили Славу Перфилкина. А кормили нас из трубочки. И после приема пищи все промывали чистым спиртом – надо, чтобы все было противомикробно. И ему как плеснули спирта в трубку, не рассчитали, – он начал задыхаться... Просидел сутки – и его сняли... Потом пришла очередь Толи Терпиловского. А у него, извините, мужское достоинство очень больших размеров – в АСУ-то вставил, а обратно никак вытащить не мог (смеется). И опять - вопль! Он около полутора суток просидел, и его сняли. Мне говорят: «Джон, на тебя вся надежда, давай!» Залез. Мне команду дают: «Там кнопочки «влево», «вправо»...» Я нажимаю – ничего не работает (улыбается). «Может прервем?» – меня спрашивают. «Зачем? Такое могло случиться в полете? Могло. Продолжаем полет», – отвечаю я. Дальше... «Дали» мне большую высоту, а скафандр-то раздувает при этом – Леонов при своем выходе столкнулся с этой проблемой. И я лямкой на ноге зацепился за что-то и не могу с места сдвинуться, ни туда ни сюда... «Джон, прекращаем?» – «Нет, и такое могло случиться. Летим дальше». Пришлось держать вес тела на одной ноге... Тут руководители эксперимента «придумали»: а вдруг в полете прекратится подача кислорода? Взяли и перекрыли мне шланг. А дышать-то нечем! «Джон Иванович, это эксперимент», – объясняют мне. Отвечаю: «Я же выйду – поубиваю вас всех. Дайте воздух!» А в ответ расслышал только одно слово: «Не положено...» (Улыбается.) Еще одна гипотетическая проблема: а вдруг в корабль попадет метеорит и нарушится теплообмен? И включают большие раскаленные панели... Жарища... А теплоотдачи нет никакой – я ведь в скафандре сижу! Пот ручьями... Несколько суток я просидел в соленой «луже»... Краснознаменный зал ЦДСА им. Фрунзе. В центре - Ю.Гагарин и А.Леонов. Слева - Д.Гридунов. 11 апреля 1967 года. – А поспать удавалось? – Первые четверо суток я вообще не могу заснуть. Потом «провалился» где-то на полчаса; очнувшись, чувствую: силы вроде восстановил. У меня там в замкнутом пространстве исчезло чувство времени; спрашиваю: сколько времени прошло? Мне отвечают, что полчаса... Через такой же промежуток опять задаю вопрос, а мне отвечают: «Десять минут»... Потом опять начались проблемы. После того, как «отобедал» через трубочку, я четко сказал: «Прием пищи закончен». А снаружи то ли не расслышали, то ли еще чего, но мне как впрыснули туда целую порцию творога – и он разлетелся по всему скафандру. А при такой жаре он же разлагается очень быстро... Воняет – жуть! Пришлось этим дышать... К тому же в АСУ не было калоприемника – так что в течение семи суток пришлось воздерживаться от того, чтобы сходить «по-большому»... Представляете? Мало того, когда я уже практически выполнил всю программу, мне говорят: «Джон Иванович, сегодня же воскресенье! Никто не работает, надо всех поднимать, выдержи еще сутки, потерпи до завтра». Остался еще на сутки, чего уж там... После выхода «наружу» меня положили в госпиталь на восстановление, и так совпало, что мы лежали вместе с Алексеем Леоновым – он только что совершил первый в истории выход в открытый космос. Его потом назначили командиром экипажа для полета на Луну, а я ведь я уже испытал все то, с чем он мог бы столкнуться... За этот «полет» я получил тысячу рублей... Мне как автору статьи и журналисту, которому посчастливилось пообщаться с этим не только легендарным испытателем, но и просто замечательным человеком, горько, а скорее стыдно, сознавать, что до сих пор у Джона Ивановича нет ни звания Героя Советского Союза, ни Героя России... Стыдно потому, что многие наши сегодняшние «герои» получают свои звезды не вполне заслуженно, и все об этом прекрасно знают. Стыдно за то, что сколько ни писалось писем и ходатайств руководству – все один и тот же результат. Точнее, никакого результата. И еще стыдно за то, что люди, «бойцы невидимого фронта», которые, подвергая смертельной опасности свою жизнь, сделали возможным совершение космических прорывов нашей страной, сегодня остаются забытыми. И если такие люди, как Д.И.Гридунов, остаются не у дел после всего, что испытали, то может ли очередной космонавт с чистой совестью садиться в кресло космического корабля, надежность которого достигнута ценой здоровья другого человека? Как говорится, без комментариев... Полный текст: http://www.kosmobaik.ru/stat/stat6_1.html http://www.novosti-kosmonavtiki.ru/content/numbers/304/36.shtml КАК Я СТАЛ АРТИСТОМ-ИСПЫТАТЕЛЕМ http://www.epizodsspace.narod.ru/bibl/akiem/3-kak.html

ВШАМ: Анатолий Зюрзя: «Мне повезло, что сегодня есть возможность поделиться опытом» Майор запаса, ликвидатор Чернобыльской аварии – Анатолий Зюрзя – сегодня работает в Коллегии адвокатов «Призывник», где помогает молодым людям бороться с коррупцией в военных комиссариатах. Анатолий Николаевич Зюрзя, консультант предеседателя СКА "Призывник". Родился в 1958 году. Обучался в Кишиневском государственном институте искусств, Курганском высшем военно-политическом авиационном училище. 1982-1984 г.г. – заместитель командира роты по политической части (батальон связи аэродрома Левашово). 1984-1989 г.г. – помощник начальника политотдела по комсомольской работе (авиационный полк аэродрома Левашово). В 1986 г. участвовал в ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС. 1989-2003 г.г. – старший помощник начальника второго отделения призыва Военного комиссариата Московского района Санкт-Петербурга. Отвечал за вопросы подготовки граждан к военной службе и военно-патриотическое воспитание молодежи. Награжден Орденом Мужества. Майор запаса. -Вы сначала поступили в Кишиневский государственный институт искусств, а после этого, видимо, изменили свое отношение к искусству и поступили военно-политическое авиационное училище. С детства был активным участником драматического кружка Дома пионеров и ТЮЗа, детскую мечту осуществил поступлением в институт на актерское отделение. Принимая участие в съемках фильма, и столкнувшись с реальной жизнью кино и театра, я понял, что актерская деятельность это не мое. Ушел в академический отпуск и сразу получил от военного комиссариата повестку в армию. Солдатом срочной службы служил в ШМАСе (Школе младших авиационных специалистов – ред.) в городе Камышин. Доброе отношение командования, дружный армейский коллектив, уважительное отношение к людям в погонах и перспектива на достойную жизнь, позволили в моем сознании произвести столь диаметрально противоположное решение и посвятить свою жизнь военной службе. Я не ошибся, потому что армия мне дала достойную и интересную жизнь. -Вы занимались политической работой в своем полку. Сегодня не все молодые люди понимают, что это значит – можете рассказать о своих основных обязанностях? В армейском коллективе на командире лежат обязанности повышения боеспособности подразделения, а на его заместителе по политической части, прежде всего, забота о человеке и его нуждах, отстаивание его интересов. Без здорового морального климата нет боевых побед. -Легко ли Вам было находить контакт с подчиненными? Я в армии не любил только «стукачей». В остальном основное мое правило: не лукавить с совестью, быть требовательным и исполнительным в данных обещаниях. Все это позволило добиться уважения среди сослуживцев и подчиненных. -Правда ли, что и в советское время в вооруженных силах существовало такое явление как дедовщина? На самом деле, военнослужащие, подлежащие увольнению в запас, более сетовали в этот период на процветание «духовщины» в Вооруженных Силах. -В 1986 году вы ликвидировали аварию в Чернобыле. По телеграфному распоряжению Генерального штаба ВС СССР я был откомандирован в распоряжение командующего Киевского военного округа. Там и узнал о целях и задачах. В итоге, наша авиационная группа закрыла защитный кожух, получивший впоследствии название саркофаг. -Орден Мужества вы получили именно за этот свой подвиг? За добросовестное выполнение служебных обязанностей в ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС я неоднократно поощрялся почетными грамотами, но никогда о том, что я делал, не думал как о подвиге. Орден Мужества – это факт признания и уважения к участникам ликвидации той катастрофы. -После командных должностей вы продолжили свою работу уже в качестве сотрудника военного комиссариата. После того как перенес лучевую болезнь и ряд серьезных операций, потеряв сына от лейкемии, я был переведен для службы в органы местного самоуправления – в военный комиссариат. Шестнадцать лет занимался подготовкой специалистов в организациях ДОСАФ и призывом граждан призывного возраста в ВС. Застал периоды, когда в день в войска отправляли по 200 человек и когда одного призывника находили с трудом. Отношение граждан призывного возраста до распада СССР к службе в армии – как можно скорее отбыть повинность, а далее учиться и строить свою жизнь, ибо государство выступало гарантом перспектив для достойной жизни. На сегодняшний день в современной России призывы и методы комплектования срочной службой в Вооруженных Силах остались советскими, а срочная служба стала обузой для воинских подразделений. Перейдя на кадровую основу комплектования и дав достойное денежное содержание контрактникам, уважение к людям в погонах бы вернулось. -Как, по-вашему, должен был завершиться конфликт с Грузией по самоопределению Осетии и Абхазии? Все ли правильно сделали российские военные стратеги? Как нам повезло, что с распадом СССР мы живем в Санкт-Петербурге, а не в Осетии и Абхазии. Представляю, сколько радости у этих народов, что у них появляется перспектива в жизни с признанием их независимости Россией. Чтобы действовать, решительно в наступательных операциях, нужна оснащенная современным оружием мобильная армия. Еще нужны профессионалы. Радует, что эта братоубийственная бойня уже приостановлена. -Сегодня вы работаете в Коллегии адвокатов «Призывник». С чем связано такое продолжение вашей карьеры? Итог моей карьеры – это достойное пенсионное денежное содержание от Министерства Обороны. А оказание помощи гражданам призывного возраста, обратившихся в коллегию адвокатов «Призывник» в отстаивании своего права в призыве на военную службу - это достойное продолжение прежней служебной деятельности в военном комиссариате. В 90-х годах подобных адвокатских контор и не существовало из-за их ненадобности. Ныне офицерский корпус в некоторых военных комиссариатах, дискредитировав себя, толкают граждан на поиск справедливости. Мне повезло, что сегодня в «Призывнике» есть возможность поделиться своим опытом. -В последние годы на российском телевидении появилось множество фильмов, прославляющих российскую армию, которые рассказывают, о том, как хорошо учиться в военных училищах и кадетских корпусах? Есть ли в них доля правды? В военное училище и кадетские корпуса идут по желанию, там дается приличное образование. Обучающийся не зависим в получении образования, к тому же есть перспектива, ибо армия меняется медленно, но в лучшую сторону. Но сегодняшние фильмы об армии до нельзя смешные и надуманные, странно, что их кто-то заказывает. -Есть ли у вас жизненные авторитеты – люди, на которых вам бы хотелось равняться? Премьер-министр Владимир Владимирович Путин. -Чем увлекаетесь в свободное время? Свободного времени у меня очень мало, но если оно и появляется, то люблю проводить его со своими дочерьми. -Любимый анекдот связан с армией? Конечно. «При прохождении медицинского обследования в период призыва на военную службу врач говорит призывнику: «Снимите штаны, нагнитесь, раздвиньте ягодицы». Затем врач долго-долго смотрит и молчит. Сгорая от волнения, трепетным голосом призывник спрашивает: «Ну что, отсрочки-то не видно?!».» http://subscribe.ru/archive/state.army.prizyvnik/200812/08141625.html



полная версия страницы