Форум » История специальности младшего авиаспециалиста » Первые мотористы и авиамеханики - герои ПБВ и ПМВ » Ответить

Первые мотористы и авиамеханики - герои ПБВ и ПМВ

Admin: Не говори с тоской их н е т, Но с благодарностью: б ы л и. В.А. Жуковский Первые мотористы и авиамеханики - герои Первой Балканской и Первой Мировой Войн...Что мы знаем о них? В те времена, когда национальность обыкновенно определялась религией, лютеранина могли похвалить по всякому, но даже из вежливости русским бы не назвали – и наоборот, обращенный в Православие немец, татарин или еврей, в глазах окружающих автоматически выпадал из прежней национально-религиозной группы и входил в новую среду, становясь русским... , но, в то же время... Летчики и механики, православные и католики, лютеране и старообрядцы, мусульмане и евреи, потомственные дворяне, мещане, рабочие и крестьяне - все они, независимо от веры и сословия, защищали небо России на фронтах Первой мировой войны! Небольшое отступление... "Прощание славянки" Есть на Ваганьковском кладбище в Москве небольшой скромный памятник человеку, творения которого знает весь мир, хотя его имя долгое время было забыто. На гранитном монументе портрет, под ним слова: "Дирижер-композитор полковник Агапкин Василий Иванович. 1884-1964". Чуть ниже - первые такты бессмертного марша "Прощание славянки". Впервые он был исполнен в 1912 году... Вдохновила Балканская война В начале двадцатого века на Балканах разразилась война - так называемая Первая Балканская. Сербия, Черногория, Греция и Болгария выступили против многовекового османского ига и начали освобождение своих захваченных Турцией земель. Хотя Россия формально соблюдала нейтралитет и не участвовала в этой войне, симпатии и правительства, и населения были на стороне братьев-славян. Им оказывали весьма ощутимую моральную и материальную помощь: повсюду шла запись добровольцев, в церквах служили молебны, собирались пожертвования для оказания помощи сражавшимся с турками войскам. Высокие патриотические чувства переполняли тогда многих представителей творческой интеллигенции, в том числе и Василия Агапкина. Безвестный дотоле кавалерийский трубач, мечтавший стать дирижером, тоже решил внести свою лепту и создать марш, зовущий в бой, к победе над неприятелем. Как вспоминали очевидцы, он писал музыку ночами, подолгу просиживая за роялем, потом опробовал ее на трубе и посвятил "Прощание славянки" всем славянским женщинам, проводившим на справедливую войну мужей, сыновей и любимых... Источник: "Прощание Славянки" лучший Российский военный марш... http://www.liveinternet.ru/users/anz/post50928540/ Материал из Википедии — свободной энциклопедии http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9F%D1%80%D0%BE%D1%89%D0%B0%D0%BD%D0%B8%D0%B5_%D1%81%D0%BB%D0%B0%D0%B2%D1%8F%D0%BD%D0%BA%D0%B8 Несколько вариантов стихов гениального произведения. "Прощание Славянки". Боевой военный марш в исполнении военного духового оркестра. http://img0.liveinternet.ru/images/attach/b/2/3610/3610152_Proschanie_Slavyanki__boevoy_marsh.mp3 Восстановленый текст в исполнении Жанны Бичевской. http://img0.liveinternet.ru/images/attach/b/3/3626/3626601_Proschanie_Slavyanki__ZHanna_Bichevskaya.mp3

Ответов - 45, стр: 1 2 All

Admin: А вот и самые первые герои русские механики-мотористы, воевавшие в составе отряда добровольцев еще в Первой Балканской войне 1912 - 13 годов. Впервые в массовом порядке новый вид вооруженных сил авиация была применена в Балканской войне 1912 - 13 годов (причем с обеих воюющих сторон). Эта же война стала и первой в мире войной, на которой в массовом порядке появились как добровольцы, так и наемники... ...В Болгарию направилось множество русских, а в Турцию - немцев. Так, русские летчики прибывали на Балканы организованными группами. Первый отряд был сформирован директором Первого Российского товарищества воздухоплавания С. Щетининым (Евсюков, Колчин, Костин, Седов)...Как выяснилось там были Макс фон Лерхе... и другие русские авиаторы-добровольцы: Тимофей Ефимов, Гребенюк, Иванов, Маргулис и Мазуркевич. Кроме самолетов русские привезли с собой ремонтную полевую мастерскую. Хотя, конечно, как и на любой войне такого масштаба хватало и различных "искателей приключений". Интересно то, что все летчики-добровольцы прибывали вместе со своими летательными аппаратами (фон Лерхе привез два, но один был поврежден по дороге. Именно русским авиаторам на их личных самолетах и выпало первыми принять боевое крещение в небе над турецкой крепостью Адрианополь осенью 1912 г. Русский пилот Тимофей Никифорович Ефимов на своем аппарате фирмы «Блерио», имевшем собственное имя «Старичок», совершил первый в истории российской авиации боевой вылет... ...Из всех типов аэропланов Щетинин остановил свой выбор на «Фарманах»: их закупили 4 штуки. Аэропланы, запчасти, материалы, палатки и передвижную мастерскую по железной дороге доставили в Одессу, оттуда морем к устью Дуная, а далее на речных судах к Мустафа-паше... ...Отряд был расквартирован в непосредственной близости от Адрианополя, в 5 км от Мустафа-паши, и Щетинин всерьез опасался того, что турецкая вылазка уничтожит все его хозяйство на земле. Условия жизни в лагере были «спартанские»: летчики жили в огромных ящиках, в которых привезли их «Фарманы», кое-как приспособленных для жилья. В этих дощатых хижинах авиаторы провели несколько зимних месяцев. Аэропланы хранились в брезентовых ангарах, сконструированных русским полковником Ульяниным. Полевая мастерская отлично показала себя: ее оборудование и запасы давали возможность делать не только мелкий, но и капитальный ремонт самолетов...)... ...В скором времени болгары смогли сформировать и еще два подразделения. Сначала 3 ноября - 2-е аэропланное отделение под командованием Димитра Секеларова.Сюда вошли: Симеон Петров, Никола Минков и Гаврил Стоянов, двое русских - Петр Евсюков и Федор Колчин, француз и англичанин. Сообщается также, что в штат входило 8 механиков. А буквально через неделю сформировали и самое маленькое - 3-е отделение, направленное в помощь 4 Армии. Возглавлял его Пенио Попкрычев и входили сюда всего три летчика: болгарин Мичло Митев, русский и итальянец... ...Заслуги русских добровольцев были высоко оценены болгарами: все летчики и механики добровольческого отряда были награждены орденами и медалями. Сам С.Щетинин получил орден "За военные заслуги" 5-й степени с мечами и короной. Тем же орденом, но без короны и мечей, отмечены П.Евсюков и Ф.Колчин. Орден "За военные заслуги" 6-й степени был вручен летчикам Я.Седову и Н.Костину, механикам Дегтяреву, Щербакову, Тарасову, Иванову, Коровкину и Сикурчинскому.... По материалам статей: Авиация в Балканской войне 1912-13 гг. http://www.airwar.ru/history/locwar/europe/1912/1912.html Братья Икара, сыны Марса http://his.1september.ru/2004/47/18.htm Уникальный снимок прислал aviaww1! Первые русские войны-интернационалисты Балканской войны 1912-13 г.г., летчики и механики обедают в полевых условиях... Нижняя обрезанная строка Стоят: Ю.А.Озолин, В.В.Дехтерев, Л.И.Сокуранский, И.И.Иванов http://aviaww1.forum24.ru/?1-1-0-00000092-000-100-0 ...Русские были и в составе небольшого авиационного подразделения при сербской армии. К сожалению полный состав и имена летчиков на сегодняшний день полностью не установлены. Известны только некоторые фамилии. Так... из России в Белград прибыл русский авиатор Агафонов вместе с механиком Савельевым (будущий авиаконструктор триплана) , которых прикомандировали к помощнику командующего сербской армии, генералу Путнику... А вот, что удалось мне найти о наших авиаторах в Сербии. ...Агафонов А.А. и его механик Савельев приехали с бипланом Дукс (Duks), который был куплен в России для Сербской Армии, 1 ноября 1912. Он (Агафонов) сделал несколько испытательных полетов на Дукс над Скопле и затем на трофейном REP над Белградом в декабре. 2 февраля 1913 он и Савельев начали продолжительный полет от Ниш к Белграду на REP, но полет закончился полной неудачей. Перелет продолжался в течение трех дней и в конце, на заключительном этапе полета в Белградских предместьях, они разбились. Оба оставили Сербию в феврале 1913. ...Вскоре в Белград прибыл еще один сотрудник "Русского слова", Вас. И. Немирович-Данченко, хорошо известный на Балканах еще по войне 1877-1878 гг., в которой принимал участие в качестве военного корреспондента. Немирович-Данченко был принят сербским премьером Пашичем, а затем наследником престола княжичем Александром. Наследник интересовался отношением русского общества к событиям на Балканах. Военному корреспонденту из России была обещана полная свобода посещения позиций, участие в военных действиях и помощь в отсылке депеш. Но Немирович-Данченко направился в болгарскую армию, где ожидались главные сражения[99]. Военным корреспондентом в сербской армии остался Бойович. Задержавшись на некоторое время в Белграде, он имел возможность ежедневно видеться с Пашичем, бывал и во дворце у наследника[100]. Одно из писем в редакцию ему пришлось отправить, в обход цензуры, из Австрии, так как оно содержало полученные от Пашича секретные сведения о численности сербской армии, ее вооружении и дислокации, а также имена военачальников и главнокомандующего[101]. Затем, на смену Бойовичу, в Белград приехал еще один корреспондент "Русского слова", Н. П. Брио. Покидая сербскую столицу, Бойович советовал Брио оставаться в Белграде, где правительственные учреждения и военное министерство ежедневно получали телеграммы о ходе военных действий, в то время как на позициях корреспонденты были поставлены в чрезвычайно трудные условия, иногда совсем были лишены возможности телеграфировать в редакцию[102]. Однако Благов настаивал на поездке в армию. Чтобы организовать ее, Брио пришлось даже прибегнуть к помощи русского авиатора Агафонова, который согласился взять его механиком и обещал брать в полеты над турецкими позициями. ...Иван Кирштайн приехал с Фарманом HF.VII, который был куплен на пожертвования газеты "Новое Время" из Петербурга для Сербии. Кирштайн стал членом маленькой единицы Сербской авиации, которую послали, чтобы помочь Черногории в осаде Шкадар (Skadar) и там он сделал несколько испытательных полетов, но отказался летать над Skadar непосредственно. Также был некий российский военный корреспондент Бишлаков, кто следил за действиями при осаде Skadar, и 2 апреля 1913 он сделал две попытки полетать над Skadar, сначала с сербским пилотом лейтенантом Станковичем, и затем с французским наемником Луи Годефрой, но обе попытки закончились неудачей, и они возвратились на базу после коротких полетов. Русские летчик Агафонов и механик Савельев в кабине моноплана REP в Banjici, Сербия, Первая балканская война, 1912-1913 г.г. Русские летчик Агафонов и механик Савельев у моноплана REP в Banjici, Сербия, Первая балканская война, 1912-1913 г.г.

Admin: А вот статья из старого журнала, свидетельствующая о награждении упомянутых механиков вместе с летчиками...

Admin: Еще одна уникальная находка с сайта Sammler. Фото времен ПМВ. Наш коллега, механик Федор Щербаков, герой Балканской войны 1912-13 г.г., награжденный болгарским орденом "За военные заслуги" 6-й степени и солдатским Георгиевским крестом, у разбитого Вуазена. 6-й Истребительный АвиаОтряд. 1917 г. Как вы думаете удалось ему восстановить самолет или пришлось разобрать на запчасти?

Admin: Наш брат-славянин Явор прислал интересную и очень ценную информацию с болгарского форума "КРИЛЕ - РЕТРО АВИАЦИОНЕН ФОРУМ" с темы "Не са били първи българите хвърлили бомба от самолет!" Съгласно "Заповед по действащата армия" от 20 декември 1912 г., подписана от генерал-майор Фичев, н-к щаб на българската армия, в състава на българската авиация са включени: 1. Руският поданик Порфирий Воронин - механик; 2. Руският поданик фон Лерхе, - пилот; 3. Руският поданик Николяй Орлов - електромеханик; 4. Френският поданик Ернст Бюри - пилот; 5. Руският поданик Пьотр Евсюков - пилот; 6. Руският поданик Фьодор Колчин - пилот; 7. Руският поданик Николай Костин - пилот; 8. Руският поданик Яков Седов - пилот; 9. Руският поданик Фьодор Шчербаков - моторист; 10. Руският поданик Василий Дегтерьов - моторист; 11. Руският поданик Йосиф Иванов - моторист; 12. Руският поданик Лев Секурински - монтьор; 13. Руският поданик Александр Коровкин - монтьор; 14. Руският поданик Николай Тарасов - монтьор; 15. Руският поданик Емануил Маргулис - пилот без заплата; 16. Италианският поданик Джовани Сабели - пилот; 17. Италианският поданик Ф. Сантерини - механик; 18. Френският поданик Пайяр - пилот; 19. Френският поданик Луи Оливие - пилот; 20. Руският поданик Григорий Гребенюк - пилот без заплата; 21. Руският поданик Василий Иванов - пилот без заплата; С Височайша заповед е приет на служба Семьон Маралов - механик въздухоплавател. Не об этом ли механике упоминается в статье Валерия ЯРХО "Братья Икара, сыны Марса": ...В декабре в качестве подарка из России получен змейковый баллон с необходимым оборудованием. Для его обслуживания прибыл и русский механик. На основе имеющей матчасти были оформлены два БО - первое с аэростатом "София-1" (командир Ю.Казанджиевым) и второе с только полученным змейковым аэростатом (командир Продан Таракчиев)... Список русских монтеров, механиков и мотористов, участников Балканской войны 1912-13 г.г., пополнился! Правда с написанием фамилий и имен еще придется разобраться...

Admin: Еще один незаслуженно забытый герой - авиамеханик. ...После этих встреч, знакомств со старыми русскими летчиками, соратниками Нагурского, располагая уникальными архивными материалами, я написал небольшую документальную повесть «Он был первым». Правильнее было бы назвать ее «Они были первыми» — рядом с Нагурским полноправным участником его исторических полетов нужно назвать и его механика, матроса-добровольца Евгения Кузнецова, родоначальника отважного племени полярных авиамехаников. Но никаких документов о рядовом матросе царского флота, кроме приказов выслать его с Черного моря в Петербург, найти мне так тогда и не удалось. История первых полярных авиаторов мира оказалась связанной с Францией. Для поисков экспедиции Седова был специально подготовлен французами самолет «Морис Фарман», Нагурский принимал и испытывал его в Париже, а Кузнецов своими руками собрал, отрегулировал и подготовил к полетам разобранный на части аэроплан и мотор, что в Арктике было делом крайне нелегким. Кузнецов принимал участие и в полетах Нагурского: у острова Заячий, где была найдена избушка Седова, в запаянной банке Нагурский оставил рапорт, в котором назвал и Евгения Кузнецова как участника этого полета. Удалось найти рапорт Нагурского морскому командованию о том, что Кузнецову не было выплачено положенное ему как рядовому денежное довольствие в размере... одного рубля в сутки. Тот же адмирал, что отдал приказ отправить матроса для участия в экспедиции, наложил резолюцию: «Оставить без последствий». Так отблагодарило матроса-добровольца за его подвиг царское военно-морское начальство. Нагурский получил орден, а Кузнецову и суточных не заплатили... Неужели же мы теперь не сможем воздать должное первопроходцу арктических воздушных трасс? Даже фотографии его не сохранили архивы, как их найти? После выхода книжки я несколько раз рассказывал о Кузнецове по радио, телевидению, пытался привлечь к поискам однофамильцев, специально опубликовав в одном из журналов обращение к ним... Безрезультатно. И все же долгожданное «открытие» Евгения Кузнецова совершилось, но честь его принадлежит уже не мне, а журналисту-правдисту Евгению Фадееву. И вот как это произошло. Ровно через двадцать лет после моей встречи с Нагурским правдист Евгений Фадеев во время поездки по Польше, зная, что первый полярный летчик жив, разыскивает и навещает его... ...Очерк Фадеева написан хорошо, увлекательно. Мы вносим некоторые уточнения, и тут меня осеняет счастливая мысль... — Слушайте, Женя, вот уже двадцать лет я безуспешно ищу следы механика Кузнецова, он ведь не меньший герой, чем Нагурский. Хорошо бы попробовать поискать его с помощью «Правды», а вдруг... — Отличная идея, — соглашается Фадеев. «Правда» получила десятки интереснейших откликов на этот очерк не только со всех концов нашей страны, но и из разных стран мира. Так из далекой Африки пришло сообщение, а потом приехал к нам в страну Андрей Владимирович Литвинов. Он родился в Париже, сражался в рядах французского Сопротивления в годы второй мировой войны, потом стал геологом и уехал в Африку. После смерти отца у него остался альбом с фотографиями — «Гидроавиация Балтийского моря 1914—1915 гг.». Этот альбом был подарен другу отца самим Нагурским! Андрей Владимирович передал бесценный альбом Центральному музею Вооруженных Сил СССР. Но, пожалуй, самым удивительным было письмо от... сына механика Евгения Кузнецова, да еще с фотографией отца! Евгений Фадеев проявил незаурядный талант журналиста-исследователя. Он отправился по следам полученных писем, фотографий и других документов. Собрал интереснейшие материалы. И в «Правде» появился еще один очерк Евгения Фадеева — о механике Нагурского — севастопольском моряке Евгении Владимировиче Кузнецове, ставшем впоследствии тоже летчиком: он воевал на Южном фронте и на Северном, вел разведку в заливах Балтийского моря, бомбил вражеские корабли, защищал Красный Питер. Евгений Кузнецов погиб 2 апреля 1920 года в Петергофе при испытании нового самолета... Ю. Гальперин Воздушный казак Вердена Матрос-доброволец Евгений Кузнецов, механик летчика Нагурского Ивана Иосифовича Нагурский Иван Иосифович Ива́н Ио́сифович Нагу́рский (польск. Jan Nagórski, 27 января 1888, Влоцлавек — июнь 1976, Варшава) — польско-русский морской лётчик, гидроавиатор, исследователь Арктики. Первым в мире выполнил мёртвую петлю на гидросамолёте. Биография Окончил Одесское юнкерское пехотное училище в 1909. В 1910 г. Нагурский перебрался в Санкт-Петербург и поступил в Морское инженерное училище. Там он заинтересовался авиацией, окончил школу пилотов ВАК (март 1913 г.) и в декабре того же года – Петербургскую офицерскую воздухоплавательную школу (авиационный отдел). Получил звание военного лётчика. Стал одним из первых пилотов русского флота. Служил военным лётчиком на границе. Российским правительством было принято решение об организации в 1914 году двух морских экспедиций в Арктику с привлечением авиации. Решили закупить лучшие самолёты зарубежного производства. Для этой цели Я. Нагурского командировали во Францию на заводы фирмы "Фарман". В 1914 участвовал в поисках арктических экспедиций Г. Я. Седова, Г. Л. Брусилова, В. А. Русанова. Нагурский c самолётом Maurice-Farman MF11 прибыл на корабле из Архангельска на Новую Землю. Отсюда он вместе с механиком матросом Е. Кузнецовым совершил 5 разведывательных полётов (21, 22, 23 августа, 12 и 13 сентября) на высоте 800—1200 вдоль западного побережья Новой Земли и у Земли Франца-Иосифа. Во время последнего полёта он достиг 76 параллели, мыса Литке и удалялся к С.-З. на 100 км от суши, обследовал огромный район полярных льдов; был в воздухе в общей сложности свыше 10 ч и пролетел по маршрутам более 1100 км. Это были первые в мире полёты в Арктике на гидросамолёте [с мотором мощностью ок. 51,5 кВт (70 л. с.)]. Своими полётами Нагурский показал, что можно достигнуть Северного полюса на самолёте. В рапорте от 14 окт. 1914 об итогах полёта он писал: «Летать в арктических странах хотя и тяжело, но вполне возможно... Если бы мотор был сильнее на 90—100 сил, то можно было бы летать к Северному полюсу». Это были первые в мире полёты в Арктике на гидросамолёте. После возвращения на Балтику Нагурский продолжил службу в морской авиации. Во время войны Я. Нагурский служил в авиации Балтийского флота. Был назначен командиром отряда корабельной авиации, приписанного к авиатранспорту "Орлица". С базы в Або совершал разведывательные полёты над балтийским морем. Командовал авиационным отрядом, авиационным дивизионом Балтийского флота. 17 сентября 1916 Нагурский с пассажиром на гидросамолете М-9 вынужденно выполнил две мертвых петли. Нагурский с механиком Годовиковым решил попробовать, как долго гидроплан может набирать высоту, направленный вертикально, и в какой степени и времени рули теряют силу влияния на управление. Таким образом, летчик выполнил две мертвые петли подряд. Во время выполнения петель Нагурский чуть не потерял механика, который не был пристегнут. Годовикова выбросило из сиденья, но он удержался за крылья самолета. Впоследствии Нагурский выполнял петли несколько раз, но уже летая без механика. Это была первая в мире мёртвая петля, выполненная на гидросамолёте. К началу 1917 г. Нагурский совершил более 100 боевых вылетов. Награждён пятью боевыми орденами. Неоднократно привлекался к испытанию самолётов. В одном из воздушных боев над Рижским заливом в 1917 году летчик Нагурский упал в море на горящем самолете. В рапорте на имя вышестоящего начальства была засвидетельствована гибель офицера флота Яна Нагурского. Но Нагурскому вместе с механиком удалось выпрыгнуть; два часа они продержались на воде в спасательных поясах, пока случайно оказавшаяся поблизости русская подводная лодка, которая подобрала их и некоторое время Нагурский лежал в госпитале в Риге. После выздоровления служил в Управлении морской авиации, а затем начальником учебного отряда в Морской школе воздушного боя и высшего пилотажа. В начале 1919 Нагурский возвратился в Польшу. Авиацией не занимался. Не захотев выступать на стороне белополяков, он скрыл свой чин и воинскую специальность, долгие годы работал инженером-конструктором в сахарной промышленности. В 1925 году он встретился известным американским полярным лётчиком Ричардом Бёрдом, которому передал свой опыт полярных полётов. В это время в Польше его практически забыли, а в СССР считали мёртвым из-за потери документов в хаосе гражданской войны. Нагурский пережил вторую мировую войну и продолжал работать инженером в Гданьске и Варшаве. В 1955 он присутствовал на лекции известного польского полярного исследователя Чеслава Ценкевича (Czesław Centkiewicz), который мельком упомянул о «давно забытом пионере авиации русском лётчике Иване Нагурском». Тогда Нагурский встал и объявил, что он вовсе не умер. Этот случай широко освещался в польской прессе и Нагурский стал известным человеком. По совету Ценкевича он описал свой прошлое в двух книгах, описывавших его полярные полёты и службу во время первой мировой войны. В 1956 г. по приглашению советских полярных лётчиков побывал в СССР. На Земле Франца-Иосифа его именем названа полярная станция. В признание заслуг он был награждён медалью Polonia Restituta. Умер 9 июня 1976 года в Варшаве и был похоронен на кладбище Wólka Węglowa. Награды Пять русских медалей за первую мировую войну:ордена Св. Анны 4 ст. с надписью «За храбрость», Св. Владимира 4-й ст.с мечами и бантом, Св. Станислава 2-й ст. . За заслуги в общественной и литературной деятельности награждён орденом Возрождения Польши "Polonia Restituta" Н. Вехов Ян Нагурский: начало полярной авиации в России http://www.rusk.ru/st.php?idar=800956 Нагурский Ян Иосифович http://www.airwar.ru/history/aces/legend/pilot/nagursky.html

Admin: Еще одна уникальная находка! Чернокожий моторист! "_Здорово, Марсель! -Здравим желаим вашскороди! -Как живёшь? -Ничиво живём помалиньку... Искрятся черным-черные глаза, сверкают зубы и лоснится широкий негритянский нос-арап. Только как же: на голове русская солдатская фуражка, на ногах брезентовые голенища, и такое отчётливое "здравим жилаим". Всякий к нему с вопросом: -Как ты сюда попал? Марсель охотно говорит. Русским языком он владеет отлично, только окончания заглатывает. Любит щегольнуть солдатскими словечками, забористыми,как стручковый перец. Он сын далёких волшебных островов Тихого океана, где солнце повенчано с морем и у них дети счастливые, острова полные улыбок, цветов и шёпота волн. И в его крови растворено солнце и песни синих приливов. Марсель Пля - французский гражданин. Девять лет назад его мать была привезена богатыми людьми в Россию в качестве няньки и с нею курчавый и бойкий подросток. Холодная Россия стала второй родиной чёрному Пля. теперь он женат на русской, имеет ребёнка. Когда началась война, он как французский подданный, должен был явиться в ряды Жоффра, но остался, вступив добровольцем в русскую армию, сначала в качестве шофёра, потом моториста на воздушном корабле. На "Илье Муромце" он заработал два креста" (Огонёк. Воскресенье 23 октября 1916 года, №43) Источник: http://forums.airforce.ru/showthread.php?t=675&page=5 Подвиг моториста или как Марсель Пля (Плиат) заработал второй "крест"... ...Среди памятных полетов этого воздушного отряда специального упоминания заслуживает один из боевых вылетов ИМ-10. Этим воздушным судном командовал лейтенант А. М. Констенчик. 26 апреля 1916 г. Констенчик и его экипаж получили приказ уничтожить огромную железнодорожную станцию Даудзеваса. Эта станция была расположена неподалеку от Фридрихштадта и ИМ-10 бомбил этот важный железнодорожный узел ранее. Во время этих вылетов бомбы, сброшенные с ИМ-10 вызвали ряд пожаров во вражеских складах. Сейчас, получив приказ уничтожить Даудзевас, ИМ-10 должен был атаковать укрепленные немецкие позиции, защищенные сильными зенитными батареями. Во время этой атаки, на втором заходе, ИМ-10 встретил интенсивный зенитный огонь на высоте 2400 метров и сбросил 13 бомб. Лейтенант Констенчик получил ранение шрапнелью. Упав с пилотского кресла, раненый командир потянул штурвал на себя, вынудив воздушное судно подняться вверх. ИМ-10 потерял скорость, затем стал круто пикировать. Немцы с большим воодушевлением наблюдали за падением ИМ-10, но их ликование оказалось преждевременным. Во время пикирования, военный пилот Янковиус смог добраться до пилотского кресла и с большим трудом стабилизировал огромный самолет на высоте 1500 метров. Это была нелегкая задача, поскольку ИМ-10 был серьезно поврежден, получив попадания в три его двигателя. Во время обратного 66-км полета нужно было пролететь 26 км над вражеской территорией. Во время полета над линией фронта ИМ-10 находился на высоте 1000 метров. Лейтенант Янковиус посадил самолет на аэродром Зегевольде, во время которой были повреждены стойки правого крыла. Во время приземления правое крыло почти отвалилось от фюзеляжа. Кроме поврежденных двигателей ИМ-10 получил семьдесят пулевых пробоин. Кроме лейтенанта Констенчика были ранены и другие члены экипажа: лейтенант Г. Н. Шнеур, артиллерийский офицер, был ранен в руки в тот момент, когда он держал свою воздушную фотокамеру, разбитую в этот момент шрапнелью. Заместитель командира лейтенант Янковиус также был ранен. Вместе с добровольцем Касаткиным, Янковиус во время полета перевязал раны лейтенанта Констенчика. Во время свирепого зенитного огня, когда Илья Муромец спикировал на высоту 900 метров унтер-офицер русской армии Марсель Плиат (?) находился на верхней пулеметной площадке. Плиат, француз по отцу и африканец по матери, спасся от падения с быстро спускавшегося самолета только тем, что успел привязаться. В конце концов он пробрался в кабину воздушного корабля и объявил всем, что предпочел бы “не падать так быстро”. Затем Плиат вылез на крыло, чтобы починить поврежденный двигатель и оставался там на протяжении получаса. За этот боевой вылет лейтенант Констенчик, командир ИМ-10, получил орден св. Георгия IV степени. Лейтенант Янковиус был награжден мечом св. Георгия. Унтер-офицер Плиат получил Георгиевский крест III степени. Наконец, доброволец Касаткин был рекомендован для получения офицерского звания. Это награждение состоялось 18 октября 1916 г. (Приказ по Седьмой армии # 770). Финне Константин Николаевич Русские воздушные богатыри И.И. Сикорского http://militera.lib.ru/h/finne/08.html А вот так описан этот же вылет в другой книге... ...13(26) апреля 1916 экипаж "Ильи Муромца" под командованием поручика Костенчика получил задание бомбардировать станцию Даудзевас. В состав экипажа кроме командира входили второй пилот Янковиус, артиллерийский офицер поручик Шнеур, моторист Касаткин и вольноопределяющийся моторист-стрелок Марсель Пля, негр из французского цирка, каким-то чудом попавший в эскадру. На втором заходе немцы встретили их ураганным огнем. Только сбросили серию, как перед кораблем два взрыва. Грохот, треск дерева, полетели щепки, звон разбитого стекла. Костенчик отпрянул назад, а потом упал на штурвал. Корабль вначале задрал нос, потом клюнул вниз и завертелся в спирали. Кто-то успел выключить зажигание. Янковиус, стоявший на коленях у открытого бомболюка, бросился к командиру. Он вытащил раненого из кресла, но в этой круговерти не смог освободить его ноги из-под ремней педалей. Не теряя времени, второй пилот сел за штурвал, поставил ноги прямо на ноги раненого товарища и вывел самолет в горизонтальный полет курсом домой. Касаткин включил магнето. Заработали только три двигателя. Крайний правый молчал. Все немного пришли в себя, оказали первую помощь командиру, который находился в бессознательном состоянии. В этот момент из верхнего люка с грохотом свалился Пля. Все остолбенели. Кто-то не выдержал: "Марсель, ты ведь должен был лететь к земле самостоятельно!" Все рассмеялись, напряжение было снято. Оказывается предусмотрительный француз привязался ремнем к стойке крыла и, когда "Муромец" падал, он в шоковом состоянии болтался в воздухе. Марсель потом долго восхищался прочностью самолета. Янковиус благополучно довел израненную машину до аэродрома и удачно посадил. Как только на пробеге подъемная сила упала, крыло отвалилось. Оказывается был перебит верхний лонжерон, и крыло держалось только за счет подъемной силы. За этот боевой вылет весь экипаж был награжден и повышен в звании. Марселю Пля был пожалован чин старшего унтер-офицера... КАТЫШЕВ Г.И., МИХЕЕВ В.Р. КРЫЛЬЯ СИКОРСКОГО http://avia.lib.ru/bibl/1015/03.html

Admin: Из воспоминаний генерала-майора И. К. Спатареля, начинавшего свою службу простым механиком-мотористом. ...Я прибыл в школу авиации прежде всего как технический специалист. Офицер, полеты которого мне надо было обслуживать, приехал в Севастополь позже. До его появления меня послали работать в моторную мастерскую. Как же пригодились здесь мои навыки слесаря, давнее умение разобраться в устройстве насоса, золотников, наладить работу парового двигателя! Механики и мотористы, в прошлом рабочие, встретили меня как своего: я не был новичком в технике. Мне дружелюбно помогали. Я смотрел, что и как делают другие, настойчиво перенимал их опыт. Постепенно познал и все особенности работы авиационного мотора. Большинство офицеров, учившихся летать, не желали изучать технику: ждали, когда им запустят мотор и доложат, что все исправлено. Баре хотели быть «чистыми летчиками». И ничего удивительного тут нет. В царской России Отдел воздушного флота, руководивший созданием авиации, на три пятых состоял из высокопоставленных лиц, аристократов, ничего не смысливших в новом деле. Из таких, например, как князь Голицын, граф Стенбок-Фермор, барон Унгерн-Штернберг, егермейстер царя Шателен. Авиация стала модой, и к обучению полетам допускалась главным образом «золотая молодежь», выходцы из аристократических семей. А они почти все оказывались белоручками. Офицеров, стремившихся по-настоящему овладеть авиационной техникой, было очень мало. Мне, например, запомнились только трое. Первым назову поручика Цветкова. Было ему тогда лет двадцать пять. Прекрасный летчик-инструктор, он одновременно руководил и сборкой самолетов, и ремонтом моторов. Часто сам облетывал новые машины. Поручика Цветкова любили и уважали все солдаты-механики: он относился к ним не как офицер, а как старший товарищ. И это вызывало недоумение, даже недовольство вышестоящих начальников. Но есть логика в выборе человеком тропинок, ведущих к главной дороге жизни. Никто тогда, конечно, не предполагал, что добродушный офицер и прекрасный летчик Борис Цветков сразу после Октября станет на сторону советской власти и будет отважно сражаться за нее в годы Гражданской войны. Забегая вперед, скажу, что после разгрома Врангеля Борис Леонидович возглавил возрожденную Севастопольскую (Качинскую) авиашколу. Позднее он — первый пилот, которому доверили доставлять в другие города матрицы газеты «Правда». Прибывший в школу штабс-капитан Земитан, офицер, которого я должен был обслуживать как механик, не только не умел летать, но и не мог даже отличить поршень от цилиндра. Пилотировать машину его учил Михаил Никифорович Ефимов. Я обслуживал эти полеты и прекрасно помню, с какой ненасытной жаждой ловил Иван Яковлевич Земитан каждое слово Ефимова. Летал он все смелее и лучше, кропотливо изучал мотор, систему управления. Каждый свободный от полетов час Иван Яковлевич проводил в мастерских. Он дружил с Цветковым. Однажды я заметил, что они уже несколько дней подряд говорят только о пропеллерах: об их весе, окраске, наивыгоднейшей аэродинамически форме, о размере лопастей. В последующие дни Земитан стал интересоваться устройством хвостового оперения на разных самолетах. Цветков подробно отвечал на его вопросы. Так день за днем Земитан изучал авиационную технику. Он даже помогал мне в ремонте мотора и, не смущаясь, просил меня, солдата, научить тому или иному приему работы. С каким презрительным видом проходили мимо нас офицеры! Их возмущало, что штабс-капитан якшается с солдатом и даже, как простой рабочий, держит в руках молоток! Надо учесть, что никаких описаний конструкции самолета или наставлений по технике пилотирования тогда не было. Большинство офицеров, далеких от желания Земитана точно знать все, с чем им приходится иметь дело, летали фактически слепыми. Нет, не случайно Земитан отличался безупречный техникой пилотирования. Одним из первых он после «Фармана» овладел полетами на «Блерио» и был оставлен в школе летчиком-инструктором. [322] Характерно, что Иван Яковлевич Земитан, как и Цветков, с уважением относился к механикам и мотористам, никогда не повышал голоса. Чуть ли не единственный, он обращался к рядовым только на «вы» и называл их по фамилии... — Кто побеждает, когда метко пущенная пулеметная очередь венчает воздушный бой? — задал вопрос молодой командир. Солдаты, согретые тем, что к ним обратились как к людям, все же молчали, не зная, какой ответ ждет от них капитан. Крутень сам ответил: — Вместе с нами, летчиками, и вы побеждаете! Без вашей добросовестной работы на земле не смог бы взлететь ни один самолет. Откажи в воздухе оружие — и нет летчика-истребителя. Замолкни мотор — полет прекращается... Вот почему любая воздушная победа — одновременно победа каждого из нас. Вот почему я от всей души называю вас боевыми товарищами... В связи с началом действий авиагруппы обращаюсь к вам с просьбой. И как начальник требую... И Евграф Крутень поставил задачи отдельно перед механиками и мотористами, пулеметными мастерами и строевой командой, охранявшей самолеты... http://militera.lib.ru/memo/russian/sb_piloty_ego_velichestva/index.html Спатарель родился в 1889 году. Сын крестьянина - бедняка, слесарь, солдат - моторист. Службу в авиации начал механиком в 1911 году. Обслуживал в Качинской авиашколе "Фарман", на котором учился летать первый русский лётчик Михаил Ефимов... и в октябре 1912 года Спатарель стал пилотом - авиатором... http://airaces.narod.ru/ww1/spatarel.htm

Admin: Еще один герой-моторист! Из хроники боевых действий легендарной Эскадре Воздушных Кораблей (ЭВК): ...18 марта 1915 года "Илья Муромец" под командованием капитана Горшкова вылетел по маршруту Яблонна - Вилленберг - Найденбург - Зольдну - Лаутенбург - Страссбург - Тори - Плоцк - Млава - Яблонна протяженностью в 600 верст. На борту кроме штатного экипажа был капитан фон Гоерц. Полет продолжался более пяти часов. Представитель штаба и Наумов тщательно осмотрели все намеченные пункты и сделали около 50 фотоснимков. После обработки и изучения полученных данных выяснилось, что ни о какой концентрации войск противника не может быть и речи. Более того, часть укреплений оголена в связи с переброской войск на другое направление. Стало ясно, что немцы провели активное мероприятие по дезинформации. Русское командование сделало соответствующие выводы. Помощь "Муромца" при этом была неоценима. В начале апреля в эскадру поступил приказ из Ставки Верховного Главнокомандования о награждении экипажа за беспримерный полет 18 марта и за образцовое выполнение задания. Командир корабля военный летчик капитан Горшков производился в подполковники и награждался за храбрость Золотым оружием (темляк на Георгиевской ленте и золотой эфес); артиллерийский офицер штабс-капитан Наумов, непосредственно проводивший наблюдение и фотографирование, производился в капитаны и награждался Золотым оружием и Орденом Владимира 4-й степени с Мечами и Бантом. Помощнику командира военному летчику Башко присваивалось звание штабс-капитана. Он также награждался Золотым оружием. Унтер-офицер Лавров производился в прапорщики и награждался Георгиевским Крестом 4-й степени (солдатским). И еще... ...Особенно напряженным оказался полет <Ильи Муромца Киевского> 5 июля 1915 года по маршруту Влодава-Холм. Его экипаж: командир поручик Башко, помощник командира поручик Смирнов, артиллерийский офицер штабс-капитан Наумов и моторист вольноопределяющийся младший унтер-офицер Лавров. На высоте 3200 метров корабль был атакован тремя немецкими аппаратами, которые, по-видимому, специально охотились за <Муромцем>. Первый из самолетов противника обогнал корабль и при этом сверху открыл огонь. По истребителю сразу открыли ответный огонь Наумов из ружья-пулемета и Лавров из карабина. Но тут обнаружилось, что на <Муромце> пробиты оба верхних бака с бензином, фильтр правой группы моторов, стекла передних окон и, главное, был ранен в голову и ногу командир корабля поручик И. Башко. Но летчики не потеряли самообладания. Они сразу перекрыли левые краники от бензобаков и продолжили полет на двух правых моторах. Немецкий самолет вновь попытался атаковать, но, встретив огонь с корабля, резко отвернул в сторону. <После отбития этой атаки,- говорится в рапорте летчиков,- поручик Смирнов заменил командира у штурвала. Лавров сделал летчику перевязку, И. Башко опять стал управлять кораблем. Смирнов и Лавров продолжали борьбу за живучесть корабля. Они поочередно закрывали руками отверстия фильтра правой группы моторов, чтобы сохранить оставшийся бензин в баках для продолжения полета. При этом Лавров обморозил обе руки>. Истребители врага вновь и вновь атаковали <Муромец>, и пробили масляный бак второго мотора. При подлете к городу. Холм, уже над своей территорией, у самолета на высоте 700 м остановились и правые моторы-кончилось топливо. <Пришлось произвести вынужденный спуск>,- так завершается донесение. Это случилось, к счастью, недалеко от аэродрома XXIV корпусного авиаотряда. Луг оказался болотистым, колеса шасси увязли в нем по лыжи и поломались. В самолете были и другие поломки, но незначительные. Хуже оказались <поранения> командира экипажа поручика Ивана Башко: три рваных раны на правой ноге ниже колена, одна рваная рана на ягодице, одна-на животе. Но тот бой <Ильи Муромца> с группой немецких истребителей показал как мастерство и героизм его экипажа, так и надежность самого самолета. В тот же день на имя И. Башко была получена телеграмма за № 373 из Ставки: <Верховный Главнокомандующий повелел благодарить Вас и Ваших боевых сотрудников за молодецкое дело>. Поручик Башко был представлен к производству в следующее офицерское звание, моторист унтер-офицер Лавров-к производству в прапорщики и к награждению Георгиевским крестом II степени. Очередные награды-ордена получили офицеры Наумов и Смирнов. По представлению штаба III армии Георгиевская дума, состоявшая из офицеров, удостоенных ордена Св. Георгия Победоносца, наградила каждого из членов экипажа георгиевским оружием... http://www.kacha.ru/php/baza/face.php?id=4778

Admin: А какие летчики и командиры получались из бывших мотористов? Снегирёв Михаил Артемьевич - летчик-испытатель.    Родился 26 января (7 февраля) 1891 года в г.Ярославле в семье потомственных текстильщиков. После трех классов приходской школы, в 1903 стал рабочим при текстильной фабрике.    В армии с 1912. Был солдатом в Гатчинской авиашколе. В апреле 1914 окончил моторно-авиационный класс Гатчинской авиашколы. Стал мотористом самолёта.    Участник первой мировой войны: в августе 1914-1915 – старший механик авиаотряда, прапорщик, полный Георгиевский кавалер. Во Втором истребительном авиаотряде летал вместе с французским добровольцем, прапорщиком Пуаре, а затем с известным летчиком А.М.Габер-Влынским.    В 1916 окончил Московскую авиашколу как лётчик-истребитель.    С апреля 1916 вновь на фронте в должности лётчика 2-го истребительного авиаотряда. Здесь старший унтер-офицер Снегирев сблизился с летчиком штабс-капитаном К.А.Калининым, будущим авиаконструктором.    В Красной армии с мая 1918, готовил летные кадры в Московской авиашколе. В сентябре 1918-апреле 1920 был в плену у белочехов. 1918-1919 – служил у Колчака.    Участник гражданской войны: в должности лётчика истребительного авиаотряда в мае 1920 сражался против поляков, в августе 1920 – против Врангеля.    С апреля 1921 – командир 4-го истребительного авиаотряда. С 1923 – командир отряда тренировочной авиаэскадрильи (на центральном аэродроме). В апреле-августе 1924 – лётчик-инструктор Серпуховской высшей школы воздушного боя, в 1924-1925 – лётчик-инструктор Московской высшей авиационной школы... http://www.testpilot.ru/memo/30/snegirev.htm Анисимов Александр Фролович - Лётчик-испытатель. Родился 16 (28) ноября (по другим данным – 16 (28) июля) 1897 года в деревне Взъезды ныне Шимского (или Солецкого) района Новгородской области. В 1912 окончил четырёхклассное городское училище в Новгороде. Работал шофёром-механиком. В армии с 1914. В 1915 окончил моторный класс при Политехническом институте в Петрограде. Участник первой мировой войны: в феврале 1915-октябре 1916 – моторист 4-го истребительного отряда, старший унтер-офицер. Участник Октябрьской революции 1917. В РККА с 1918. Участник гражданской войны: в мае 1918-1919 – старший авиамоторист 5-го Социалистического авиаотряда (Восточный фронт), воевал с белочехами; в 1919-ноябре 1920 – авиамоторист 1-го Петроградского авиаотряда, воевал против Юденича и белополяков. В 1922 окончил Егорьевскую военно-теоретическую авиашколу, в 1923 – Качинскую ВАШЛ и Московскую высшую авиашколу, в 1924 – Серпуховскую авиационную школу воздушной стрельбы и бомбометания. Служил в строевых частях ВВС. С июля 1928 по 1933 – на лётно-испытательной работе в НИИ ВВС (с июня 1931 – командир отряда). Участвовал в испытаниях И-4, И-5 и других самолётов. Участвовал в первом полёте (3.12.1931) и испытаниях «Звена-1» (на истребителе И-4). Самый близкий друг В.П.Чкалова, ас пилотажа. Летным искусством Анисимова восхищался даже Чкалов. Он был действительно непревзойденным мастером техники пилотирования. Летал легко, непринужденно, фигуры высшего пилотажа выполнял исключительно чисто. С 1933 – лётчик-испытатель Остехбюро П.И.Гроховского. Провёл ряд сбросов различных объектов с ТБ-1, испытания автопилота АВП-3 конструкции Тимофеева-Лусисса... http://www.testpilot.ru/memo/30/anisimov.htm Красовский Степан Акимович(1897-1983) Авиационный военоначальник, Герой Советского Союза (29.05.45), Маршал авиации (1959) В армии с 1916. Участник 1-й мировой войны, унтер-офицер. Был начальником радиостанции. Участник гражданской войны; авиамоторист, начальник связи авиаотряда (Восточный фронт), летчик-наблюдатель, комиссар авиационного отряда (Кавказский фронт). В 1927 окончил курсы усовершенствования начсостава ВВС, в 1936 – Военно-воздушную инженерную академию имени Н.Е.Жуковского. Был на руководящих должностях в строевых частях ВВС. Участник советско-финляндской войны 1939-1940 в должностях командующего ВВС 13-й армии и командира Мурманской авиабригады. Участник Великой Отечественной войны с октября 1941 в должности командующего ВВС 56-й армии. С января 1942 командовал ВВС Брянского фронта. Командовал 2 и 17 ВА. Соединения под его командованием сражались на Южном, Брянском, Юго-Западном, Воронежском и 1-м Украинском фронтах; участвовали в боях за Ростов и Сталинград, в Курской битве, форсировании Днепра, освобождении Киева, Корсунь-Шевченковской, Львовско-Сандомирской, Нижнесилезской и Берлинской операциях. За умелое руководство воинскими соединениями и проявленные при этом личное мужество и героизм генерал-полковнику авиации Красовскому Степану Акимовичу 29 мая 1945 года присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали "Золотая Звезда". С 1947 – командующий ВВС Дальневосточного военного округа. В 1950-1952 – заместитель, главный военный советник в Китае. С 1952 – командующий ВВС Московского ВО, с 1953 – Северо-Кавказского ВО. В 1956-1968 – начальник Военно-воздушной академии (ныне – имени Ю.А.Гагарина). В 1968-1970 – в Группе генеральных инспекторов МО СССР. Член Центральной ревизионной комиссии КПСС в 1961-1966... http://www.warheroes.ru/hero/hero.asp?Hero_id=611

Admin: - Господа офицеры, - заявил Нестеров, - я пригласил вас для того, чтобы изложить вам свои взгляды на несение службы и рассказать, что я от вас буду требовать. Прежде всего я хочу, чтобы все вы прониклись сознанием того, что только повседневные усердные занятия, овладение до мелочей особенностями своего самолета и непрерывная практика в полетах при самых разнообразных условиях местности и погоды дадут вам успех на войне. Я уверен, что если начнется война, то нам понадобится не только производить разведку, но и сражаться с противником в воздухе. И лишь отличное владение самолетом решит судьбу вашего Замысла, а может быть и вашей жизни, при чрезвычайно короткой по времени встрече с врагом в воздухе. Второе: не бойтесь инициативы. Мыслящего офицера инициатива всегда приведет к успеху. Командуйте вашими подчиненными с умом, и тогда даже "невозможное" делается возможным для русского солдата. Но горе офицеру, в познаниях которого усомнятся его подчиненные! У такого офицера никогда не получится (ничего хорошего, и я надеюсь, что в нашем отряде таких офицеров не будет! Третье: не чуждайтесь общения с вашим техническим составом. От него зависит исправность самолетов, моторов, а следовательно, и ваша жизнь. Никогда не забывайте, что ваши механики и мотористы прежде всего русские люди. А русский человек всегда за добро воздает старицей. Я в этом убедился, когда служил на Дальнем Востоке. Старательно обучайте своих механиков тому, что знаете сами, и не стесняйтесь учиться у них. Плох летчик, который умеет только держаться за ручку, но не знает, как устранить пустяковую неисправность мотора! Старайтесь знать, чем живет каждый подчиненный вам солдат, в чем он нуждается, и помогайте чем можете, а когда это не в вашей власти, докладывайте мне. Требую, чтобы ни одно из приказаний не сопровождалось руганью. Если солдат провинился, наказывайте. Но не превышайте меры, предусмотренной уставом, и трижды отмерьте меру наказания, чтобы оно не превысило того, что требует справедливость. Тогда солдаты будут не только вам подчиняться, а будут вас любить, и это очень поможет несению службы! К вечеру того же дня Петр Николаевич назначил полеты, чтобы увидеть всех своих подчиненных в работе. Особенно ему понравились своей спокойной уверенностью и скромностью летчик поручик Передков и механик унтер-офицер Нелидов, которые и стали его опорой в дальнейшей работе... Бурче Е.Ф. Петр Николаевич Нестеров http://avia.lib.ru/bibl/1005/01.html

Admin: Польский орел в русском небе Десятки летчиков, наблюдателей и механиков римско-католического вероисповедания (так называли в царской Россиии поляков) участвовали в 1-й мировой войне в составе Императорского военно-воздушного флота России. Судьбе одного из них - Доната Адамовича Макиёнка, ставшего асом, посвящена эта статья. От сохи к аэроплану Донат Адамович Макиёнок (в старой русской транскрипции - Макъенок или Макiенок; по-польски - Mаkijonek) родился 2 мая 1891 г. (здесь и далее даты до 31.12.17 приводятся по юлианскому календарю). Его родители были польскими крестьянами деревни Дамбовка Осведской волости Витебской губернии. Воспитание и начальное образование Макиёнок получил в церковно-приходской школе, потом окончил 3 класса церковно-ремесленного училища, а 1906 г. - 6-летнее среднее техническое училище в Витебске. До сентября Макиёнок работал на фабрике "Саламандра" в Рыдже. Когда Донату исполнился 21 год, его призвали в армию. 7 ноября 1911 г. он принес присягу русскому Императору Николаю II и стал солдатом 97-го пехотного Лифляндского полка, а позже, 15 марта 1912 г., был переведен в 106-й пехотный Уфимский полк. 6 дней спустя Макиёнок попадает в 3-й корпусной авиаотряд 4-ой авиационной роты, где начинает свою карьеру в авиации. Сначала он был механиком, но вскоре молодой солдат обратил на себя внимание своими способностями и желанием летать. В то время в авиационые школы России принимали в основном только офицеров. Лишь для некоторых нижних чинов, отличавшихся смекалкой и целеустремленностью, делалось исключение. Попал в их число и Донат - 28 мая 1912 г. он был командирован в Севастопольскую авиашколу для обучения полетам. Там он окончил сначала курсы мотористов. Проработав некоторое время мотористом при школе, Макиёнок был включен в группу для обучения полетам на моноплане "Ньюпор"-4. Он оказался способным учеником и, успешно выполнив зачетные полеты, получил 22 февраля 1914 г. звание летчика с вручением пилотского удостоверения ("бреве" как тогда его называли) № 239. Одновременно начинается его успешное продвижение по службе: 4 мая 1914 г. он получает чин ефрейтора, через 15 дней - младшего, а 14 июня того же года - старшего унтер-офицера. После окончания Севастопольской авиашколы летчик-солдат Макиёнок возвращается на службу в 3-й корпусной авиаотряд. Вскоре после начала первой мировой войны, 31 июля 1914 г., Макиёнок в составе своего отряда убывает на фронт... http://www.avia-hobby.ru/publ/makijonek/makijonek.html

Admin: В то же время... ...Второй год войны не устранил старые и принес новые проблемы для русской авиации: к недостатку моторов, самолетов и запасных частей прибавился дефицит летных кадров. В условиях возросших потерь личного состава, расширения роли авиации в боевых действиях, ее количественного и качественного роста особенно острой стала проблема подготовки летных кадров. Если раньше этот недостаток покрывался в основном за счет офицерского корпуса, то с 1915 г. стал возрастать прием в военные авиашколы нижних чинов - солдат и унтер-офицеров. В советской литературе этой социальной прослойке придается гипертрофированное значение из-за так называемого пролетарского происхождения. С другой стороны, офицеры, поскольку основная их масса сохранила верность присяге и не перешла на службу Красной армии, рассматривались едвали не как изменники Родины. Таким образом у читателей сознательно формировался стереотип простого летчика-солдата, который хорошо и часто летал, досконально знал самолет и мотор, не брезговал запачкать руки в масле и бензине, выполнял самую низкоквалифицированную работу и успевал благодаря своей высокой политической сознательности вести агитационную работу по распространению "революционных идей". А вот какую объективную оценку деятельности этой пролетарской "касты" дает выписка из приказа по 1 авиаотряду №362 от 27.12.16 г. "...нижние чины весьма слабо тренированы в полетах, а учить их в отряде некогда, да и много поломок, просьба таких на фронт не направлять, они обладают повышенным самомнением, уклоняются от строевых занятий, поверок, обособляются от других нижних чинов отряда (мотористов, механиков, солдат), проявляют полное безучастие к работе в ангарах и мастерских отряда даже при ремонте и сборке их аппаратов"... http://avia-hobby.ru/publ/1kao/1kao.html

Admin: Вишняков Василий Федорович Выпуск 1912 г. Комментарий: С 1911 года работал в столярных мастерских Севастопольской авиашколы. В конце 1912 года там же получил диплом пилота-авиатора С первых дней войны находился в действующей армии. Проявив себя как отважный боевой лётчик. Во время первой мировой награжден двумя "георгиями. Славился мастерством высшего пилотажа. Участник Гражданской войны. Служил под командованием И. Спатареля. За мужество, проявленное в боях, награждён двумя орденам Красного Знамени. После окончания войны вернулся к себе на родину, в деревню на Псковщине. Погиб во времена коллективизации. По материалам арх. источников: Дата рождения. 24.01.1889 г. Место рождения. д. Сорокине Жадринской волости Опочецкого уезда Псковской губ. Происхождение. Из крестьян. Вероисповедание. Православный. Образование. Получил начальное домашнее образование. Окончил церковно-приходскую школу. Обучался в Офицерской школе авиации Отдела воздушного флота ремонту аэропланов (1911-1913 гг.). Окончил Севастопольскую военную авиационную школу. Чины и звания. Рядовой-07.04.1911 г. Ефрейтор-08.02.1912 г. Младший унтер-офицер - 22.04.1913 г. Старший унтер-офицер-01.11.1913 г. Фельдфебель - 11.04.1915г. Прапорщик- Приказом по армиям Северо-Западного фронта №1301 от 22.05.1915 г. за боевые отличия (производство утверждено ВП от 27.01.1916 г.). Военный летчик-03.01.1916 г. за боевые отличия. Подпоручик- 15.09.1917г. Прохождение службы. 13.11.1910г. вступил в службу в 3-ю воздухоплавательную роту. 21.04.1911 г. командирован в Офицерскую школу авиации Отдела воздушного флота «для обучения ремонту аэропланов». С 30.03.1913 г.— летчик авиационного отряда 6-й воздухоплавательной роты. 12.11.1913г. переведен в Осовецкий крепостной авиационный отряд. С 09.01.1915 г. - во Владивостокском крепостном авиационном отряде. С 11.04.1915 г. - в 32-м корпусном авиационном отряде. С 25.05.1915 г. - младший офицер отряда. Переведен летчиком-наблюдателем в 12-й авиационный дивизион. 17.03.1917 г. сбил немецкий самолет. Награды. Георгиевские кресты: 4-й ст. - Приказом по штабу Осовецкой крепости №203 от 09.10.1914г. «за смелые полеты в районе Осовецкой крепости»; 3-й ст. - Приказом по штабу Осовецкой крепости № 217 от 21.10.1914 г. «за то, что в период... с 4 сентября сего года до конца осады крепости Осовец, как только позволяла погода, производил с замечательным хладнокровием и с необычайной отвагой разведки сил противника, двигавшегося из посада Граево в крепость Осовец. Будучи в этот период времени несколько раз в воздухе под огнем противника, помимо доставки целого ряда ценных сведений о противнике, особенно отличился удачным сбрасыванием бомб на полустанок Подлесок, где были замечены поезда противника, и в группы войск, замеченные в деревнях, лежащих к западу от железнодорожной линии Подлесок-Осовец»; 2-й ст. - Приказом по 3-й армии от 09.05.1915г. «за блестяще выполненную весьма опасную разведку»; 1-й ст. № 1790- Приказом по 8-й армии № 581 от 30.06.1915 г. за то, что «получив приказание произвести разведку тыла неприятельского расположения у м. Радымно совершил таковую. При возвращении с разведки остановился мотор у аэроплана, и не имея возможности добраться до расположения русских войск у Перемышля, спланировал в лесную поляну. Во время планирования был сильно обстрелян ружейным огнем неприятеля. Осмотрев и исправив повреждения мотора, запустил его и прилетел на аэродром отряда. Умелой распорядительностью избег плена и спас аэроплан, доставив сведения о расположении и силе частей противника». Ордена: Св. Анны 4-й ст. с мечами и бантом - Приказом по 8-й армии № 938 от 29.11.1915 г. «за удачные воздушные разведки в районе Луцка-Олыка-Колки»; Св. Владимира 4-й ст. с мечами и бантом - Приказом по армиям Юго-Западного фронта № 1979 от 08.12.1916 г. «за удачные воздушные разведки в районе Золотой Липы»; Св. Станислава 3-й ст. с мечами и бантом - ПАФ от 20.03.1917г.; Св. Георгия 4-й ст.- Приказом по 7-й армии №1765 от 31.10.1917г. «за то, что 17-го марта 1917 г., возвращаясь с разведки, управляя двухместным самолетом "Ньюпор-10", встретил неприятельский самолет, шедший от м. Подгайцы на восток. Лихим искусным маневром сблизившись с противником на короткую дистанцию, прапорщик Вишняков дал возможность своему наблюдателю пулеметчику почти в упор стрелять из пулемета по неприятельскому самолету и сбить его. Неприятельский самолет упал в нашем расположении и сгорел. Два германца офицера захвачены в плен». За период Гражданской войны награжден серебряными часами с дарственной надписью от ВЦИК «За выдающуюся боевую работу» - 05.09.1920 г. Судьба после 1917 г. С 1918 г. в РККА. С 1919 г. - летчик 5-го авиационного отряда истребителей РККВВФ. С 1921 г. - военный летчик 2-го авиационного отряда истребителей 2-й авиационной эскадрильи РККВВФ. На 1923 г. - командир 1-го авиационного отряда истребителей той же эскадрильи. С 15.04.1924 г. -командир 17-го отдельного разведывательного авиационного отряда. 02.12.1924г. освобожден от занимаемой должности и уволен в бессрочный отпуск. 31.12.1925г. «уволен от службы». После увольнения проживал в родной деревне. Организовал колхоз и стал первым его председателем. Дата и обстоятельства смерти. Убит крестьянами после 1925 г. http://kacha.ru/php/baza/face.php?id=4195

Admin: Еще один летчик, бывший авиамоторист... Целмс Рудольф (1894-?) Лётная биография Р. Целмса началась с курсов авиамотористов, куда он попал, добровольно вступив в русскую армию в 1914 г. через год – фронт, участие в боевых вылетах, награждение боевыми орденами. Затем вновь учёба – сначала отдел гатчинской авиашколы, а затем в Самаре, Спасске (Дальний Восток). Вернувшись в 1921 г. в Латвию, он летал на пассажирских авиалиниях, был спортивным лётчиком, газетным репортёром. Его перу принадлежит несколько книг. Форумы на Airforce.ru > Авиация > До 1945 Российский Императорский воздушный флот http://forums.airforce.ru/showthread.php?t=675&page=4

Admin: ...В тот день я совершил непродолжительный тренировочный полет и, сделав при спуске свое любимое планирование по спирали, сдал аэроплан мотористам (инструктора у меня для этой тренировки не было). «А мотористы молодцы!» — подумал я, глядя, с какой заботливостью и осторожностью они уводили «Фарман» в ангар. И действительно, наши мотористы проявляли особую добросовестность в работе и исключительную любовь к своему делу. Они бывали поистине счастливы, когда кто-либо из пилотов предлагал им полетать. Их не напугала даже недавняя гибель А. Сонина вместе с пилотом, поручиком В. А. Альбокриновым. Я слышал, что еще год тому назад (в ноябре 1911 г.) в этой самой школе сдал экзамены на пилота авиатора первый в России солдат-летчик, моторист Дмитрий Николаевич Семишкура. Он прибыл в школу вместе со штабс-капитаном Виктор-Берченко из лейб-гвардии Преображенского полка [В 1912 г. он был назначен на должность летчика во вновь формируемый отряд в Ново-Георгиевской крепости. Выйдя в запас, Д. И. Семишкура поступил по вольному найму на должность старшего моториста в Севастопольскую авиационную школу, а позже — был помощником инструктора. В мае 1914 г. разбился, скользнув на «Фармане», делая на малой высоте вираж. — Примеч. автора], а сейчас уже летают И. К. Спатарель [Иван Константинович Спатарель во время 1-й мировой войны был летчиком в VII корпусном авиационном отряде, где получил ряд боевых наград и был произведен в чин прапорщика. С весны 1917 г. И. К. Спатарель летал во 2-й истребительной группе капитана Крутеня. После Октябрьской революции занимал активные боевые должности в Красной авиации. В 1920 г. командовал правобережной авиационной группой на Каховском плацдарме. Позже — был крупным, начальником, в Красном Военно-воздушном флоте. В настоящее время И. К. Спатарель генерал-майор в отставке. — Примеч. автора] и В. Ф. Вишняков. Как видно, и солдатам не заказана дорога в это новое, опасное, но захватывающее дело. [После Семишкура сдали экзамены на звание пилота-авиатора и другие механики: С. Бондаревский, Т. С. Боровой, Эмиль Кирш. — Примеч. автора.]... Ткачев В.М. Крылья Росии Воспоминания о прошлом русской военной авиации 1910-1917 г.г.

Admin: Не только наши коллеги ездили на обучение во Францию, а и иностранные специалисты приезжали к нам в Россию обучать наших специалистов! ...Оказывается франко-русские узы дружбы появились гораздо раньше Второй мировой войны. Французские летчики обучали наших и вместе с ними воевали на всех фронтах Первой Мировой войны, а французские офицеры и рядовые механики, работали, воевали и обучали наших механиков-мотористов на заводах, в действующих частях и в появившихся тогда, в 1916 году, авиапарках, иногда участвовали в боевых действиях и даже удостаивались российских наград! ...Вот одно из соглашений, заключавшихся в Париже: «Между полковником графом Игнатьевым, русским военным агентом во Франции, действующим от имени своего правительства и названным Биссон Марсель... механиком-монтером, рожденным в Париже 21 июля 1885 года, назначенным в распоряжение русского правительства, условлено нижеследующее: 1. Названный Марсель Биссон нанимается на время войны против Германии и ея союзников в полное распоряжение к Русским Военным Властям для назначения на фронт действующей армии или на русские заводы для постройки, регулировки, исправления авиационных моторов и особливо моторов «сальмсон»...» Работы для них было много. Из отчетов того же Игнатьева следует, что только в 1916 году было закуплено во Франции 796 аэропланов, 1884 мотора. Наиболее часто встречаются имена механиков: Делябрус, Сиггоно, Мерель, Филиппон, Жозеф, Сосс, Делольм, Мюрат... ...русских механиков в 1-м авиационном парке отлично готовили капитан Прат и су-лейтенант Гурве... 6 мая 1916 года приказом по 7-й армии был награжден Георгиевским крестом «механик французской службы Адольф Трикош 7-го авиационного дивизиона. Вызвался охотником на разведку с бомбометанием и, несмотря на сильный обстрел, сбросил в г. Бугаче бомбы, которые попали в цель. 1 февраля сего года». Механик Трикош не раз поднимался в воздух с летчиками 35-го авиационного отряда, которого обслуживал их дивизион... Гальперин Юрий Мануилович Воздушный казак Вердена

Admin: И еще один любопытный документ об утверждении личного состава Воздушного Корабля «Илья Муромец II»: 1915 год Приказ Начальника Управления Эскадры Воздушных Кораблей Генерала Шидловского № 5 от 5 января 1915 г об утверждении личного состава Воздушного Корабля «Илья Муромец II» Личный состав Отряда «Илья Муромец II»: Командир отряда: Поручик Панкратьев Помощник командира: Гвардии Штабс-Капитан Никольской Артиллерийский офицер: Гвардии Поручик Звонников Младший офицер: Поручик Колянковский Нижние чины: Фельдфебель Степан Дудкин Ст. моторист: ст. унтер-офицер Михаил Ушаков Ст. моторист: нестроевой ст. разряда Владимир Смирнов Мл. моторист: ст. унтер-офицер Константин Чибисов Мл. моторист: мл. унтер-офицер Павел Олехнович Фейерверкер: ст. унтер-офицер Никита Ненахов Пулеметчик: мл. унтер-офицер Михаил Воробьев Каптенармус: мл. унтер-офицер Иван Коротаев Метеоролог: вольноопределяющийся Николай Андреев Помощники мотористов: ефрейторы Алексей Канин, Петр Чучелов, рядовые Степан Кениг, Сергей Горелов, Семен Кривенцов, Степан Фанкин Шоффера: нестроевой ст. разряда Василий Кирсанов, ефрейторы Михаил Терентьев, Алексей Иванов, Николай Харламов, Василий Бацулин. Помощники шофферов: рядовые Семен Егоров, Петр Путинцев, Константин Мальков, Иван Кулев Ст. столяр: рядовой Александр Еретнов Столяры: рядовые Александр Федосеев, Андрей Фомин, Василий Семенов Помощник каптенармуса: рядовой Егор Багаев Сапожник рядовой: Федор Андросов Вольноопределяющиеся Александр Вебель, Александр Щербачев Вестовые: рядовые Илья Кобзев, Андрей Полещук, Григорий Жук Фельдшер: нестроевой ст. разряда Алексей Веселов Ст. писарь: нестроевой Иван Вавилин Мл. писарь: нестроевой Сергей Шатаев Портной: нестроевой мл. разряда Иван Копченов. РГВИАф. 13898, On. 1, д. 1, л.5.

Admin: Наземные специалисты, простые рабочие войны...Их имена не сохранила история, но остались фотографии и память благодарных потомков! Еще немного истории... о тяжелом труде авиамехаников и мотористов в годы Первой мировой войны (в фотографиях): Даже такие самолеты приходилось ремонтировать... Вот с таким оборудованием работали наши доблестные авиамеханики Все фото из ЦГАКФФД

Admin: Все фото из ЦГАКФФД

Admin: Ну, что,  господа рядовые и унтер-офицеры, признали своих коллег из далекого прошлого? Думаю каждый нашел своих... механиков, мотористов, оружейников, сварщиков, маляров и других...из ТЭЧ, ПАРМ. А после хорошей работы не грех и попозировать с летчиками... у техники... Все фото из ЦГАКФФД

Admin: И чего только не увидешь на фронте...наши летчики, механики и мотористы с французским аэропланом на немецком грузовике!

Admin:

Admin:

Admin: Даже не механик и моторист, а вольноопределяющийся - Метеонаблюдатель! ПОСЛЕДНИЙ СОЛДАТ ИМПЕРИИ – Не признаю людей, которые попросту “убивают время”, – признался во время одной из наших бесед ветеран еще Первой мировой войны полковник Шталь.- Сколько возможностей обогатить свою память новыми знаниями они упускают безвозвратно. Это же настоящее преступление перед собственной личностью! Сам Виктор Александрович трудился до конца своей долгой жизни – последний солдат Империи всего несколько месяцев не дожил до своего столетнего юбилея, который готовился отметить осенью 1997-го. Один из создателей метеослужбы в отечественной авиации, которого коллеги и ученики уважительно называли “дедушкой авиационной метеорологии”, справедливо считал: научно-технический прогресс развивается столь стремительными темпами, что остановись на мгновение – и ты уже “отстал от поезда”, уже не полноценный специалист. Судьба коренного петербуржца Виктора Александровича Шталя интересна прежде всего преданностью своему делу. Ученый и педагог, аэронавигатор и летчик, он всю жизнь отдал авиации. Незадолго до смерти Шталь признавался: “Мне до сих пор снятся огни аэродрома...”. ...Шел 1916 год. Фронт трещал по всем швам. Российская Империя доживала последние месяцы. И вдруг Виктор “учудил”. Многие знакомые семьи Шталь недоумевали: как же так – со второго курса Политехнического института ушел в армию. Вольноопределяющимся. То есть, фактически, обыкновенным солдатом! Если уж так обуяли патриотические чувства – выбрал бы флот. Как-никак отец – почтеннейший Александр Викторович – генерал-майор, помощник начальника Морского Генерального штаба! Каких только предположений не высказывалось по поводу неожиданного поступка юноши. А на деле все было проще: Виктор с детства любил авиацию, мечтал летать. Еще мальчишкой он не пропускал ни одного авиационного праздника. Часами мог стоять на Комендантском аэродроме и смотреть, как неторопливо поднимаются в небо аэропланы, величественно покачивая широкими крыльями. Тогда и понял: без самолетов жить не сможет. А из Политехнического ушел не просто в армию: в метеорологическую группу по обеспечению эскадры воздушных кораблей “Илья Муромец”. Самых мощных самолетов того времени, сведенных в отдельную эскадру и подчинявшихся непосредственно Ставке. Это и были настоящие богатыри: в экипаж помимо командира входили его помощник, артиллерийский офицер, летчик, младший механик и двадцать рядовых. Вольноопределяющегося Шталя зачислили метеонаблюдателем – управлять самолетом он, естественно, не умел. Конечно, при содействии отца мог достаточно быстро выучиться на летчика. Но в семье существовало строгое правило: каждый должен входить в жизнь самостоятельно и трудом доказывать, на что способен. Этого правила отец Виктора, впоследствии вице-адмирал Военно-морского флота СССР, придерживался строго. Кроме того, и самому молодому вольноопределяющемуся хотелось начать с азов, изучить конструкцию летательных аппаратов, аэродромную службу. И, конечно, метеорологию, загадочную, в то время – почти колдовскую науку, к которой даже признанные асы относились с недоверием. Эскадра “Муромцев” базировалась в Пскове. Имея солидный институтский задел, устройство боевых машин Виктор освоил быстро. Но как они ведут себя в воздухе? Попроситься в кабину к пилоту пассажиром? Но с виду все асы казались строгими и неприступными, имели высокие военные чины. Набравшись смелости, Шталь обратился к артиллерийскому офицеру одного из кораблей А.Н. Журавченко (впоследствии – профессор, известный советский ученый в области баллистики). Капитан часто летал самостоятельно. И тогда как раз направлялся к своему моноплану Си-12. – Значит, в небо хотите?- улыбнулся Журавченко.- Что ж, залезайте в кабину, полетим. Так и состоялся первый в жизни Виктора полет. Со временем он заметил: суровые с виду и чрезвычайно требовательные летчики эскадры относились к солдатам доброжелательно, охотно делились знаниями. А среди них были всероссийски известные авиаторы: полковник Панкратьев, учитель первого исполнителя “мертвой петли” в воздухе П.И. Нестерова, подполковник Алехнович, тот же Журавченко. Их беседы об устройстве корабля, тактике ведения воздушного боя, особенностях маневрирования в воздухе были самой лучшей школой, о которой мог только мечтать молодой вольноопределяющийся. Аккуратно записывая и систематизируя все полученные от учителей сведения, Шталь тогда и понял, как важно знать метеообстановку в районе полета и как незначительна информация, которой они располагают. Но метеослужбу в авиации по-прежнему считали второстепенным подразделением. Прошли годы, прежде чем ей начали уделять должное внимание. После Октябрьской революции перед военными встал нелегкий вопрос: на чьей стороне сражаться? Каждый решал его по-своему. Виктор Александрович Шталь вступил в августе 1918 года в Красную Армию и получил назначение в 32-й авиаотряд. Летчики там были, а вот обслуживающего персонала не хватало. Шталь стал аэронавигатором. Аэронавигатор – по сути дела тот же метеоролог, но дополнительно в его обязанности входила проверка и установка приборов в кабине пилотов. Несколько лет провоевав на Западном фронте, Виктор Александрович убедился: не бывает у человека лишних знаний. Ему, например, очень пригодились знания географии и топографии, в мирное время казавшиеся абсолютно ненужными. А тут... Приходилось летать на разведку с красвоенлетами, наносить на карту расположение белогвардейских войск. Поначалу Шталь волновался: одно дело увлекаться топографией, а другое – смотреть из кабины на линии укреплений, расположение батарей и частей, наносить все это на карту. Но – привык... Виктор КОКОСОВ http://www.nev-almanah.spb.ru/2004/3_2006/kokosv.shtml Именно он впоследствии составил учебник... СПРАВОЧНИК МЕТЕОРОЛОГА ВВС РККА ГОСУДАРСТВЕННОЕ ВОЕННОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО НАРКОМАТА ОБОРОНЫ СОЮЗА ССР составил военинженер 2 ранга В. А. ШТАЛЬ Москва —1939 http://amyat.narod.ru/theory/meteo_guide/meteo_guide.txt

82-й: Бабушкин Михаил Сергеевич В 1914 г. его призвали в армию, и вскоре в числе большой группы новобранцев Бабушкин прибыл в Гатчину. Там его зачислили на курсы мотористов. Сдав экзамен, он стал авиамотористом на Гатчинском аэродроме. Когда Гатчинской военной авиашколе поручили подготовить группу авиаторов из солдат, в первую пятерку был зачислен и Бабушкин. В 1926 г. первым из советских полярных лётчиков выдвинул идею ледовых разведок, и сам провёл первую разведку тюленьих лежбищ в горле Белого моря на Ш-2. В 1928 г. участвовал в поисках экспедиции Умберто Нобиле[1]. В 1933-34 г. участвовал в экспедиции на пароходе «Челюскин». Был пилотом самолета-амфибии Шаврова Ш-2, который находился на борту корабля. Член ВКП(б) с 1935 г. В 1937 г. участвовал в экспедиции на Северный полюс[3]. Был вторым пилотом флагманского самолета «СССР Н-170». 21.05.37 г. участвовал в первой в мире посадке самолета на Северный полюс. 27.06.37 г. Бабушкин Михаил Сергеевич был удостоен звания Герой Советского Союза. http://www.geroi.apifarm.ru/doc/first/06_37/2

Admin: Павлов Иван Ульянович Иван Павлов родился в 1893 году в Херсонской губернии, в крестьянской семье. Человек из народа, по довоенному образованию агроном, физически крепкий хлопец с Украины, Павлов с большим трудом добился права стать авиатором. В 1914 году, ещё на призывном пункте, он попросил отправить его в лётчики. Вначале он был направлен в 6-ю авиационную роту, а оттуда в Гатчинскую школу мотористов. Лишь после многочисленных напоминаний и просьб, Ивана отправляют во Францию, в авиационную школу в городе Шартре. 4 Ноября 1916 года он сдаёт экзамены на "отлично" и получает звание "военного лётчика" и "гражданского пилота - авиатора". За блестящие способности Павлов был отправлен для дальнейшего совершенствования лётного мастерства в город По, в высшую школу воздушной акробатики и стрельбы, а затем в специальную школу воздушной стрельбы в Казо. Во Франции он пробыл до 10 Февраля 1917 года. Закончив курс обучения, Иван Павлов твёрдо решил отправиться на фронт. По возвращении из Франции, он был определён в 1-ю истребительную авиагруппу известного российского аса Александра Козакова, личный состав которой был самым сильным в царской армии. В составе это авиагруппы Иван Павлов часто летал в паре с прапорщиком Земблевичем. "Козаков в моём представлении, - писал Павлов, - был самым крупным героем 10-миллионной царской армии. Человек с громадной силой воли, необычайно храбрый, способный в воздушном бою подходить в упор к противнику и драться до те пор, пока тот не свалится на землю - он вызывал восхищение в лётной среде. За эти качества я уважал его, у него учился..." Павлов умел учиться, это он доказал в первых же воздушных боях. Безупречной работой Иван Павлов завоевал своё право на независимость. К сближению с офицерской элитой не стремился, пользовался особым доверием лётчиков из солдат, механиков, мотористов. Летом 1917 года 1-я Боевая авиагруппа армий Юго - Западного фронта ( 2-й, 4-й и 19-й Корпусные авиационные отряды ) под командованием Ротмистра А. А. Козакова, имевшие на вооружении истребители "Ньюпор", оперировала в Южной Галиции, там же, где и два отряда Эскадры воздушных кораблей "Илья Муромец". Одной из задач лётчиков - истребителей была охрана "Муромцев". Так, 30 Августа лётчики 4-го и 19-го КАО охраняли 4 "Муромца", шедших на бомбометание складов Хоросткова. В числе лётчиков - истребителей был и Иван Павлов. 14 Сентября 1917 года 5 "Муромцев" при сопровождении 3 "Ньюпоров" совершили налёт на Хоростков и Перемилув. Шедшие над "Муромцами" на высоте около 4500 метров Старший унтер - офицер Иван Павлов и прапорщик М. Земблевич заметили 2 неприятельских самолёта, атаковавших сверху один из "Муромцев". Приблизившись, "Ньюпоры" с нарисованными на килях черепами быстро отогнали немецкие "Роланды". Начальник 3-го отряда "Муромцев" Подполковник И. С. Башко послал своим спасителям телеграмму с благодарностью: "Спасибо белому черепу !". Всего же на охрану "Муромцев" истребители 1-й Боевой авиагруппы произвели 17 самолёто - вылетов. Свою единственную воздушную победу, по его собственным словам, одержал 1 Октября 1917 года в районе Гусятина ( Западная Украина ). Выполняя боевое задание, он встретил 4 немецких самолёта: 3 истребителя и разведчик. Численное превосходство противника не смутило его. Павлов смело атаковал группу. Дважды ухитрившись зайти противнику в хвост, Павлов буквально изрешетил неприятельский "Роланд", который рухнул в расположении русских. Приземлившись, он обнаружил разбитый самолёт и труп немецкого лётчика - лейтенанта Шольца. Свои впечатления Павлов описывал следующим образом: "Когда я взглянул на эту картину, у меня впервые, как никогда до этого, мучительно сжалось сердце. То же самое могло быть и со мною, промелькнуло в голове... И, глубоко взволнованный, я тут же спрашиваю у собравшихся вокруг солдат: "Товарищи, кому нужно всё это ? Кому нужно, чтобы мы с вами так зверски убивали друг друга ? Кто в этом заинтересован ?" Минут через 50 к месту катастрофы подъехал на автомобиле Козаков. Обычно неразговорчивый, почти нелюдимый, на этот раз он заговорил: "Когда вы ввязались с немцем в драку, я был на аэродроме и наблюдал эту замечательную картину во всех её подробностях. Вы мне своим боем доставили истинное удовольствие, и я очень рад за вас. Если бы я имел право, то только за один этот бой произвёл бы вас в офицеры". Всё это было очень лестно. Павлов поблагодарил командира и, вероятно от смущения, ответил, в данной ситуации довольно резко: "Нет, благодарю вас, офицеры сейчас становятся не в моде". Козаков молча отошёл. На второй день после похорон фотоснимки места падения Шольца и его погребения с сопроводительным письмом, в котором говорилось, что пилоту оказаны воинские почести при захоронении, были сброшены на немецкий аэродром, как поступали в ту пору авиаторы всех армий. Войну Павлов закончил в чине Старшего унтер - офицера. После Октябрьской революции Александр Козаков был снят с должности командира авиагруппы, а его место занял Иван Павлов. Без особого успеха он пытался спасти самолёты и авиационное имущество своего соединения. Часть аппаратов досталась немцам, часть растащили украинцы, а сам Павлов добрался до Советской России с одним "Ньюпором". В Апреле 1918 года он сформировал 1-ю Советскую истребительную авиагруппу, во главе которой сражался под Свияжском и Казанью. Эти сражения стали боевым крещением красной авиации, но летом 1919 года авиагруппа была почти полностью уничтожена на своём аэродроме белоказачьей конницей генерала Шкуро, прорвавшей линию фронта. С Января 1919 года - помошник начальника воздушного флота Юго - Западного фронта по авиации, а с Мая - начальник авиации и воздухоплавания 8-й Армии ( одновременно командир авиагруппы ). В Сентябре 1920 года Павлов возглавил всю авиацию Южного фронта, и, применив тактику массированных налётов, сорвал наступление корпусов Кутепова и Секретева Врангелевской армии в Северной Таврии. Лихой лётчик - истребитель Иван Павлов стал широко известен, особо отличился в период боёв за Казань. За мужество, отвагу и героизм, в числе очень немногих, в 1919 году был награждён орденом Красного Знамени. За бои в Северной Таврии был награждён вторым орденом Красного Знамени ( 1920 год ). Истребитель S.E.5a. Центральная авиагруппа Юго - Западного фронта. В Августе 1920 года на нём летал командир соединения Иван Павлов. О его бесстрашии, находчивости и выдержке на фронте слагали легенды. Вот лишь один из эпизодов его боевой жизни. Однажды мотор старенького самолёта заглох в воздухе. Пришлось садиться на вынужденную посадку в тылу врага. Одинокую машину с красными звёздами на крыльях окружили белые кавалеристы. Гибель, казалось, была неизбежной. Но Павлов не растерялся: - Я - штабной офицер. Мне приказано установить связь с бронепоездом. Но тот почему - то внезапно ушёл. Прошу помочь мне запустить мотор, - обратился он к командиру белогвардейского отряда. - Но почему на вашем самолёте красные звёзды ? - с подозрением спросил тот. - Это самолёт красных, - не смущаясь ответил Павлов. - Только вчера я заставил его сесть, а сегодня решил на нём же лететь на разведку, так как звёзды могут спасти меня от обстрела. Белогвардейцы помогли лётчику запустить мотор. Павлов поднялся в воздух, обстрелял "добровольных помошников", а затем улетел на свой аэродром. В 1920 - 1930 годах Иван Павлов занимал ряд командных должностей, руководил Серпуховской школой воздушной стрельбы и бомбометания. Затем командовал авиацией Киевского, Северо - Кавказского округов. В конце 1930-х годов, став уже комкором, командовал авиацией Московского военного округа. Именно в этот период он летал на знаменитом истребителе И-15 ( рисунок справа ), с красным вымпелом на борту и надписью "За ВКП(б)". Закончил свою карьеру на должности Главного инспектора Военно - Воздушных Сил РККА. Написал книгу воспоминаний о своей жизни - "Записки красного лётчика", вышедшей в 1936 году. Этот год оказался для Ивана Ульяновича Павлова последним - вскоре он скончался от последствий ран, полученных во время Гражданской войны. http://www.peoples.ru/military/aviation/ivan_pavlov/

Admin: От моториста до генерал-лейтенанта авиации... Пётр Семёнович Шелухин - ветеран отечественной авиации - прошёл долгую и интересную жизнь. Свой путь в авиацию он начал ещё в Первую Мировую войну мотористом. Увидев на фронте полёты первого русского лётчика Михаила Ефимова, решил стать лётчиком - истребителем. И стал. Прошёл три войны. Его воспитанниками одно время были Валерий Чкалов и Александр Покрышкин. И своим троим сыновьям дал путёвку в небо. Родился он в 1894 году в рабочей семье. В 17 лет пошёл на завод. Как отец и дед, стал кузнецом. На заводе познакомился с большевиками. От них впервые и услышал о революционной борьбе. В 1915 году в Николаеве на первомайской демонстрации молодой рабочий Шелухин шёл впереди колонны, неся с товарищем большой красный плакат с надписью "Долой войну, долой царя !". Полиция разогнала демонстрацию и арестовала многих её участников, в том числе и Петра Шелухина. Но вскоре пришло указание: всех арестованных отправить в действующую армию для укомплектования штрафных рот, чтобы они "кровью смыли революционные грехи". На фронте командир авиационного отряда взял мастерового парня к себе мотористом. Так Шелухин попал в авиацию, где не только обслуживал самолёты, но и летал в качестве наблюдателя. А после Октябрьской революции, Пётра избрали председателем солдатского комитета авиаотряда. В Апреле 1919 года П. С. Шелухина направили в Киевскую лётную школу, а затем перевели в Москву. По окончании авиашколы Пётр Семёнович поехал на Украину сражаться с белополяками. Тяжёлое сложилось там положение. Авиация противника значительно превосходила советскую. Враг знал об этом и настолько обнаглел, что даже не считал нужным охранять от нападения с воздуха свой аэродром с выстроенными в линеечку новенькими самолётами. И был наказан. Тщательно изучив обстановку и продумав операцию, Шелухин на одноместном "Ньюпоре-24" и лётчик Щукин с летнабом на "Фармане-30", взяв бомбовой запас, вылетели в субботу под вечер, уверенные, что в это время польские лётчики уйдут развлекаться. Они появились над аэродромом перед заходом солнца и, не встретив сопротивления, ударили по нему. После этого смелого налёта вражеская авиация долго не могла оправиться. Шелухин часто выполнял ответственные задания. Однажды, например, он получил приказ вручить важный пакет С. М. Будённому, находившемуся с войсками в тылу противника. Лететь пришлось над территорией врага. Семён Михайлович тоже передал своё донесение отважному лётчику, будучи вполне уверен, что он справится с задачей. Вскоре за проявленное мужество Пётр Семёнович был награждён именными часами. Пётр Шелухин по праву считался мастером воздушной разведки. Как - то ему поручили важное задание. Красное командование имело сведения, что противник готовит контрудар, но не знало, на каком участке. Красвоенлёт должен был разведать сосредоточение вражеской ударной группировки. Лётчик вылетел рано утром. Он тщательно просматривал селения, дороги, овраги и так увлёкся фотографированием, что едва не прозевал воздушного противника - 4 самолёта явно намеревались окружить его: 3 шли сзади, а 1 - прямо на него. Воздушным разведчикам обычно запрещалось ввязываться в бой. Но, не в данном случае. Вспоминает сам Пётр Семёнович: "Уйти от противника можно было, только атакуя его, что я и сделал... самолёты сближались. Стрельба давала хорошие результаты на близких дистанциях, и каждая сторона стремилась использовать это, чтобы сбить противника. Но нервы белополяка не выдержали. С дистанции 1000 - 1500 метров он дал по мне короткую пулемётную очередь и сразу же отвернул в сторону так, что подставил бок своей машины, чем я и воспользовался. Моментально взял необходимую поправку по прицелу для точной стрельбы и с близкой дистанции открыл по вражескому самолёту огонь из пулемётов, которыми был оснащён мой "Ньюпор-24". Отвернув от противника, я увидел падающий самолёт с густым шлейфом чёрного дыма". Но опасность не миновала. Его преследовали 3 оставшихся истребителя. По скорости они превосходили самолёт Шелухина, зато в наборе высоты преимущество было на его стороне. Красвоенлёт дал полный газ мотору и стал набирать высоту. Хотя вражеские истребители и нагнали его, но оказались под "Ньюпором", так что Шелухин легко мог атаковать любой из них. А вот враги не имели возможности вести прицельный огонь снизу. Пётр вздохнул с облегчением и снова взял курс на Киев. С большой высоты северо - западнее Броваров над лесами лётчик вдруг увидел туман. Это показалось подозрительным. Ведь вокруг на большом расстоянии никакого тумана не было. Снизившись до 1000 метров, увидел: леса заполнены войсками. Он сразу понял, что обнаружил ту самую ударную группировку противника... Белополяки заметили красного лётчика и открыли по нему ураганный огонь. Несколько снарядов разорвались совсем рядом, повредив истребитель. Пётр выровнял машину и стал планировать, надеясь как можно дальше уйти от противника. Ему удалось посадить самолёт между своими и вражескими позициями. Однако с обеих сторон по "Ньюпору" открыли огонь. Снова вспоминает Шелухин: "Не дожидаясь остановки самолёта после пробега, я освободился от ремней и побежал к своим. Вокруг свистели пули. Упал в траву и тут вспомнил, что не взял фотоаппарат с пленкой. Не обращая внимания на пули, как угорелый помчался обратно. Вытащил громоздкий "Поте", и тут две пули впились в левую ногу. Оторвал от сорочки лоскут и туго перевязал ногу, остановил кровотечение. Пополз по - пластунски. А когда дополз, меня встретили красноармейцы". В Августе 1920 года Пётр Шелухин за мужество, проявленное в боевых вылетах, совершённых под обстрелом противника, был награждён орденом Красного Знамени. По окончании Гражданской войны авиаотряд, которым командовал Пётр Семёнович, отвели на переформирование в Подмосковье. В сформированную 2-ю эскадрилью для приведения лётчиков к военной присяге приехал М. И. Калинин. Эскадрилья под командованием Шелухина показала групповой пилотаж. Михаил Иванович объявил лётчикам благодарность, а у командира спросил, не смогут ли самолёты построиться в воздухе таким образом, чтобы получилось слово "Ленин". Пётр Семёнович заверил, что смогут, если хорошо потренироваться. И на праздновании 6-й годовщины Октябрьской революции 2-я истребительная эскадрилья в небе Москвы выписала имя вождя революции. Командуя различными авиационными частями П. С. Шелухин проявил себя хорошим организатором и воспитателем. Он занимал одновременно должности командира и военного комиссара. Под его командованием 15-я истребительная авиационная бригада превратилась в образцовое соединение. Пётр Семёнович был награждён орденом Ленина. Затем была служба в Закавказье, в Приморском крае. В то время там было неспокойно. Японские лётчики с разведывательными целями нарушали границу СССР. Решительными действиями Шелухин и его подчинённые пресекали провокации. Как - то один самурай был сбит, другой посажен на нашей территории. В отместку японская разведка организовала охоту за командующим ВВС в Приморье, и только счастливая случайность избавила Пётра Семёновича от последствий организуемых диверсий. В первые же дни Великой Отечественной войны Генерал - Майор авиации П. С. Шелухин получил назначение в действующую армию. И там он умело решал поставленные задачи. Когда встал вопрос о подготовке резерва авиационных кадров, опыт и знания Шелухина очень пригодились. Все свои силы, организаторские способности Пётр Семёнович отдавал формированию новых авиационных соединений, обучению лётного состава. Подготовленные и обученные им авиаполки принимали участие в битве за Сталинград, прославились на всех фронтах. После войны, выйдя в отставку, Генерал - Лейтенант авиации П. С. Шелухин активно вёл партийную, общественную и военно - патриотическую работу. Его часто можно было увидеть на заводах, в школах, в воинских частях... http://www.peoples.ru/military/aviation/petr_sheluhin/index.html

Admin: ...В 1914 г. Алексей Михайлович Черемухин окончил гимназию с золотой медалью. Казалось бы, воспитание и вся обстановка в семье должны были способствовать тому, чтобы он продолжил гуманитарное образование. Однако он поступает в Петербургский политехнический институт. Можно предположить, что выбор - учиться не в Москве был связан с желанием избавиться от прямой опеки сестер. В Петербурге он был зачислен на первый курс механического факультета Политехнического института, но до занятий дело не дошло. Началась 1-я мировая война, и уже в конце августа Алексей Михайлович поступил охотником (добровольцем) на правах вольноопределяющегося в 13-й корпусной авиационный отряд. -Еще до войны, - вспоминал впоследствии Алексей Михайлович, - хорошо помню сообщения о первых полетах братьев Райт, о полетах, которые проводили в Москве приезжавшие летчики - французы Пуаре и Пикэ, а затем и наш Уточкин. Я помню, - продолжал он, - как я был на ипподроме в одном из первых рядов, и, когда Уточкин перед полетом разбегался по той дорожке, где теперь проходят скачки, вопрос о том, летит он или не летит, решался очень просто: ложились на дорожку и смотрели - оторвался он от нее или не оторвался. Летом перед войной приезжал в Москву летчик Пегу и делал мертвые петли. Он летал на самолете Моран". Не эти ли тогда совсем свежие впечатления определили тот выбор, который сделал Алексей Михайлович поступив в Авиационый отряд? 13-й авиационный отряд, в который он поступил, уже 5 сентября 1914 года стал отрядом Действующей армии, и с этого дня началась воинская служба Черемухина. Через 20 дней он принял присягу. Началась нелегкая служба сначала мотоциклистом, потом шофером, а потом механиком при самолетах. В одной из "записок по службе" Алексея Михайловича записано, что "будучи нижним чином при доставке донесения на мотоцикле, исполняя служебные обязанности, получил перелом трех пальцев правой руки". Как рассказывал потом своим домашним Алексей Михайлович, когда он на мотоцикле объезжал обоз, одна из лошадей, испугавшись, лягнула его - оказались действительно сломанными три пальца. И все бы ничего - пальцы быстро срослись, но Алексей Михайлович попробовал играть на скрипке - пальцы не слушались. Во время отпуска он обратился к хирургу Боткинской больницы, доктору Розанову (Алексей Михайлович знал его еще до смерти отца). Диагноз был беспощадным - пальцы срослись неправильно - надо было снова ломать. Пальцы сломали, срослись они, как надо, и играть на скрипке стало легче, но все же не так, как раньше. Алексей Михайлович довольно лихо ездил на мотоцикле, как тогда говорили, мотоциклетке, бывали при этом и неприятные встречи с полицейскими. - Для "борьбы" с ними он сделал на своем мотоцикле тросовую систему подъема номера в горизонтальное положение, чтобы полицейский не мог этот номер определить. Однажды произошел курьезный случай: Алексей Михайлович вез сестру, Наталью Михайловну, на багажнике мотоцикла. В какой-то момент при очередном вираже она, испугавшись, спрыгнула с багажника... К счастью, отделалась сломанными каблуками и несколькими ссадинами. Но полицейскому, видевшему, как за мотоциклом следом кувыркается женщина, трудно было объяснить, что это "добровольно спрыгнувшая пассажирка". Прослужив в 13-м отряде около десяти месяцев, Алексей Михайлович был направлен 17 июня 1915 г. в школу авиации Императорского Московского общества воздухоплавания. Будучи механиком в авиационном отряде, он только помогал летать. Теперь ему предстояло стать летчиком. Школа авиации в то время находилась на Ходынском поле, где располагался единственный тогда Московский аэродром. Для будующих летчиков, слушателей школы авиации, по предложению Н.Е.Жуковского были организованы четырехмесячные "Теоретические курсы". Лекции на этих курсах читал Н.Е.Жуковский и его ученики,в том числе К.А.Ушаков и Г.М.Мусинянц. Не с этого ли времени началась их дружба, длившаяся всю жизнь? И лекции, и практические занятия проходили в здании Императорского технического училища, в его лабораториях. Занятия по аэродинамике проходили в аэродинамической лаборатории ИТУ, которой в то время руководил А.Н.Туполев. Он же вел с будущими летчиками практические занятия. Вся учеба, включая теоретические курсы, продолжалась всего девять месяцев. В ноябре 1915 г. Черемухин окончил теоретические курсы и выдержал установленный экзамен в объеме программы на прапорщика ( в прапорщики он был произведен 24 марта 1916 г.). Спустя четыре месяца он выдержал экзамен на летчика. Для сдачи такого экзамена было необходимо выполнить полет на "Фармане-IV" на заданной высоте - 1300 м. Судя по ведемостям школы авиации, хранящимся в ЦГВИА, это удавалось далеко не всем. Некоторым требовалось более двух попыток. Прапорщик Черемухин выполнил экзаменационное задание с первого раза. Несмотря на небольшой срок военного обучения, впоследствии в аттестации и других документах А.М.Черемухин в графе "Военное образование" писал "четырехмесячные курсы Военных наук при школе авиации". После экзаменационного полета на "Фармане" он был переведен на самолет "Вуазен", который сразу освоил. На "Вуазене" и "Фармане" уже в школе Черемухин совершил более 26 часов самостоятельных полетов без каких-либо происшествий... Е.Л.Залесская, Г.А.Черемухин "ИНЖЕНЕР БОЖЬЕЙ МИЛОСТЬЮ" http://www.svavia.ru/info/lib/lib_ingbmil02.html

Admin: Стародумов Н.Н. ...О нормальной работе более нечего было и думать. В журнале боевых действий с ноября 1917 г. повторялась одна запись: "Полеты вследствие неблагоприятной погоды и перемирия не производились". В декабре большевики упразднили все чины, ордена и боевые отличия. В отряд вернули представление к ордену Св. Владимира 4-й степени с мечами и бантом на прапорщика Стародумова, к которому он был представлен за боевые разведки с мая по сентябрь 1917 г. 16 ноября военные летчики 15-го корпусного авиаотряда (КАО) штабс-капитан Стефановский и поручик Горбунов были арестованы и брошены в городскую тюрьму в камеру уголовников: они посмели идти против новой власти в лице прапорщика Чарина. Этот субьект, ставший председателем Военно-революционного комитета одной из частей, реквизировал приглянувшийся ему отрядный автомобиль "Тальбот". Летчики, увидев свой автомобиль у гостиницы "Боярский двор", велели привести его к своей квартире, чтобы потом доставить в отряд. Расправа не заставила себя долго ждать: в 3 часа дня взбешенный Чарин с взводом вооруженных солдат окружил дом, где снимали квартиру офицеры отряда, и арестовал их. Командиру отряда военному летчику есаулу Бойкову с трудом удалось освободить заслуженных боевых офицеров. Так закладывались предпосылки к грядущей Гражданской войне. 17 декабря на общем собрании солдат 15-го КАО новым командиром был выбран Н.Н.Стародумов. Он начинал свой путь в авиации мотористом, окончил Севастопольскую авиашколу, а в 15-м КАО начал службу летчиком из нижних чинов. За боевые отличия получил чин прапорщика и звание "военного летчика". Был награжден двумя солдатскими Георгиевскими Крестами и двумя офицерскими орденами, к концу 1917 г. дослужился до чина поручика. Однако и он ничего не мог уже сделать. К концу 1917 года 15-й КАО как боеспособная часть перестал существовать: из 10 самолетов отряда исправных осталось только два, большинство летчиков-офицеров разбежалось, опасаясь расправы, поддерживать дисциплину среди солдат, отказывающихся продолжать службу, было невозможно. Еще недавно 15-й корпусной авиаотряд был полноценной боевой частью российского Военно-Воздушного флота, где летное братство объедняло всех: сына надворного советника, дворянина капитана Кульвинского, сына уфимского мещанина поручика Горбунова, сына потомственного гражданина г. Риги корнета Кирштейна, сына крестьянина Седлецкой губернии поручика Бирко и многих других. Православные и католики (Бирко и Кульвинский), лютеране и старообрядцы (Кирштейн и Чехутов), потомственные дворяне, мещане и крестьяне (Вальницкий,Горбунов и Котов) - все они, независимо от веры и сословия, защищали небо России на фронтах первой мировой. Эпоха, а с ней и история 15-го корпусного, закончилась... Виктор Куликов (Москва) 15-й корпусной на фронтах Первой Мировой http://avia-hobby.ru/publ/15kao/15kao.html После революции военный лётчик 4-го отдельного авиаотряда. Награды: орден Красного Знамени (приказ РВСР №200. 1923 г)

Admin: ...15 мая (1917) с аэродрома Болгарийка вылетел «Илья Муромец-9» под командованием капитана Нижевского с задачей бомбардировать станцию Троян. Туда корабль летел почти без противодействия, и над станцией было сделано четыре захода и сброшено двадцать пудовых бомб. В результате этого бомбардирования станция горела и на ней рвались поезда со снарядами. На обратном пути немцы не трогали корабля, но когда мы уже были над своей территорией верстах в тридцати от аэродрома, корабль подвергся атаке двумя истребителями, которые внезапно подошли сзади и открыли огонь. В это время прапорщик Таллако, находившийся у хвостового пулемета, решил, что все кончилось, и на тележке переправлялся к центральной кабине. В этот момент немцы начали атаку, и Таллако был ранен в ногу. Моторист старший унтер-офицер Янкевич, находившийся в заднем люке с пулеметом, был смертельно ранен в область живота разрывной пулей, но успел выпустить по этому истребителю целую обойму патронов. Первый истребитель ушел безнаказанно, потому что по нему не успели открыть огонь, а по второму истребителю стреляли из трех пулеметов, но что с ним произошло, неизвестно. В это время пришлось выключить второй и третий моторы, так как были пробиты радиаторы и вода хлестала из этих пробоин, — пришлось их остановить и продолжать полет на двух крайних моторах и благополучно довести корабль до своего аэродрома. Сейчас же затребовали санитарную машину и Янкевича и Таллако отправили в госпиталь. Донесение о происшедшем бое и результатах бомбардировки станции Троян были доставлены в штаб армии, где по личному докладу капитана Нижевского старшего унтер-офицера Янкевича удостоили награждения Георгиевским крестом 4-й степени. Получив эту награду, Нижевский отправился в госпиталь и приколол крест на грудь умирающего Янкевича. Через несколько дней выяснилось, что командир одной из батарей на передовых позициях видел, как большой аэроплан бомбардировал одну из железнодорожных станций, над которой повисла черная туча дыма. Станция горела, и были видны взрывы, хотя аэроплана уже давно над ней не было. По агентурным данным сообщили, что на станции Троян были взорваны 3 поезда со снарядами. Во всяком случае, этот налет дорого обошелся нам, но и противнику не дешевле... Из книги Сергея и Михаила Никольских ""Бомбардировщики "Илья Муромец" в бою"



полная версия страницы